Ева Мелоди – Отпусти мои крылья (страница 20)
– Не знаю, что тебе на это даже сказать! Перед самым выходом ошарашила! Слушай, я тебя не на бал зову. Там никто танцам не обучен. И я не училась. Слушаешь музыку. Двигаешь жопой. Ноги переставляешь. Ок? Охх, ну ты даешь, честное слово. Неужели никогда под музон не дрыгалась?
– Я не это имела в виду, – возражаю смущенно. – Дрыгалась, разумеется. Я думала, в клубах может свои какие движения, правила есть. Я ведь никогда не была в таких заведениях. Вдруг опозорю тебя?
– Чушь какая! Да плевать мне, как ты двигаешься. Главное, не пей лучше ничего. Ни от кого напитки не бери, даже безалкогольные – первое правило. Держись рядом. А дрыгаются там все как могут. Классно выглядишь, подруга. Куколка! Парни офигеют.
– Спасибо… мне так страшно.
– Норм! Это адреналин, перед тусовкой он полюбому, всегда есть. Меня тоже потряхивает. Привыкнешь.
Но у меня оставался еще один вопрос. Стою, переминаюсь с ноги на ногу. Обутая в туфли, которые бабуля купила в школу. Они конечно ничего… новые. Но черные, грубоватые и совершенно не подходят к платью. Что тут поделать… Лиза тоже опускает взгляд на мою обувь. Усмехается.
– Ладно, Золушка. Пришло время для сказки.
– Что? – переспрашиваю непонимающе.
– Пошли со мной.
Идем в комнату Настасьи Михайловны. Та читает книгу, лежа в кровати.
– Девочки? Ой, Васюша, какая ты красивая сегодня, – восклицает Лизина мама, увидев меня. Смущаюсь. Неужели и правда сегодня гусеница станет бабочкой? Но я не готова! Абсолютно нет… Гусеницей быть проще. Нет крыльев, которые так легко подпалить…
– Мам, дай подарок для Василины. Очень надо.
– Но насколько я помню день рождения через два месяца… – возражает Настасья Михайловна.
А я краснею. Они говорят так, будто нет меня, но я здесь, и все слышу. Эти двое приготовили мне подарок! Заранее!! Думали обо мне! На глаза наворачиваются слезы, но на ресницах все еще осталась тушь… А значит будет щипать.
– Так, Дусманис, только попробуй зареветь! – рявкает Лиса. – Нечего мокроту разводить, знаю тебя… только повод дай. Да и какой повод! Это прикол просто. Гуляли с маман по торговому центру и увидели их на распродаже. Красивучие – глаз не оторвать! Размер – твой. Был бы мой сорок первый, не видать тебе подарка, Вась, так и знай. Я обувь жуть как люблю, сама знаешь. А тут – твой кукольный тридцать шестой. Поэтому – огромная скидка. Вот и купили. Как прикол. Туфельки для Золушки… Хотели обыграть момент, романтично сделать…
– Ну а вышло как всегда, – мать завершает за дочерью тираду. – Васюш, ты не обижайся на Лизку. Грубовата она. Ничего сказать нормально не может. Открой, деточка.
Все еще ошеломленная и мало что понимающая открываю коробку и замираю. И правда туфли для Золушки! Серебрятся, переливаются. Аж глаза слепит.
– Давай, примеряй, – хмыкает Лиза. – Мы ждем. Хотим увидеть превращение в Принцессу.
– Она и так Принцесса! – восклицает Настасья Михайловна. – Какая красавица, глаз не отвести!
– Мам, прикинь, она сама это платье сшила, – с гордостью выпаливает Лиса.
– Потрясающе! Еще и рукодельница. И умненькая. – Как же тобой отец гордится, – вздыхает Настасья Михайловна. – Счастливец.
– А ты значит несчастная, – ворчит Лиза, опускаясь к матери на постель.
– Ну что ты, Солнышко. Ты у меня тоже замечательная! – обнимает дочурку Настасья Михайловна.
Глава 10
Дома у Лисы все казалось проще, доброта и тепло этой семьи вселяли уверенность, что все получится и вечер выйдет замечательным, полным новых впечатлений и эмоций. Они столько раз назвали меня красивой, Принцессой… что я почти поверила. Но возле клуба, мигающего яркой неоновой вывеской «Бездна» меня вдруг пробирает озноб и трясутся поджилки. Тем более чувствую – Лиза нервничает не меньше. Близкая встреча с Матвеем заставляет ее переживать – почему? Чувствую, что подруга что-то не договаривает. Но сейчас неподходящее время задавать вопросы. Стоим перед клубом, на входе – два охранника в черных костюмах – по виду настоящие громилы. Вспоминаю, что в таких местах существует фэйс-контроль, легко ли будет пройти двум совсем еще соплячкам? Спрашиваю Лису, тихонечко шепнув ей на ухо:
– А нас точно пропустят?
Ожидаю ответ – разумеется, ведь Лиза всегда в себе уверена на все сто. Но на этот раз подруга неопределенно пожимает плечами.
– Значит, возможно и нет? – мой голос полон разочарования. Наверное, я и правда на какой-то миг поверила в сказку. И сейчас почувствовала себя так, будто моя карета превратилась в тыкву задолго до полночи.
– Я всегда с Матвеем проходила. Его тут все знают.
– И что делать будем? Ждать его возле входа?
– Не знаю!! – заметно нервничает Лиса. – Об этом я не подумала, извини!!
– Ладно, ничего, – успокаивающе сжимаю ее руку. Ну что толку давить на человека. Лиза не в себе из-за ссоры, или что там у них произошло. Теперь я поняла – она держалась до последнего, но перед клубом начали сдавать нервы. И мои хотелки свежевылупившейся принцессы надо засунуть подальше.
Но на улице прохладно, зубы начинают стучать от холода. Мы в легких платьицах, сверху я на себя накинула тонкий белый плащ, а Лиса – черную блестящую куртку из кожзама. Еще немного и окончательно продрогнем. Не заболеть бы…
– Эй, девочки, чего внутрь не проходите? – кричит нам мужчина, который вот уже минут пятнадцать неподалеку, болтая по телефону и на нас глазея.
– Знакомых ждем, – коротко бросаю фразу в ответ, крепче стискивая руку Лизы.
– Замерзнете.
– А тебе то что? – грубо отвечает Лиса.
Мужчина не отвечая выбрасывает сигарету и направляется к нам.
– Да ничего, спросил просто. Зачем хамишь, красавица? Я же помочь хочу. В клуб не пускают что ли?
– Мы еще не пробовали… – начинаю оправдываться и осекаюсь, увидев взгляд Лисы.
– Со мной запросто пройдете. Да не бойтесь, не съем. Мне может лет и поболе вашего, но поверьте, в сомнительных подкатах к дамам я не нуждаюсь. И так все отлично. Просто жаль стало, особенно ваши посиневшие носы. Пошли, красотки. Угощу коктейлем и разойдемся по разным сторонам.
Мужчине на вид не меньше сорока. Даже Лизе неловко, и что бы он там не говорил – все равно подозрительно. Но я вижу, как отчаянно переживает подруга. Ей необходимо попасть в клуб. Может Матвея там нет, а может с другой обжимается внутри сего помещения. Нужно выяснить. Неизвестность хуже всего.
– Хорошо, – киваю незнакомцу. – Но если что, учтите, у нас тут родственники работают. А еще, я кричать умею о-о-очень громко. Оглохнете.
– Меня Романом зовут, – кивает на мою тираду незнакомец. Можете не верить, но я тут завсегдатай – каждая собака знает. Так что не резон мне свои маньячные наклонности, о коих вы уже живописно нарисовали картину у себя в голове, проявлять тут. Но я восхищен вашей осмотрительностью, девочки.
– Я Василина. А это Лиза.
– Очень приятно. Заходим?
Роман на самом деле оказался интересным собеседником. И не обманул – женщины висли на нем буквально горстями. Не слукавил Рома и в том, что знакомых в клубе у него много. Кивал и здоровался буквально каждую секунду пока мы протискивались к бару. Правда от напитков мы все равно отказались.
А вот и Матвей. Я первая замечаю его белокурую голову, фотки неоднократно разглядывала вместе с Лисой на Фейсбуке. Красивый парень, интересный, яркий. Любитель мотоциклов, большая часть фото – на его роскошном железном коне. Толкаю Лизу локтем в бок. Мы сидим возле бара вот уже, наверное, с полчаса – Рома оставил нас и ушел танцевать, когда его пригласила какая-то девушка. До этого он пытался уломать на танец меня, но я так и не решилась. Наблюдаю за танцующими – кто-то двигается классно, так слаженно и отточено – глаз не оторвать. Кто-то наоборот, забавно, аж смех душит. Пожалуй, во мне уже не осталось смущения. На танцполе никому ни до кого нет дела. Люди просто сливаются с музыкой, как умеют. Отдыхают, расслабляются. И с каждой секундой во мне разгорается пожар. Я тоже хочу. Тело требует движений, хочет влиться в общий ритм. Расслабиться, раскрепоститься.
Но Матвей отвлекает меня от музыки. Подходит, заметив Лису. Смотрю на лицо подруги и начинаю волноваться. Щеки алеют, руки смущенно теребят край платья.
– Привет, ты давно пришла? – как ни в чем не бывало спрашивает Матвей.
– Час назад. Это кстати моя лучшая подруга Василина. Давно хотела вас познакомить.
– Очень приятно. – протягиваю руку для знакомства.
– Мне тоже, кивает Матвей. – Что будете пить, девочки?
– Ничего, – качает головой Лиса. – Хотя нет, возьми бутылку простой воды. Без газа.
– Мне то же самое, – пищу смущенно.
– Ясно, – хмыкает Матвей. – Хороший выбор, хоть и странный для клуба. – Пошли потанцуем, – берет Лису за руку. Словно ничего не произошло! Как будто не было нескольких дней без звонков, изводящего ожидания и неизвестности.
– Я поговорить хотела… – нерешительно переминается с ноги на ногу Лиса. Я ее такой никогда не видела! Даже после пощечины Соболевой.
– Хорошо. Потанцуем и поговорим, – Матвей целует подругу в щеку, и та, зардевшись безропотно следует за ним.
Остаюсь в одиночестве. Впрочем, какое там, вокруг толпа. Но меня никто не знает. Я невидимка, песчинка в пустыне. Потрясающее ощущение. Это раскрепощает. Хочется плыть по течению, кружиться в воздухе… отдаться мелодии без остатка. Из динамиков льются первые ноты любимой песни, такой пронзительно красивой и нежной: