Ева Мелоди – Невеста моего брата (страница 9)
Поворачиваю голову – к нам направляется Регина, великолепная, в изумрудно-зеленом платье, которое подчеркивает красивую фигуру, и оттеняет цвет лица. Мама Вадима – роскошная женщина. Она всегда благоухает дорогими духами, рядом с ней на любом вечере, или в ресторане – обязательно есть кавалер, спутник, который восхищается ее красотой. При этом, будучи вдовой, Регина не спешит замуж. По всему видно, что несмотря на двух сыновей, Регина не желает примерять статус матери, она хочет быть прежде всего женщиной. Впрочем, это вызывает уважение. Только меня немного пугает надменность и стервозность в общении. Все время мне кажется, что я не нравлюсь Регине и что она считает меня неподходящей ее сыну парой. Впрочем, сейчас наши мнения совпали! Вот только мне ничуть не легче под ее критичным взглядом. От нее не ускользает отсутствие косметики на моем лице. Ужасная прическа. Все это читается по ее искривленным в презрении губам.
– Добро пожаловать, Радаслава, – произносит женщина холодно. – Опаздываете. Только вас заждались, остальные в сборе. Даже Алекс не заставил себя ждать, в кои то веки.
– Прости мам. Рада работает, у нее сложный график. Мы торопились как могли, – заступается за меня Вадим. И страшно голодны. Пойдемте уже за стол.
– Да, понимаю. Совсем нет времени на себя, – красноречиво смотрит на меня Регина.
Ну вот, первый укол. Определенно, далеко не последний. Хорошо, что эта женщина не будет мне свекровью, вздыхаю про себя с облегчением.
– А вот и братишка, – восклицает Вадим. Машинально поворачиваю голову…
Нет, это точно какая-то злая шутка! Розыгрыш! На меня смотрят до боли знакомые светло-зеленые глаза, которые никогда не забуду. Мысли кружатся сумасшедшей каруселью, а перед глазами все начинает расплываться.
– Что такое дорогая, ты так побледнела? – с тревогой спрашивает бабуля Вадима. – Держи свою невесту, милый, она, кажется, в обморок сейчас упадет.
Вадим и правда ловко подхватывает меня, не дает упасть. Прислоняюсь к нему, закрываю на секунду глаза…
– Я всегда произвожу на дам неизгладимое впечатление, но такое в первый раз, – произносит знакомый голос.
– Да, это точно, Алекс. Ты роскошный мужчина, при взгляде на которого любая в обморок готова грохнуться, – вторит смехом женский голос.
– Эй, моей невесте плохо, думаете красиво так ерничать? – стыдит парочку Вадим.
– Извини братец. Ничуть не хотел задеть твои чувства…
Меня качает, впервые поняла, что означает выражение – пространство вращается перед глазами. Именно это происходит сейчас со мной. Потому что у меня галлюцинация! Самая что ни на есть… Передо мной стоит тот, кого я не должна была увидеть больше никогда в этой жизни.
Айсберг. С глазами цвета морских водорослей, твердыми губами и упрямым подбородком. Стоит напротив, а рядом к нему так и ластится роскошная рыжая дама. В красном платье, с идеальными локонами. Высокая, стройная, видимо модель. Я среди этих красивых людей чувствую себя жалкой замарашкой. Низкорослым лохматым гномом. Встречаюсь взглядом с бесстрастными зелеными глазами и дыхание будто застывает в груди. Глаза Айсберга сужаются, в них мелькает тьма…
Сейчас он сдаст меня… Расскажет о нашем знакомстве, и это будет позор, который до конца своих дней не забуду. Надеюсь, меня просто выгонят отсюда. Не будут бросать камни в спину…
Я готова заорать, я так ошарашена… Смотрю, как Айсберг обнимает Вадима. Голоса доносятся словно сквозь вату. Меня представляют ему!! Это… Это старший брат Вадима… Как же я мечтаю провалиться сквозь землю в эту секунду!
Сжимаю в руках вечернюю сумочку с такой силой, что руку сводит. Заставляю себя дышать глубоко и медленно. Постепенно ко мне возвращается самообладание. Остальные перебрасываются шутками, кажется брат знакомит Вадима со своей рыжей дамой.
– Оля, – протягивает мне руку женщина.
– Очень приятно. Радаслава…
– Какое редкое имя.
– Да…
Интересно, почему Регина была недовольна спутницей старшего сына? На мой взгляд рыжая безупречна. Идеальна…
На секунду чувствую даже ревность к этой красотке, на каком-то примитивном, животном уровне. И тут же меня снова затапливает чувство стыда. О чем только думаю! Идиотка…
– Алекс…
Боже, Айсберг протягивает мне руку! Смотрю на его крепкую большую ладонь, на дорогие золотые часы на запястье, и снова кружится голова. Пульс бьется бешено.
Поднимаю на него глаза. Знаю, что смотрю виновато, выгляжу жалко…
У Айсберга внимательный ледяной взгляд. Протягиваю свою дрожащую руку. Айсберг сжимает ее резко и быстро, отнимая свою, будто боясь о меня обжечься.
– Мне кажется Раде все-таки нехорошо. Как ты, дорогая? Может тебе прилечь? – ко мне снова обращается Софи. Она самая милая и человечная в этой семье. Боже как бы кстати сейчас был обморок. Прямо мечтаю о нем, но симулировать не решаюсь. Мне нужно выиграть время. Остаться одной, подумать обо всем что произошло, решить, что делать дальше…
– Дорогой братец, ты случаем не потомством решил нас всех раньше времени обрадовать? – смеется женский голос, смутно знакомый.
– Ой, ты бы уж лучше помолчала, Вер, – сразу взвивается Вадим. – Из-за тебя чуть свадьба не сорвалась!
– Я думала мы уже оставили позади эту тему, – недовольно произносит девушка. – Сколько можно мне извиняться? До старости будешь укорять?
– Ладно, проехали. Сейчас не до этого…
– Ты прав дорогой. Пора к столу, – вмешивается Регина.
– Рад, ты как? Хочешь я тебя наверх в свою комнату отведу? Или поешь? Может тебе от голода плохо стало?
Вадим настолько заботлив, а мне от этого только хуже.
– Мне и правда нехорошо, наверное, вирус, – произношу несчастным голосом.
– Надо померить температуру.
– Мне бы не хотелось никого заразить… Наверное, надо вызвать мне такси. Простите, что испортила праздник…
– Не говори глупостей, ничего ты не испортила. Так, народ, давайте за стол, я сейчас приду. Без меня тосты не говорить. Шучу, – деловито командует Вадим. – Давайте, давайте. Я отведу любимую к себе и приду.
– Не задерживайся, дорогой. Ты прав, лучше больную изолировать, – хвалит сына Регина Валерьевна. – Тем более Алиса беременна, не дай Бог подцепит простуду…
– Мам, Рада не чихает и не кашляет. Она просто переутомилась.
Боже, ну я и вляпалась. Еще и умудрилась стать центром внимания, все меня обсуждают, предполагают диагнозы… Хуже быть уже точно не может!
Вадим ведет меня наверх, чувствую себя оцепеневшей от пережитого, спиной ощущаю взгляды, нацеленные в спину, как лезвия ножа. Скорее бы уже свалить из этих неуютных стен… Вот только жених ничего не замечает, полон энтузиазма продолжает предвкушать уик-энд.
– Ну вот, моя комната. Как тебе? – толкает дверь.
Оглядываю просторное помещение в темно-синих тонах довольно приятное, уютное. Полка с книгами, компьютерный стол, шкаф.
– Мне тут очень нравится. Но все же я бы лучше уехала… Вдруг и правда это простуда, а я заражу кого-нибудь. Кстати, Алиса это кто? – спрашиваю смущенно. Наверняка Вадим уже говорил, а я как всегда мимо ушей пропустила.
– Алиса – жена Петра. Петр – младший брат моей мамы, то есть мой дядька-типа, но мы с Алексом его так не зовем. Он скорее нам как брат двоюродный. Ты его видела во дворе, – объясняет Вадим.
– Да, конечно. Я помню… Прости меня. Вечно все порчу, и рассеянная такая. Моя семья совсем небольшая, только мама и папа… Больше никого из близких родственников. Поэтому мне непросто запомнить и привыкнуть… Но я считаю, что большая семья – это замечательно.
– Да ну, одни заморочки, вечный гул и никто друг дружку не слышит. Но бабулю уважить надо, так что на полчасика придется сходить к ним. Посидеть за праздничным столом и попробовать мамин фирменный пирог – с брокколи и семгой. Будь как дома, дорогая. Если хочешь, можешь взять в шкафу футболку. В платье спать не удобно. Или ты все-таки спустишься вниз? Так, еще надо найти градусник. Померить тебе температуру.
Вадим так много говорит, что у меня начинает кружиться голова. Я совсем не о пирогах сейчас готова думать. Мне нужно бежать отсюда как можно скорее! Если и до этого я понимала, что свадьба не должна состояться, то сейчас это просто невозможно! Будет полнейшей жутью оставаться невестой одного брата будучи…
Ох, нет, я даже мысленно не могу произнести то, что было у нас с Айсбергом…
– Не надо градусник… Мне уже лучше, – стараюсь произнести бодро, но не получается.
– Так, еды тебе сейчас принесу…
– Нет, не нужно!
– Почему?
– У меня, кажется, что-то с желудком…
– Ну хоть что-то легкое… Тебе нужно питаться нормально. С твоим графиком…
– Нет, правда, не нужно. Если проголодаюсь, скажу.
– Ну хорошо, – сдается Вадим. – Постараюсь вернуться к тебе как можно скорее. Если заскучаешь – смело спускайся. Включу тебе телевизор, – щелкает каналы и останавливается на моем, в смысле, на котором я работаю. Улыбаюсь Вадиму грустной улыбкой. Как раз идет передача, сценарий которой я прорабатывала.
– Я останусь с тобой, – неожиданно говорит Вадим.
– Ну что ты, ни в коем случае! Это праздник твоей бабули. Я прекрасно одна побуду. Правда, – снова начинаю уговаривать. Хотя в глубине души и правда хочу, чтобы он остался. Потому что знаю – как только закроется дверь, демоны сомнений и сожалений о прошлых поступках начнут жрать меня заживо. Пытаюсь отвлечься телевизором, но это слабая надежда.