Ева Мелоди – Невеста моего брата (страница 26)
Кожа пылает. Губы дрожат. Но хочу большего, все еще мало Алекса, во мне словно проснулась бесконечная, дикая жажда… Необходимо почувствовать его обнажённую кожу. Несмело провожу ладонями по мужской груди… Горячий атлас, покрытый курчавыми рыжевато-русыми волосами… Получаю в ответ хриплый стон, отзывающийся в самой глубине моего существа.
Это не пугает, наоборот, делает смелее.
Дыхание становится тяжелым и прерывистым, между ног простреливает тянущей болью, вскрикиваю и Алекс на секунду замирает, перестав ласкать меня. Этого хватает чтобы в голове появилась связная мысль, мигающая красным:
Сердце вдруг начинает колотиться с такой силой, словно хочет вырваться из груди.
Алекс подталкивает меня к центру комнаты, к огромной кровати, толкает мягко на нее. Делает шаг назад и скидывает с себя халат. Он абсолютно обнажен, и это заставляет смущенно опустить глаза. Затем он садится на постель рядом со мной, нависает сверху.
– Посмотри на меня.
Поднимаю глаза, сгорая от смущения и желания. Алекс смотрит не отрываясь, и я отвечаю зачарованным взглядом. Будто под гипнозом нахожусь… Мне хочется, чтобы он сказал что-то ободряющее. Приятное. Но сама не могу выдавить ни слова. Словно немею…
– Раздвинь ножки, Бэмби. Ты такая скромница, – в голосе звучит насмешка. Алекс вжимает меня в постель. Чувствую прикосновение горячей набухшей плоти к своему животу.
Это я на него так действую… Сознание своей женской власти прибавляет уверенности. Я хочу, чтобы это случилось. Образ Вадима мелькает перед глазами укором, и тут же становится нечетким, размытым, будто тает в облаках.
Чтобы показать свою решимость, провожу рукой по животу Алекса и скольжу ниже. Его размер пугает, я даже зажмуриваюсь… и слегка сжимаю пальцы.
Алекс захватывает мою нижнюю губу и втягивает в рот, прикусывая.
– Сожми крепче, – хрипит мне в рот.
Не представляла, что возможно переживать такие сильные ощущения, такое восторженное наслаждение. Новый поцелуй такой болезненный, жадный, он не просто уничтожает остатки разума – у меня ощущение, что отрываюсь от земли…
Пальцы Алекса поддевают кружевную резинку трусов. Вздрагиваю, почему-то мелькает мысль что сейчас порвет их. Но он хоть и грубо дергает вниз, я помогаю ему, приподняв попу, и белье остается нетронутым. Мужские пальцы пробегаются по моему животу и скользят ниже.
– Ты такая гладкая, Бэмби.
Вздрагиваю от интимности этого комплимента.
– Хватит дрожать. Я не кусаюсь, ты ведь это уже поняла? Да?
Последний вопрос явно не про укусы. Он спрашивает мое согласие. Хотя я сейчас целиком сплошной зеленый свет. Даже неловко от такой реакции. Болезненная пульсация нестерпима. И только Алекс может унять эту боль…
– Да? – повторяет вопрос на выдохе. – Сдохнуть можно, как хочу тебя.
Киваю в знак согласия, зачарованно смотрю как Алекс зубами рвет упаковку презерватива. Это зрелище заставляет меня задрожать крупной дрожью.
– Тише малышка. Ты такая маленькая, – Алекс прижимается губами к ямке под ключицей.
Поднимает голову. Потемневшие глаза пылают. Снова страстно припадает к моему рту, ясно давая понять, кто является хозяином положения, жестом собственника выдавая намерение главенствовать во всем…
– Алекс, – вырывается стоном.
Замирает, глядя в глаза, дышит тяжело.
– Прости… Не останавливайся.
Алекс нежно гладит меня по щеке, эти прикосновения оставляют огненные следы…
– Как ты прекрасна… – оба напряжены и охвачены дрожью.
Стремясь уменьшить пульсирующую боль-наслаждение, прижимаюсь к бедрам Алекса, в ответ он издает стон и вжимается в меня. Прошлого нет. Только настоящее и осознание, что мы созданы друг для друга.
Дрожу всем телом от новых ощущений, впиваюсь в его плечи, выгибаюсь, трусь о него.
Завороженно смотрю, как пульсирует жилка на лбу Алекса, черты его лица заостряются, становятся более хищными, а биение сердца – учащенным и оглушающе громким.
Ощущение, что кровь в моих жилах вдруг превратилась в жидкий мед.
Мир растворяется в чистых эмоциях, почти невыносимое удовольствие накатывает волнами. Повинуясь инстинкту, обвиваю ногами спину Алекса, упиваясь ответным рыком удовольствия.
Мне кажется, что нет ничего более совершенного в этом мире, чем соединение наших тел. Как же волшебно лежать сейчас под этим мужчиной, смотреть ему в глаза и делить с ним момент блаженства. Приподнимаюсь навстречу каждому выпаду, чувствуя приближение чего-то еще более прекрасного.
И оно приходит, взрыв невиданной силы, ослепительная вспышка, разбивающая нас одновременно на мельчайшие частицы.
Глава 20
Когда эйфория проходит, чувствую опустошение и смущение. Все прежние страхи возвращаются. Нашариваю одеяло и пытаюсь натянуть на себя, чтобы прикрыться.
– Мне нужно домой… вызови такси, пожалуйста, – прошу дрожащим голосом.
Алекс выдыхает, и отодвинувшись, встает.
Никогда в жизни не испытывала такого сильного стыда. Что я наделала? Сиюминутное удовольствие, зато теперь годами буду поедом себя сжирать…
– Ты можешь никуда не ехать, но ведь и так это прекрасно понимаешь, – холодно произносит Алекс. – Самобичевание и заламывание рук не обязательно. Я не тот кто будет осуждать тебя. – Оставайся, завтра отвезу тебя рано утром домой, а потом на работу.
– Конечно, тебе это как высморкаться! Извини что порчу тебе вечер секса, – выпаливаю и тут же жалею о своих словах…
Зачем я это сказала? Унизила себя прежде всего… Алекс предложил услуги шофера, пытается быть милым, а я веду себя как истеричка. Я смущена и растеряна, меня пугает произошедшее, раздражает спокойствие Алекса, и в то же время испытываю нелогичное желание снова оказаться в его объятиях. Все это до слез бесит.
– Ты не ребенок, но ведешь себя именно так. Бэмби, прими уже это как данность. Хотя, если тебе будет легче винить во всем меня, пожалуйста. Я не против.
Его слова попадают в цель. Мне действительно куда легче разжечь в себе ненависть к нему, внушить себе, что он во всем виноват, нежели признать, что я его хотела. Очень хотела.
Предательский румянец заливает щеки прежде, чем я успеваю потупиться, чтобы скрыть мучительную неловкость.
– Нет, я не собираюсь винить только тебя, – у меня дрожат губы, понимаю, что вот-вот разревусь как дура.
– Черт, ладно, извини. Не стоило читать тебе нотаций. Пошли… я тебя опять чаем напою, что ли, – вдруг меняет тон Градов.
– Нет, я хочу домой, серьезно.
Закрыв на миг глаза, чувствуя подступающие слезы, вскакиваю с постели, подхватываю халат и убегаю в ванную комнату. Какое-то время просто сижу на бортике ванной, не могу остановить текущие слезы. Потом взгляд падает на стиральную машинку, в ней крутится что-то знакомое. Режим сушки. Заботливый Алекс засунул мое мокрое платье посушиться. Выключаю машинку. Платье почти сухое. Надеваю наряд, который сейчас мне особенно противен.
Алекс ждет, прислонившись к стене напротив двери в ванную.
– Ты в порядке?
– Да, все хорошо. Мы взрослые люди. Давай не будем ходить по кругу.
– Возьми мою куртку. Такси ждет у подъезда. Позволишь заплатить за поездку?
– У меня есть деньги. Все равно, спасибо.
– Твои ночные приключения становятся нездоровой привычкой, – ругает меня на следующее утро Машка. – Слиняла, даже плащ свой забыла. Ты не околела, мать? Или твой заботливый кавалер горячий как песок в пустыне?
У меня раскалывается голова, слушать нотации нет никакого настроения.
– Чего молчишь? Я требую объяснений! Ты хоть с Градовым была? Ну конечно с ним. Может уже перестать трепыхаться, Рад? Признать, что старший брат куда более секси, чем младший. Куда он увез тебя? Раад, ну колись уже, не молчи!
– Хватит, серьезно, Маш, я на работу опаздываю! – восклицаю раздраженно.
– Так не честно, – надувает губы подружка. – Я тебе о своих кавалерах рассказываю абсолютно все.
– Маш, пожалуйста. Мне так тяжело…
– У вас было?
Моя понуро опущенная голова и красные щеки говорят красноречивей слов.
– И как он? Лучше Вадима?