Ева Маршал – Танец с чудовищем (СИ) (страница 52)

Оглядела рассевшихся обучающихся. И даже сердце не дрогнуло, когда взгляд скользнул по пустому месту наследника. Нет — и хорошо. Так проще. Только сегодня. Потом я смогу окончательно обуздать эмоции и вести себя должным образом.

— Итак, — попыталась я начать урок, однако меня отвлекла открывающаяся дверь. Кажется, поблажек судьба делать мне не намерена. — Проходите, курсант, мы только начинаем.

— А как же наказание за опоздание? — растягивая гласные, спросил Фил. — Оно по уставу тоже карается.

А глаза такие честные-честные! Голос только откровенно ехидный. Издевается и даже не скрывает.

— Фера Шур ввела наказания? — удивился Энран. — Я думал, мы здесь по-простому, по-семейному.

Еще один провокатор.

У меня было, что сказать, но пока на ум приходили исключительно нецензурные конструкции. К счастью, пока я размышляла, как повести себя, курсанты вполне мило пообщались.

И пусть. Да, непрофессионально. Но мне нужны эти мгновения, чтобы в зять себя в руки. Чтобы не краснеть, когда Энран оборачивается ко мне, поднимает взгляд. Чтобы не заикаться, не дергаться, не дрожать.

Обновленный изначальный после инициации выглядел еще более мужественно. Как-то враз стал больше походить на отца, нашего несокрушимого, страшного императора, тело которого словно едва вмещало подконтрольную ему силу звезды.

— Ты пока был у врачей, все пропустил, — взялся за просвещение наследника Фил. — Нашу феру Шур отправили на тренировки, так что она не в настроении.

— Это хорошо, — усаживаясь, сказал мужчина. — Физические нагрузки еще никому не пошли во вред.

— Думаешь? А мне кажется, Фарт явно на них помешался, — включился обычно самый тихий мой ученик, Зандр.

Если уж всполошились даже самые стойкие, мне явно есть, чего опасаться.

— Фарту отдали нашу ла… леди Шур? — исправился Энран.

Ясно, «лапочка» — это, похоже, неискоренимо, хоть фамилию меняй на что-нибудь звучное, располагающее к новому прозвищу.

Как воины будут уважать лапочку? Да уж.

— Я поговорю, — тихо сообщил одногруппникам Энран.

— Благодарю вас, курсант, но не стоит. Напоминаю, что преподаватель здесь я и это вы находитесь под моей опекой. А я справлюсь, — самоуверенно заверила своих звезд и улыбнулась. — А теперь начнем занятие.

Урок прошел под мои самоутешения «я справлюсь», «я смогу», «я еще им покажу». Мне даже удалось отвлечься от изучающего синего взгляда одного изначального и спокойно реагировать на комплименты котика.

Определенно мне не хватало опыта, чтобы провести четкую грань между обучением и доверительным общением. Да и возраст… Они меня ни во что не ставили. Учились хорошо, да. Но лишь потому, что в ВАД по-другому нельзя.

Пора бы, Аделия, взять себя в руки, прекратить глазеть по сторонам, восторгаться мужественной красоте мужчин и заняться тем, для чего, собственно, тебя сюда наняли. Исключая участие во вселенском заговоре, конечно.

Эти мысли позволили чуть дистанцироваться и вести себя достойно, когда мужчины выходили из аудитории и бросали на меня разные и весьма говорящие взгляды. Зандр так вообще едва ли не прощально посмотрел, словно не верил, что я выживу после первой тренировки.

А вот Энран задержался. Увидев это, остановился и Марн.

Вот только разборок мне и не хватало.

ГЛАВА 23

— Урок окончен. Прошу покинуть аудиторию. Все разборки прошу проводить на специально выделенной академией полигоне, — холодно заявила я мужчинам и первой прошла двери, указала рукой на выход.

— Ты не представляешь, что тебя ждет, — сообщил Энран, остановившись в шаге от меня. Такой непривычно крупный, мощный, даже дух захватывало.

— Аделия, послушай, это не тот случай, когда разумно отказываться от помощи, — подключился Марн.

О, так они не ругаться друг с другом собрались, а убеждать меня воспользоваться связями! Чего не ожидала, того не ожидала.

— Премного вам благодарна, но не думаю, что в этом есть острая необходимость. А теперь, мои дорогие… звезды, — отчеканила я недовольно, — пора идти. У вас, если мне не изменяет память, практическое занятие.

Скандала удалось избежать, на меня бросили лишь два хмурых взгляда и очень недовольно покачали головами. Но послушали.

Я же, гордая, что удалось отстоять собственное мнение хоть в таком небольшом случае, до самого вечера пребывала в хорошем настроении.

А дальше…

Я поняла, почему фера Ларского прозвали Фартом. Он невероятно везучий тип — сто процентов. Потому что с его садистскими наклонностями его тысячу раз должны были отравить, зарезать, сбросить в вулкан, заразить неизвестной болезнью, пристрелить, послать проверить, как там сверхновая, взрывается ли… И это лишь первые идеи, пришедшие в мою голову. Позднее вариант с «зарезать» я исключила, потому что не знаю, кем надо быть, чтобы победить несокрушимого старшего инструктора всея академии.

Самое интересное, что фер Ларский был, наверное, самым щуплым с виду, да и в росте уступал остальным, притом и преподавательскому составу и большинству обучающихся. А побаивались его все и сражаться не любили.

К слову, наименование его расы было никому не известно. Кроме власти предержащей, разумеется, чип выдавал цифру и требовал код доступа

С виду человек человеком, а сам неубиваемый как изначальный.

Пока полудохлое тело одной самоуверенной девицы со скрипом передвигалось по полосе препятствий «для цыпочек», в спортивный зал зашел Наир Чармир собственной персоной.

Беспрепятственно, замечу я. А ведь наш главный инструктор, имя и прозвище которого не могу теперь даже про себя произносить без неприличных слов в довесок, самолично заблокировал все ходы-выходы и отключил видеонаблюдение. Как он сказал, чтобы мои занятия для фигуры не мешали грызть граталит науки его звездочкам.

У-у-у, так бы и стукнула его! Только вот сил нет даже на злобу.

Я распласталась на очередной «кочке», через которую нужно было резво перемахнуть и, не снижая скорости, бежать дальше, и сквозь застилающие глаза капли пота наблюдала, как здоровались и перекидывались парой фраз мужчины. Фер Ларский, самый-нехороший-человек-во-вселенной, на фоне мощного и высокого изначального казался совсем крошечкой. Но этот тот самый случай, когда мал, да удал.

— Живо-живо-живо! — разнеслось на все помещение. — Лежать пластом ты будешь завтра! До двадцати-ноль-ноль! Чтобы к следующей тренировке была в форме!

Я нашла в себе силы только для того, чтобы приподнять голову и бросить ненавидящий взгляд в их сторону.

— И не строй мне глазки! Сползла с кочки и два круга вокруг полосы!

— С трамплинами? — уточнил Наир Чармир и тут же удостоился потока нецензурной брани в свой адрес. — О! А вот это интересно.

Вот ведь гад! Проник в мои мысли, пока я валялась тут почти в беспамятстве. Я потрясла головой, представила, как восстанавливаю ментальную броню. И поняла, что неприятное словно писк летних насекомых жужжание — не что иное, как постороннее присутствие.

Скатилась в кочки, встала на четвереньки, из упрямства поднялась, выпрямилась. Да, я сделала это! Осталось побежать. Икры сводило судорогой, колени дрожали, руки повисли плетьми вдоль тела. Унылое зрелище.

Правая нога вперед, левая, правая, левая. Держать равновесие. Не падать.

Я сделала глубокий вдох, представила, что на любимых уроках танцев. Нас там тоже тренировали до белых мушек перед глазами, но такого издевательства я прежде не видела. Так, не думаем про Фарта, не думаем. Уроки танцев. Я кружусь, я танцую, мое тело живет отдельной от боли жизнью…

— Первый случай в истории ВАД, когда круг почета бегут со скоростью беременного ленивца, — решил меня «подбодрить» инструктор.

— Бегут? — язвительно спросил гадкий Чармир. — Она еле передвигает ноги.

— После полноценной тренировки, — уточнил мой истязатель. Изначальный заинтересованно выгнул губы.

Я сцепила зубы. Не хватало еще тратить энергию на двух извращенцев, наслаждающихся чужой болью. Да их обоих надо сдать психиатрам.

— Внесу твой результат в базу данных, повеселю мужиков, — издевался Фарт.

Второй круг показался мне вечностью. Ноги магнитились к черной поверхности, не желая отрываться, чтобы сделать шаг. Когда я на чистом упрямстве, самовнушении и злости преодолела последние метры и замерла перед мужчинами, мне хотелось только одного — упасть и не двигаться. И чтобы за меня их убил кто-нибудь другой.

Но приходилось не пускать настойчивое жужжание в свой мозг и это отнимало последние силы. Их остатки.

Фер Ларский изогнул бровь. Затем повел в мою сторону головой, будто я должна что-то сказать или сделать.

Я медленно-медленно моргнула. Это я так сильно устала или веки тоже способны болеть? Может, Фарт изменил гравитацию и мои ресницы весят по десять килограмм каждая?

— К вышестоящему по званию даже на тренировке подходят строевым шагом и замирают по стойке смирно, — подсказал Наир Чармир.

Отойти, чтобы правильно подойти я была не в силах, потому выпрямилась, насколько это было возможно и задрала подбородок. Посмотрела в ненавистные глаза самого неприятного во всей вселенной существа — главного инструктора.

— Тренировка окончена, можешь идти, — сообщил он мне совсем по-простому.

Я посмотрела на Чармира, вдруг мне нужно еще что-нибудь сказать или сделать. Мозг отказывался функционировать самостоятельно, требовал подсказку. Вроде бы, на занятиях ничего такого специально не требовалось, но мало ли.