Ева Маршал – Старший брат моего парня (страница 37)

Хотя лично я не смела и мечтать о подобном.

Я рискнула и осторожно, боясь сделать что–то не то, переключила скорости и едва–едва коснулась педали газа. Машина послушно тронулась с места без ожидаемых мной рывков и разгонов до ста миль в час за долю секунды.

— Умница, молодец, — подбодрил Логан. — Выезжай сразу налево и за ворота.

— Ты ведь сказал, вокруг дома! — тут же запаниковала я, хотя шуточка Марка про копов должна была подсказать, что спортивные красотки не созданы для медленной езды вдоль клумб. Они просто выдавали мне информацию дозировано, а не всю сразу.

— Вокруг дома много людей и машин, а мы проедем по хорошей прямой дороге, чтобы ты прочувствовала скорость.

Успокаивающая тяжесть руки Логана словно придавала мне уверенности. Никаких нервных сжатий или дрожи в пальцах — идеальное спокойствие. Кажется, я в себе сомневалась больше, чем он во мне.

До трассы я не ехала — плелась. Мужчины начали неспешно переговариваться и обсуждать день рождения, погоду, природу и планы на завтра, я же постепенно, без понуканий, приспосабливалась к машине и чувствовала себя всё увереннее. Логан периодически давал подсказки и, кажется, несмотря на разговор с братом контролировал каждый мой вздох, каждое движение, что тоже немного унимало тревогу.

— Попробуй разогнаться. Не бойся, что руль словно станет туже ходить, это специально, для лучшей управляемости, — дал он очередную подсказку, когда мы выехали на идеально прямой участок трассы.

Через несколько минут я готова была орать от восторга. Ветер задувал в уши, трепал волосы, наполнял лёгкие пряным ароматом знойной ночи, а мы летели на роскошном автомобиле, о котором девчонка вроде меня не могла и мечтать.

И я. За. Рулём!

Не пассажир!

— Сбавляй постепенно скорость, мы почти приехали, - велел Логан спустя пару секунд.

Времени, конечно, прошло куда больше, но от бушующего в крови адреналина казалось, будто пролетели считанные мгновения.

— Куда?

— Увидишь.

Когда запахло водой, поняла, что мы приехали к тому самому озеру, которое обсуждали мужчины. Некстати вспомнилось детство, пруд с лягушками неподалёку от бабулиного дома и дикое количество комарья, от которого не было никакого спасу.

Про себя посмеялась. Кажется, эти два романтика слишком далеки от природы, если решили посидеть на берегу и полюбоваться отражением звёзд в идеально гладкой поверхности симпатичного озера. Крыша дома явно предпочтительнее.

Однако я оказалась не права, точнее, не совсем права. У причала нас ждал небольшой катер.

— Даже не верю, что слышу тишину, — сказал Марк, подавая мне руку. — Осторожно, немного качает, садись, котёнок.

— А я слышу только тебя, — съехидничал Логан, заводя мотор. — Люблю гостей, но в этот раз что–то слишком уж шумно.

— Стареешь.

— Сейчас кто–то уйдёт на корм рыбам, — пообещал старший из братьев.

— Я любя.

— Я тоже любя. Рыб. О них никто не заботится, кроме меня.

Я усмехнулась. Они невероятно милые, когда остаются наедине, ну, или в моей компании. Но я их, кажется, совершенно не смущаю. А вот они меня — очень даже. И не знаю, кто больше.

Словно почувствовав, что в женской голове зародились мысли, Марк притянул меня к себе и поцеловал, так сладко и головокружительно, как умел только он. Я потеряла счёт времени и наслаждалась каждым мгновением, блаженствовала и едва не мурлыкала, пока мы не причалили к небольшому пирсу.

— И где это мы находимся? — уточнила, вглядываясь в кромешную темноту.

— Сейчас всё увидишь, — пообещал Марк таким счастливым голосом, что я сразу поняла — это место связано с тёплыми воспоминаниями и мне здесь обязательно понравится, хотя бы потому, что здесь Марк безоблачно счастлив.

Так и оказалось. Мы вышли к небольшому симпатичному одноэтажному домику с огромной террасой, украшенной множеством цветов в горшках и кадках. А ещё здесь были качели и полноценный обеденный стол со стульями. Захотелось поскорее увидеть всю эту красоту при свете дня, но пока пришлось идти в дом, спасаясь от летающих жужжащих чудовищ.

— В прошлый раз были проблемы со светом, пойду проверю, чтобы посреди ночи не бегать, может, запущу генератор, — предупредил Логан. — Ведите себя хорошо.

— Да ни за что! — пообещали мы, дружно расхохотавшись.

Я провела Логана восхищённым взглядом. Почему–то мне даже в голову не приходило, что он умеет работать руками. Это показалось нереально сексуальным и правильным. Настоящий мужчина. С таким не пропадёшь.

— Это наша берлога, — поделился Марк, включая свет в симпатичной гостиной. — Дед сюда сбегал от семьи, удил рыбу и наслаждался тишиной. Если не брал нас с собой, конечно. Теперь это наше с Логаном убежище.

— От суеты и шумных гостей? — спросила я, прижимаясь к нему. В незнакомом, почти нежилом доме, без городской суеты за окном, без каких–либо привычных звуков цивилизации я чувствовала себя неуютно.

А ещё шутила, что братья далеки от природы! Сама–то та ещё городская девочка.

— От тёти Фло, — рассмеялся Марк.

— Мне кажется не очень правильным то, что мы постоянно сбегаем от гостей, — призналась смущённо. — День рождения без именинника — это немного странно.

— Да расслабься, кому какое дело, где Логан? Все его друзья знают, что он часто исчезает по делам, и никто не парится. А те, кто не друзья… на них вообще начхать, — отмахнулся любимый. — Пойдём, я тебе всё покажу.

Экскурсия завершилась в рекордно короткие сроки, потому что бесстыжий Марк, увидев кровать в первой попавшейся нам на пути комнате, тут же меня на неё опрокинул и принялся раздевать.

— Марк! Ну Марк! — пыталась образумить я ненасытного любовника. — Подожди ты! Я хотела кое–что спросить.

— Потом. Приподними попку, детка, а то на острове нет ни одного магазина с женской одеждой и новый прикид купить нереально, а от этого хочется поскорее избавиться.

— Сейчас!

— Да, приподнимай прямо сейчас, — гнул свою линию настойчивый мужчина, нависая надо мной.

— Я не то имела в виду! Я хочу поговорить, пока…

— И я хочу, — стянув с меня шорты, заверил Марк, не позволив продолжить фразу «… пока нет Логана». — Ты такая аппетитная, так бы и съел. Обожаю, когда ты злишься. Тебе идут и румянец и этот бешеный взгляд. И ты всегда нереально сильно заводишься, когда я тебя бешу. Оу, уже мокренькая. Я же говорил.

— Ма–а–а-арк, — простонала я, хотя пыталась настоять на разговоре. — Ну что мне с тобой делать?

— Любить? Заботиться? Сходить по мне с ума? Целовать меня? Облизывать? Вот так, например.

Его язык скользит от живота к клитору, обводит, щекочет лёгкими касаниями, спускается ниже, заставляя трепетать от нежных, горячих ласк, а затем возвращается наверх и частыми короткими ударами в два счёта доводит меня до предоргазменного состояния, в котором пальчики на ногах уже поджимаются, по телу ползут сладкие судороги, а глаза закрываются словно сами собой, отправляя в мир сладких грёз.

— Пошляк, — шепчу едва слышно. — Ах! О, да–а–а.

— От пошлячки слышу.

— Ты давай не отвлекайся там. Да, да, да, вот так. Как хорошо! Ещё! Марк! Ещё.

Я облизываю губы, сжимаю грудь, выгибаюсь дугой, но мой бессердечный любовник останавливается, отстраняется.

— Ты хотела поговорить о чём–то, — шепчет он, нависая надо мной. — О чём–то очень важном и срочном. — Чувствую, как член скользит в подготовленное к встрече с ним тело, двигаю бёдрами. — Может, о том, как сильно меня любишь? И хочешь? И с ума по мне сходишь?

С каждым вопросом он врезается в моё тело, заставляя сладко сжиматься и соглашаться с любым утверждением.

— Да, да, да, — шепчу с закрытыми глазами.

— Такая послушная девочка, вкусная, ласковая, отзывчивая. Моя маленькая извращенка, — приговаривает он.

За шумом в ушах я не слышу половину слов, но машинально соглашаюсь, обнимая своего невероятного мужчину, который подобрал к моему телу ключи и сейчас безошибочно открывает все комнаты, в которых спрятаны самые потаённые желания. Спрятаны даже от меня самой.

— Мы здесь совсем одни и ты можешь кричать столько, сколько хочешь. Так громко, как только можешь, — шепчет Марк, не останавливаясь. — Не сдерживайся. Кричи для меня, Кэти. Хочу слышать, как ты кончаешь.

— Скажи… скажи… пошлое, — требую, задыхаясь от страсти. — Грубое.

— Как я хочу тебя трахнуть? Кончить на твой животик, затем на задницу, грудь, лицо? Заставить тебя облизывать мой член? Схватить тебя за волосы и насаживать, вонзаясь в горло? Или рассказать, какая ты охуенная, Кэти? Как я дурею от одного твоего вида и хочу тебя?

— Да–а–а. Как… как хочешь…

— Да пиздец, как хочу. В ушах звенит. Только и думаю о том, как ты будешь кричать подо мной, надо мной.

— Да, да, да…

— Или, может, ты хочешь услышать, что я дико кайфую, когда ты становишься на колени, расстёгиваешь ширинку на моих джинсах и твои блядские зелёные глаза заглядывают мне в душу?

— Детка хочет, чтобы ты её трахал, а не философствовал, — произнёс Логан от двери. — Да, Котя?