Ева Маршал – Старший брат моего парня (страница 33)
Краткими вспышками сгорают звёзды, а я лежу и плавлюсь от удовольствия, и кажется, этот миг растянут до вечности.
— Загадала желание? — хмыкает Логан, переворачивая меня на живот. — Согни немного колени, да, вот так. Умница, девочка.
Он делает первый толчок, и я удивлённо распахиваю и глаза и рот, потому что удар приходится точно в мишень — загадочную точку G, которую я как–то искала специальным вибратором, но не нашла. Или нашла, но не дожала, постеснялась тщательно разыскать. Не умею я отключать мозг так, чтобы кайфовать от экспериментов. Зато это прекрасно выходит у Логана с Марком.
Движения Логана причиняют боль и вместе с тем охренительно прекрасны, до цветных разводов перед глазами, до сладких спазмов внизу живота. Я зажмуриваюсь, не в силах справиться с калейдоскопом сменяющихся ощущений, и чувствую, как губ касается гладкая плоть.
Марк!
— Приоткрой ротик, детка, — произносит он.
Глава 25. Очень доброе утро
Моё утро начинается сильно после обеда. Я открываю глаза от чьего–то громогласного хохота за окном и вижу, что нахожусь в незнакомой комнате. Она насквозь пропитана запахом Логана и выдержана в том же стиле, что и весь дом.
Как я здесь очутилась, ума не приложу, видимо, отключилась ещё на крыше. Другое дело, как теперь отсюда уйти, ведь моя футболка не выдержала напора страсти и разлетелась на куски, а шорты исчезли в темноте ночи, может, даже шлёпнулись на кого–нибудь из гостей.
Голова удивительно ясная и в ней ни единого угрызения совести. И чёткое понимание, что Марк сам меня подтолкнул к сексу с Логаном. Происшествие в кухне не в счёт. И если кто здесь должен испытывать чувство вины, то это…
Странно, но я даже обвинять никого не хочу. Это произошло. Свершилось. Сбылось. Мы получили нереальное удовольствие. Марк был за. Логан — более чем за. Я — ну, не так, чтобы против.
Но я ни о чём не жалею! Да! Именно так! О такой ночи нельзя сожалеть, о ней можно лишь мечтать, вспоминать, желать повторения. Но сожалеть? Ни–за–что!
Это было слишком невероятно, фантастически, восхитительно! Мы словно были одним целым, понимали друг друга с полувздоха, с полувзгляда, чувствовали кожей за миг до касания, блаженствовали и, набравшись сил, вновь сходили с ума.
Я сладко потянулась, чувствуя приятную ломоту в мышцах и пресыщение. Да, именно так. Пресыщение. Балдёж. Невероятный кайф.
Я была с двумя мужчинами, восхитительными мужчинами, невероятными. Обалдеть можно. Кажется, сама себе завидую. Такое только в фильмах бывает.
Потёрла лицо руками, разгоняя кровь и просыпаясь. И вместе с тем выныривая из полусонного состояния, трезвея.
Я переспала с двумя сразу! Изменила Марку! С Марком. Без Марка.
Чёрт! Даже не знаю, как это назвать правильно.
В голове не укладывалось, как теперь быть, как будут выглядеть наши отношения, будут ли они вообще, что делать с Логаном, но я решила не забивать себе мозги с утра пораньше, по крайней мере пока не отпустило и я ещё частично под кайфом, ещё там, на крыше под звёздами, на одеяле, которое мягче пуха, в сильных, уверенных, опытных мужских руках.
Разберусь позднее. Прижму Марка к стене, допрошу с особым пристрастием, а там уже начну волноваться и переживать на полную катушку, уж я-то себя знаю.
Но сперва съем сотню бутербродов. И картофельный салат. И глазунью из десятка яиц. И выпью литр сока. С печеньем. И кусок торта проглочу. Был вчера торт или нет, интересно?
Меня бросило в жар, перед глазами поплыло, но я мужественно выдохнула и пошлёпала себя по щекам. Не сейчас. Потом. Сперва нужно сбежать отсюда.
Приняла душ, тщательно смывая следы постыдной любви, ещё раз убедила себя, что в планетарном масштабе моё падение совсем незаметно и вообще касается лишь троих, а не всей прогрессивной общественности. И вообще, наверняка многие мне бы даже позавидовали, а я тут с ума схожу. Заранее! Может…
Выдохнула. Просто утро аутотренинга какое–то.
Бессовестно порылась в футболках Логана, утонула в одной из них, сбежала переодеваться в собственную спальню, надеясь ни с кем не встретиться до того, как замажу следы преступления килограммом косметики.
Не гости здесь тётя Фло, можно было бы сильно не переживать, а так лучше подстраховаться. Бассейн и пляж теперь — недоступные локации. Не вынесу, если она начнёт шутить о синяках на моих бёдрах и очередном засосе, за который Марк получит по первое число. Пришлось распускать волосы и надевать длинное платье к завтраку.
В кухню не шла, кралась. Всё–таки нечистая совесть — страшный предатель. Как себя не убеждай, что всё просто замечательно, в глубине души ты всегда знаешь правильный ответ. И сейчас хорошая девочка Кэти лежала в нокауте на дне сознания, лишь периодически приподнимая голову, выдавая порцию аргументов для самобичевания, и вновь отключаясь.
Американские горки какие–то. То я вспоминаю о произошедшем с восторгом и трепетом, то падаю на дно Марианской впадины, укоряя себя за разврат и порок.
Но в обоих случаях я зверски хочу есть, хотя обычно от нервов кусок не лезет в горло.
В столовой на моё счастье никого, кроме услужливого персонала, я уминаю всё, что не приколочено, и, сытая и довольная, выкатываюсь из–за стола, немного успокоившись и даже собравшись с силами для разговора с Марком.
Что было, то было. Прошлого не вернёшь. Настало время разобраться с настоящим и заглянуть в будущее.
Но первым я встречаю Логана и выглядит он темнее грозовой тучи.
— Сбежала, — обвиняет он и смотрит так, что сердце уходит в пятки.
Оглядываюсь по сторонам — ни одного свидетеля, даже тётушка не выглядывает из–под дивана.
— Не сбежала, а пошла на завтрак, — отвечаю с достоинством и пытаюсь удрать на улицу, к гостям и Марку, к которому у меня много вопросов.
Я не знаю, как себя вести с Логаном после вчерашнего, даже в глаза стесняюсь смотреть, но долго и не приходится — он в два счёта оказывается рядом, хватает и перекидывает меня через плечо.
— Отпусти немедленно! — требую, колотя его по заднице. Упругой, красивой, накачанной заднице, одетой лишь в плавательные шорты. — Логан, отпусти!
— Закрой глаза и молчи.
— Да вот хрен тебе! Немедленно отпусти меня, неандерталец! Что за древние методы? Ещё дубиной по голове тресни! — неистовствую я.
Колотить роскошного мужчину сложно — всё больше хочется пощупать, погладить, приласкать, сжать и облизнуть.
Старший Бекендорф — чёртов леденец на палочке. Видишь — сразу захлёбываешься слюной.
Он ничего не слушает и несёт меня в спальню. Она наполнена ароматом садовых роз и это достойный повод, чтобы отвлечься от созерцания задницы Логана. Изворачиваюсь и вижу, что в комнате места живого не осталось — повсюду букеты, даже кровать усыпана белоснежными и розовыми лепестками.
— О, — тяну, позабыв обо всём. — Какая красота. Обожаю цветы.
— Хотели сделать тебе сюрприз, но доставка немного подвела. Закрой глаза и сделай вид, что спишь, Марк скоро подойдёт и мы будем тебя… будить.
Будут они меня. Замечательная оговорочка. Говорящая такая. Ёмкая. Её одной достаточно, чтобы возбудить моё тело до максимума.
«А порядочная девушка бы испугалась!» — пытается пробиться глас разума, но куда там?
Послушно закрываю глаза, чувствую, как меня укладывают на шёлковые простыни, осторожно снимают платье. Прохладные лепестки приятно щекочут кожу, отдают нежный аромат. В следующее мгновение оказываюсь под одеялом.
— Ты выспалась? — спрашивает Логан неожиданно по–человечески.
Едва не распахиваю глаза от неожиданности, потому что привыкла воспринимать его не как человека и личность, а как загадочного тёмного полубога, сошедшего на Землю, чтобы сломать моё сопротивление, соблазнить и заставить страдать.
Уровень доверия к Логану — ноль из ста.
Уровень возбуждения — сто из ста.
Женская логика во всей красе.
Соски упираются в ткань тонкого одеяла, безжалостно выдавая моё состояние, и я заливаюсь краской стыда, потому что это уже чересчур. Чересчур нежиться в постели брата своего парня. Чересчур позволять ему раздевать себя. Чересчур — дуреть от его присутствия и хотеть продолжения вчерашнего. Всё чересчур.
— Я… не совсем, — отвечаю с запозданием. — Точнее, совсем не выспалась. Но уже спать не хочу.
— Я вижу.
В его голосе явственно чувствуется смех. Представляю, как он улыбается. Суровое лицо не становится добрым, Логан слишком жёсткий и грозный для этого, но улыбка определённо больше располагает. Жаль, я лежу с закрытыми глазами и всё пропускаю, ведь каждая его улыбка — на вес золота.
Но посмотреть на него боюсь. Стесняюсь.
«Нет, ну ты посмотри на неё, трахаться она с ним не стесняется, сосать ему не стесняется, а в глаза заглянуть — это слишком, это она не может!» — тут же съехидничал внутренний голос.
И заткнулся практически сразу, потому что рука Логана забралась под одеяло и сжала мою обнажённую грудь.