Ева Маршал – Старший брат моего парня (страница 21)

Я так и сидела сломанной куклой в ворохе разноцветных тряпочек, когда дверь без стука открылась и раздались тихие шаги Марка.

— Кэти, золотце, ты чего? — Он бросился ко мне, заключил в объятия, подхватил, унёс на диван в гостиной. — Логан пришёл, да? Ты испугалась, маленькая? Он вёл себя грубо? Я поговорю с ним, не волнуйся, моя хорошая. Он иногда ведёт себя как дикарь.

— Всё… всё нормально. Я не… немного удивилась, — призналась, прижимаясь к нему вплотную, вдавливая своё глупое, бестолковое тело в его, такое родное и любимое. — И смутилась… очень. Я думала, пришла Фло, пригласила войти, а сама… Марк, я была в одном белье и успела лишь прикрыться халатом!

— Прости, что не предупредил. Спален в доме не так много, а семейка у нас — ты сама видела, дворца не хватит, чтобы всех комфортно разместить. Только что приехал деловой партнёр Логана с женой, его пришлось экстренно заселять. А это не так просто, учитывая нашу семейку, попроси ту же тётю отдать свою спальню и переночевать у Барби, воплей будет столько, что ну его! В итоге Логан отдал Корвину с женой свою спальню, лишь бы никто не выносил ему мозг. Я…

Марк подозрительно замолчал и я отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза.

— Что — ты?

— Я пригласил его переночевать у нас. Надеюсь, ты не против. — Я нахмурилась и он уточнил: — Не сильно против. — Скорчила жуткую физиономию, и Марк защебетал: — Кэти, любовь моя, ну не злись. Я не могу заставить собственного брата ночевать на коврике в прихожей в его собственный день рождения.

— Он был вчера, — проявила я безжалостность. — Наверняка есть ещё варианты. Диван в гостиной, например.

— Куда прибежит наша инстаняша, изнасилует моего бедного братика и потребует на ней жениться и содержать их с ребёнком, по сто раз в день позируя для нового инстаграм–проекта «Идеальная семья»?

Марк похлопал ресницами так, как умел только он, и я невольно улыбнулась. Ну до чего обаятелен чертяка! Как ему противиться? Да и уверена, целеустремлённая, амбициозная Барби не упустит такой шанс! Тем более, после вечернего празднования все будут подшофе и в настроении для шалостей.

— Мне всё равно не нравится эта затея. И, кстати, мы ещё не обсудили произошедшее в бильярде. Когда ушёл Логан? И не корчь милые рожицы, я серьёзно страшно зла на тебя!

Демонстративно схватила любимого за грудки и чуть потянула ткань футболки на себя, Марк тут же радостно нырнул головой в мою грудь, принялся её целовать и облизывать прямо через тонкое кружево. Соски превратились в твёрдые пики, как только их сжали зубами и следом увлечённо пососали.

— Ма–а–арк, — протянула я, не зная, то ли треснуть эту наглую морду, то ли запереться в шкафу, чтобы нас никто не увидел, и уже там отдаться со всей страстью.

— О, да, детка, продолжай стонать, нереально заводит.

— Логан сейчас выйдет из душа, — простонала, прогибаясь в пояснице, подставляя ему грудь для поцелуев и ласк. — Сворачиваемся.

— Да–да, конечно, моя хорошая, моя сладенькая, послушная кошечка, такая отзывчивая, нереально охренительная.

От поцелуев он переходит к лёгким укусам, будоражащим рецепторы, заставляющим терять связь с реальностью. Его пальцы уже скользят во мне, и я не знаю, не поняла, как это произошло, когда он успел, но сжимаю их мышцами так, что от остроты ощущений звёзды взрываются перед глазами. Мне невозможно, невероятно, потрясающе хорошо сейчас.

Громко хлопает дверь ванной, я резко выпрямляюсь, смотрю на Марка зло и требовательно, руки проворно снуют по телу, возвращая бельё на место. И лишь потом соображаю, что меня утащили в том, в чём была, халат остался там, у шкафа.

— Футболку! — произношу, сверкая глазами, и Марк, тихонько посмеиваясь, стягивает со своего шикарного тела тонкую, приятно нагретую ткань, надевает на меня, правда задом наперёд, но впопыхах и так сойдёт. Лучше, чем вновь щеголять в одном белье перед раздевающим взглядом его брата.

Пока Логан, насвистывая незнакомую мне мелодию, гуляет по спальне, быстро перекручиваю футболку принтом вперёд и пытаюсь сползти с колен разгорячённого Марка.

— Хочешь поставить меня в неловкое положение? — шепчет тот, улыбаясь во все тридцать два зуба, и кивает вниз. — Бесчеловечно демонстрировать родне некоторые «выдающиеся обстоятельства».

— Меня же ты демонстрировал! — предъявляю недовольно. Мой громкий шёпот, наверное, прекрасно слышен в спальне, но сейчас мне не до подобных мелочей.

— Кэти, ну ты не так всё поняла, — простонал Марк, обхватывая моё лицо и притягивая к себе для поцелуя. Только вот я мягко накрыла ладонью его губы.

— Всё так! Зачем ты так поступил? Ну, зачем?

Мои глаза наполнились слезами, хотя я не планировала ни истерик, ни ссор, лишь хотела спокойно поговорить, только вот после стольких событий нервы сдали окончательно.

— Милая, любимая, дорогая, прости, — зашептал Марк, целуя мои щёки, лоб, нос, губы, плечи. — Мне просто крышу сорвало, когда ты ответила, ещё и так горячо. Я вообще не в теме, когда он ушёл и даже не помнил, что он там сидел. Я видел только тебя. Я с ума схожу, когда ты рядом и возбуждена, и смотришь на меня своими кошачьими глазами так, будто готова облизать с ног до головы.

— Правда?

— Да правда–правда, он весь дымится, когда ты рядом, — раздалось от двери, и я тут же спрятала покрасневшее лицо на плече любимого.

Нашла, когда выяснять отношения!

Исподтишка посмотрела на Логана и покраснела ещё сильнее. Этот бесстыжий, наглый, невозможно упёртый гад обернул бёдра полотенцем и припёрся к нам словно так и нужно! Будто это нормально — вот так ходить по, на минуточку, чужой спальне, где находится чужая женщина!

И ведь не скажешь ему ничего! Уверена, ответит, что лишь следует принятому в наших покоях дресс–коду, ведь я встретила его в неглиже. И он ни слова не сказал против!

Но до чего хорош! Мамочки!

Твердокаменные рельефные мышцы, загорелая гладкая кожа, вязь загадочных кельтских татуировок.

Леденец на палочке. С палочкой.

«Фу, Кэти!» — пожурила себя за пошлость.

— Деточки, поднимайте свои задницы с дивана и переодевайтесь, будете помогать мне развлекать родню, — произнёс Логан.

— И отгонять девиц? — хохотнул Марк, поднимаясь, удерживая при этом меня на весу. Я машинально обхватила его талию ногами и смутилась, почувствовав, как упирается в тонкое кружево белья его горячий, готовый к очередному подвигу член. Марк ещё нарочно поводил бёдрами, вроде как усаживая ношу поудобнее, и меня едва не затрясло от возбуждения.

Неужели он прав и меня заводят экстремальные ситуации или чужое внимание? Или это особый день цикла, какой–нибудь гормональный сбой и нервное напряжение объединились и так круто меня подставили? Или невероятные магнетизм и харизма Логана? Я не находила ответа.

Но, что бы это ни было… Какой позор!

Спрыгнуть с себя Марк не позволил и, словно первобытный житель, утащил в свою пещеру, где прислонил к ближайшей стене и принялся жарко и страстно целовать. Я же, смущённая, испуганная и дикая, сперва отбивалась, колотила по плечам, требуя поставить меня на пол и не безобразничать, однако его жаркая настойчивость сотворила своё грязное дело — я поплыла.

Тело, узнав, что такое полноценный оргазм, словно дорвалось до секса и теперь всячески намекало, что ограничивать его не стоит, пылало и требовало, жаждало, отключало разум.

Марк точно уловил момент, когда я превратилась в клубничное желе и мешкать не стал. Отодвинул кружево, приласкал клитор, скользнул внутрь, проверяя, достаточно ли я готова, и на этом предварительные ласки закончились.

— О, детка, — выдохнул он в мои губы, прежде чем впиться в них головокружительным поцелуем. И практически сразу я почувствовала настойчивую твёрдость внизу, подалась ей навстречу, приняла с радостной готовностью дикую силу его страсти, его сумасшедший ритм. — Вот так, да, хорошо, — едва слышно шептал он, вколачиваясь в меня.

Я висела между Марком и стеной словно пришпиленная бабочка, и могла только цепляться за его плечи и зажимать себе рот рукой, чтобы не орать дурниной от череды скручивающих тело спазмов.

Не стонать, не стонать, не стонать! Там, за стеной, чёртов Логан!

Оргазм накрыл мощной лавиной и выдернул из лап почти идеальной тишины. Я выгнулась дугой, приложившись головой о стену, громко и протяжно застонала, потому что больше терпеть не было никаких сил.

Первое, что увидела, немного придя в себя — это наше отражение в приоткрытой зеркальной дверце шкафа.

Напряжённая, с чётко очерченным рельефом мышц спина Марка выглядела безукоризненно — хоть сейчас на обложку спортивного журнала. Хотелось схватиться за карандаш и быстро зарисовать, пока каждая линия перед глазами.

Мягко поцеловав в губы, Марк отнёс меня в душевую и попытался присоединиться, но я бескомпромиссно выставила его за стеклянную дверь.

— Я уже накрасилась, а времени мало! — сразу выдвинула железобетонный аргумент, и он, разумеется, сработал.

— Ну и ладно, обойдусь раковиной. Но тебе должно быть стыдно, — весело заметил Марк, включая воду.

— Поверь, это чувство не покидает меня с того момента, как мы выгрузились из машины в день приезда, — проворчала, активируя подачу воды.

— Ну и зря. Мы не делаем ничего неприличного, лишь наслаждаемся друг другом и своей любовью. — Марк быстро привёл себя в относительный порядок и подошёл к разделяющей нас стеклянной стене. — Я никогда не был так счастлив, как сегодня, Кэти. Это такой кайф видеть, как ты кончаешь в моих руках, чувствовать, как ты сжимаешься там, как теряешь контроль. Это правда потрясающе.