Ева Лис – Хроники Элиаса Кросса 2: Шепот песков (страница 6)

Третий охранник, тяжело дыша, бросился к пульту управления у основания машины.

Луч фонаря Кормака дернулся и мазнул по краю ботинка Элиаса.

Оранжевая вспышка в ауре охранника мгновенно сменилась ярко-красной – цветом обнаруженной цели и готовности убивать. Он открыл рот, чтобы закричать, его палец дрогнул на спусковом крючке станнера.

Элиасу не нужно было ждать выстрела. Он *увидел* намерение за долю секунды до того, как мышцы Кормака сократились.

Кросс рванулся из тени. Он не стал доставать нож или пытаться обезоружить врага грубой силой. Вместо этого он швырнул свой титановый мультитул прямо в линзу фонаря. Раздался звон разбитого стекла, луч погас, и каверна погрузилась в кроваво-красный полумрак аварийного освещения, вспыхивающего в такт сирене.

Кормак вскрикнул и выстрелил вслепую. Сгусток парализующего плазменного заряда с шипением прожег воздух в том месте, где Элиас находился секунду назад, и ударил в металлическую трубу, рассыпавшись снопом синих искр.

Элиас уже был внизу. Скользящим шагом он ушел с линии огня, поднырнул под руку Кормака и нанес короткий, жесткий удар основанием ладони в локтевой сустав. Хруст кости потонул в утробном гуле модулятора. Охранник взвыл, роняя оружие, но инфразвук уже накачал его кровь адреналином до краев – вместо того, чтобы упасть от болевого шока, Кормак бросился на Кросса с оскалом обезумевшего животного.

Его аура превратилась в сплошное багровое пятно чистой, нерассуждающей ярости. Он больше не был солдатом синдиката. Он был диким зверем, запертым в клетке с источником своего безумия.

Элиас отступил на полшага, пропуская мимо себя неуклюжий выпад, перехватил здоровую руку Кормака и, используя его же инерцию, швырнул тело охранника прямо на искрящийся кожух генератора.

Глухой удар. Вспышка статического электричества. Тело Кормака обмякло и сползло на бетонный пол.

– Контакт! У нас контакт! – заорал Дайэн от пульта.

Старший группы развернулся, выхватывая из набедренной кобуры армейский пистолет. Настоящее огнестрельное оружие. В «Солнечный Оазис» было запрещено проносить пороховые заряды, но «Омега» играла по своим правилам.

Командир стрелял профессионально – двойными порциями, «двойками», целясь на звук и движение. Пули высекали искры из бетона и рвали обшивку труб, наполняя воздух запахом кордита и металлической пыли.

Элиас метнулся за колонну фильтра. Его легкие горели. Синестезия заходилась в истерике от передозировки стимулов: красный свет стробоскопов, бурые волны инфразвука, багровые вспышки выстрелов и холодный, пульсирующий свинец в ауре стрелка. Сенсорная перегрузка грозила отключить его сознание. Ему казалось, что в мозг заливают кипящий битум.

«Думай. Используй их слабость», – приказал себе Кросс, стискивая зубы до скрипа.

Он посмотрел на старшего сквозь призму своего восприятия. Свинцовая аура командира держалась, но инфразвук делал свое дело – он вытягивал на поверхность скрытые страхи. Командир больше не действовал в команде. Он смотрел только в ту сторону, где прятался Элиас, напрочь забыв о Дайэне, который истерично колотил по клавиатуре заблокированного пульта.

И тут машина взяла новую ноту.

Частота упала до пяти герц. Волна акустического давления ударила с такой силой, что из носа Элиаса брызнула кровь.

Дайэн, стоявший в эпицентре излучения, внезапно замер. Его руки опустились. В глазах цвета паники Элиас увидел, как аура техника вспыхивает ослепительно-белым цветом полного ментального слома. Инфразвук пробил его защиту.

Дайэн медленно обернулся. В его руках был тяжелый разводной ключ. Он не смотрел на Элиаса. Он смотрел на спину своего командира. В искаженном восприятии сошедшего с ума техника именно этот человек с пистолетом был источником невыносимой боли в голове.

– Дайэн, где код отмены?! – рявкнул командир, не оборачиваясь, продолжая держать под прицелом укрытие Элиаса.

Дайэн не ответил. С хриплым, булькающим рыком он бросился на командира, занося тяжелый кусок стали над головой.

Свинцовая аура старшего мгновенно полыхнула багровым. Инстинкт самосохранения сработал быстрее осознания. Командир развернулся на каблуках и, даже не задумываясь о том, кто перед ним, всадил две пули в грудь своего подчиненного.

Грохот выстрелов в замкнутом пространстве ударил по барабанным перепонкам. Дайэн рухнул навзничь, роняя ключ со звонким лязгом.

Командир замер, тяжело дыша, глядя на убитого товарища. На секунду его идеальная дисциплина дала сбой. Свинец в его ауре треснул, обнажив пульсирующее оранжевое ядро животного ужаса от содеянного.

Этой секунды Элиасу хватило.

Он выскользнул из-за колонны, бесшумный, как тень. Когда командир вскинул пистолет, Кросс уже был рядом. Он ударил ребром ладони по запястью стрелка, выбивая оружие. Пистолет отлетел в темноту. Следующим движением Элиас нанес короткий апперкот в солнечное сплетение, выбивая воздух из легких противника, и закончил комбинацию подсечкой.

Командир рухнул на бетон, но попытался достать из-за голенища тактический нож. Элиас наступил ему на запястье, придавив руку к полу всем своим весом, а второе колено жестко прижал к его горлу.

– Коды доступа к шлюзам, – прохрипел Элиас. Кровь из его носа капала на серый комбинезон оперативника. – Живо.

Командир кашлянул, сплевывая вязкую слюну. Его глаза были расширены, но в них всё еще читалась фанатичная преданность синдикату.

– Ты ты не понимаешь, во что влез, – прохрипел он, глядя сквозь Элиаса на пульсирующий модулятор. – Мы не можем это отключить. Он заблокирован извне. Каллахан этот безумец Каллахан перехватил управление. Он вывел машину на пиковую мощность паранойи.

– Зачем?

– «Омега» приказала протестировать технологию на максимальных значениях! Они хотят посмотреть, за сколько часов идеальное общество сожрет само себя!

Элиас почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод. Синдикат не просто подавлял волю жителей «Оазиса». Они запрограммировали переключатель. Из покорного стада – в стаю бешеных волков, готовых убивать за малейший раздражитель. И этот переключатель только что активировали.

– Где Каллахан?

Командир криво усмехнулся, его зубы окрасились кровью.

– Он исчез. Отключил свои биодатчики десять минут назад. Бросил нас тут подыхать в этой могиле.

Элиас понял, что больше ничего не добьется. Он ударил оперативника по сонной артерии, отправляя его в глубокий нокаут.

Поднявшись на ноги, Кросс подошел к пульту управления, который пытался взломать Дайэн. Экран был залит красным светом. Элиас приложил к сканеру отпечаток пальца бесчувственного командира. Система пискнула, но вместо меню управления модулятором выдала доступ только к гермозатворам сектора. Машина действительно была заблокирована на программном уровне.

«Я не могу выключить эту штуку отсюда, – подумал Элиас, вытирая лицо рукавом. – Нужно найти Каллахана. У него должен быть мастер-ключ».

Он набрал команду открытия магнитной двери, ведущей из каверны в коридоры технического сектора. Фальшпанель с тяжелым скрипом поползла в сторону.

Выйдя наружу, Элиас тут же почувствовал разницу. Здесь гул машины был тише, но воздух казался наэлектризованным. Буря наверху бушевала с неистовой силой – даже сквозь сотни метров породы доносился низкий, глухой рев сирокко, бьющегося о хрустальный купол.

Он подошел к ближайшему настенному коммуникатору и подключил свой планшет к внутреннему порту. Экран мигнул и выдал тактическую сводку по всему городу.

То, что Элиас увидел, заставило его сердце сжаться.

Индикаторы биометрии жителей, еще пару часов назад светившиеся спокойным голубым цветом, сейчас напоминали россыпь раскаленных углей. Желтые, оранжевые, багровые точки вспыхивали по всему «Солнечный Оазису». Датчики фиксировали массовые выбросы кортизола и адреналина.

В жилом секторе «С», где находилась квартира Вейса, камеры зафиксировали первые драки. В оранжерее рабочие начали крушить оборудование. Люди, чьи эмоции подавлялись месяцами, внезапно получили мощнейший инфразвуковой удар по нервной системе. Паранойя и немотивированная агрессия разливались по городу, как пожар на пороховом складе.

Но самым пугающим было мигающее желтое сообщение в углу экрана, отправленное по внутреннему каналу службы безопасности:

*«ВНИМАНИЕ. КОД ЧЕРНЫЙ. Директор Каллахан не выходит на связь. Биометрический сигнал потерян. Инициирован протокол поиска. Всем подразделениям – боевая готовность».*.

Архитектор этой утопии исчез в самый разгар кризиса. Идеально спланированный эксперимент «Омеги» превращался в мясорубку.

Элиас убрал планшет в карман. Его синестезия болезненно пульсировала, улавливая отголоски массового безумия, просачивающиеся даже сквозь бетонные перекрытия. Если он не найдет Каллахана и не остановит генератор до того, как буря достигнет своего пика, то к утру купол будет усеян трупами, разорвавшими друг друга голыми руками.

Он шагнул в полумрак аварийного коридора, растворяясь в тенях. Город над ним сходил с ума, и Элиас Кросс был единственным, кто видел истинные цвета этого безумия. Игры кончились. Началась охота.

Глава 7. Оазис страха.

Тяжелые створки аварийного лифта раздвинулись с натужным скрежетом, выпустив Элиаса на первый уровень жилого сектора.

То, что ударило ему в лицо, не было физическим препятствием. Это была сплошная, осязаемая стена цвета.