Эва Кертис – Сердце Алмазного дракона (страница 10)
Глава 13
И я снова оказалась в тумане. Несмотря на то что я была без телесной оболочки, все равно чувствовала, как липкий пот потихоньку пробирается по коже. Сложно оставаться безэмоциональной, когда оказываешься в пространстве, где нет совершенно ничего. Но то ли слова Владислака, то ли уверенность в его голосе подействовала на меня странно успокаивающе, потому что я взяла себя в руки и решительно произнесла в пустоту:
— Я знаю, что ты слышишь меня. Возможно, даже видишь. Я здесь оказалась по твоей вине, даже если ты и не хотела ничего плохого. Помоги мне выбраться. А я помогу тебе.
Затаила дыхание в ожидании ответа. Тишина. Тяжело вздохнула и сделала два шага вперед. Зачем — сама не понимала. Но казалось, что я будто стала ближе к этой душе.
— Я знаю, что тебе страшно. Знаю, что ты измучена. Да и ни за что не выбрала бы для себя подобной смерти. Мне жаль. Очень жаль, что с тобой такое произошло. Но… Ты же не просто так мне показалась, правда? — я очень надеялась, что подбираю именно те слова, какие были нужны.
Заметила впереди какое-то смазанное движение. Кончики пальцев начали леденеть. Я потерла ладони друг о друга, желая вернуть им прежнюю чувствительность. Но в мире духов царили свои законы физики, а значит, и согреться обычным методом у меня вряд ли получится.
— Ты просила остановить эти смерти, — я упрямо продвигалась вперед, потихоньку делая шаг за шагом. — Но, чтобы сделать это, я должна знать с чего начать. Поможешь мне? Если не ради себя или меня, то ради других. Ведь жертвами могут стать маленькие дети. Подумай о них.
Душа оказалась рядом настолько внезапно, что я едва не потеряла равновесие.
— Это не остановить. Я ошиблась! — ярко горящие белые глаза в упор смотрели на меня.
— Ну-у-у, — протянула я, скрещивая руки на груди. — Поспорила бы с этим утверждением.
— Он сильный! — шипела душа, плавно подходя все ближе и ближе. — Сильнее, чем ты думаешь, я думаю, все думают, — ее слова напоминали легкий бред. Но в этом не было ничего удивительного, ведь ужасная смерть и дальнейшие скитания помутили ее разум.
— Знаешь, на любую силу можно найти противоборствующую. Давай все же попробуем. — Я лишь усилием воли заставила себя стоять на месте и не двигаться. Показать свой страх — означало бы совершить роковую ошибку. Мало того, что измученная душа этой девушки почувствовала бы мою слабость и передумала говорить, не решилась бы довериться. Так еще и, если дать волю растерянности и панике, можно легко застрять в этом измерении насовсем. А мне хотелось домой. К маме, папе, Марикусу. И… господину Владислаку Ондо. Я одернула себя: не лучшее время, чтобы анализировать свои чувства к последнему. Нужно было поскорее выбираться из опасной передряги и, может быть, потом, когда-нибудь, на досуге все хорошенько обдумать…
— Расскажи мне, как… как ты умерла? — вопрос был весьма болезненным для моей собеседницы, я это хорошо понимала. Но только так можно было приблизиться к разгадке, понять, кто за этим стоял.
Девушка только открыла рот, чтобы ответить, как воровато оглянулась назад.
— Уходи! — яростно зашипела она, серьезно пугая на этот раз. Ее волосы взметнулись сотнями белых разъяренных змей. Глаза загорелись зеленым, кожа приобрела еще более пепельный оттенок. Еще никогда в жизни мне не было так страшно. Душа протянула руку ко мне и раскрытой ладонью толкнула прямо в центр груди, посылая в свободный полет. Последним, что я услышала, прежде чем девушка пропала у меня из вида, было: — Я приду к тебе…
А дальше — стремительное падение. Горло перехватывало от ужаса. Я размахивала руками, как птица, пытаясь то ли зацепиться за что-то, то ли полететь. Приземление было жестким. Благо таким необычным способом мне все-таки удалось вернуться в собственное тело.
— Лари! Илария! — я почувствовала, как мне в рот полилась противная сладковато-приторная гадость. Закашлявшись, попыталась оттолкнуть того, кто посчитал, что с меня еще недостаточно мучений. — Нет, девочка. Пей! Это нужно! — обеспокоенный голос постепенно возвращал меня к действительности. А когда я смогла сфокусироваться, увидела перед собой нового преподавателя.
— Что вы здесь делаете? — нахмурилась я, мягко отстраняясь от него.
— Помогаю тебе, очевидно — хмыкнул он.
— Разве этим не лекарь должна заниматься? — мне казалось, что я упускаю нечто важное. Господин Ондо что-то сделал. Помог мне. Чувствовала, что без него не обошлось. Только разобраться,
— Как видишь, ее здесь нет. А я долго ждал, когда ты придешь в себя, — как-то странно прозвучал его голос. Я понимала, что следовало бы его поблагодарить. Но за что? Я не знала, как ответить на этот вопрос.
— Долго я оставалась без сознания? — нужно было выяснить, что он знает. Я не горела желанием рассказывать ему о произошедшем на границе полигона. Сама не понимала почему.
— Сутки, — произнес он.
Между нами повисло густое молчание. Владислак рассматривал меня, словно я была диковинной зверушкой. В глубине его взгляда что-то пряталось. Незнакомое, странное. Но притягательное. Глупо было отрицать этот факт. Мужчина так и оставался загадкой. А к моему великому сожалению, я всегда была слишком любопытна, и в будущем это могло сыграть со мной злую шутку. Все внутри буквально вопило, требуя держаться от него подальше. И только сердце шептало, что ему можно доверять. Маг поддержит, защитит, поможет. Но… Это должен был делать Марикус. Мой дракон. Тот, к кому я бежала за утешением всю мою сознательную жизнь.
«Только его здесь нет», — напомнил внутренний голос. И от этого стало особенно обидно. Но я постаралась отмахнуться от ранящих мыслей как от назойливой мухи. Марикус — ректор. У него и без меня уйма дел.
— Вы совсем ничего не помните, мисс Винтр? — донесся до меня голос преподавателя, заставляя неизвестно почему, всколыхнуться чувство вины.
Глава 14
— О чем вы? — настороженно спросила я у него.
Владислак нахмурился, но почему-то продолжать не стал.
— Отдыхайте, мисс Винтр. Я сейчас пришлю к вам лекаря. Надеюсь, в скором времени вы поправитесь и я увижу вас среди студентов на лекции. — Коротко кивнув мне, новый преподаватель просто вышел.
Как только дверь за ним закрылась, в палату и правда заглянула целительница в белом халате. Я не мешала ей осматривать меня, измерять температуру и давление. Разум атаковали сотни различных вопросов. Я все это время упускала нечто важное и теперь была полна решимости восстановить пробелы. Благо матушка научила некоторым хитростям, которые я точно использую, едва вернусь в комнату.
В целительском крыле мне пришлось остаться еще на пару дней. Друзья заходили и развлекали новостями, сплетнями о студенческих буднях и просто скрашивали скучное время взаперти. Но это не особо помогало и день выписки я ждала, как праздник.
— Мисс Винтр, я все-таки настоятельно рекомендую вам выпивать по столовой ложке укрепляющего отвара ежедневно на протяжении десяти дней, — целительница протянула мне небольшой пузырек с мутной жижей, которая даже в таком виде вызывала рвотный рефлекс. Нет уж, увольте. Я как-нибудь своими силами восстановлюсь. Но, конечно же, врачу об этом я говорить не стала. Заверив, что конечно же, беспрекословно буду выполнять все ее рекомендации, я с легким сердцем выпорхнула из надоевшей палаты.
Последние дни у меня выдались волнительными и трудными как эмоционально, так и физически, но несмотря на это настроение было приподнятым. Я едва ли не вприпрыжку неслась в свою комнату, предвкушая будущий ритуал. Да, запретный. Да, не совсем безопасный. Но он был мне необходим, как воздух. Я должна была знать, что со мной произошло, раз любезный преподаватель проливать свет на ситуацию не хотел.
Могла ли я подумать, что свернув за угол, пойму, как сильно ошибалась во многом в своей жизни? Для меня существовало несколько констант: заботливые, порой чрезмерно, родители, близкие, верные друзья, с которыми и в огонь и в воду, и Марикус… Родной, внимательный, смешной, серьезный. Такой разный. Любимый. Где-то в глубине души я мечтала, что когда-нибудь мы поженимся. Он всегда переживал, если я задерживалась после студенческих гулянок. Встречал и провожал домой или в комнату. Да. Между нами были лишь платонические отношения, но разве это не прекрасно, когда двое людей узнают друг друга сперва ментально, лишь после переходя к более близкому контакту?
Я свыклась с этой мыслью. Вокруг меня словно не существовало других мужчин. Тем больше боли причинило то, что я увидела в пустующем коридоре.
Из меня словно разом выкачали весь воздух. Сбили с ног, больно ударив в живот напоследок. Во рту я ощутила металлический привкус крови. Я была уверена: если дотронусь до губ, мои пальцы окрасятся алым. Представшая глазам сцена казалась бредовой. Может, я до сих пор во власти сна? Пришлось больно ущипнуть себя за руку, чтобы понять: нет, это не сон, не жестокая иллюзия. То, что я видела, было горькой правдой, с которой я рано или поздно должна была столкнуться.
В конце коридора стоял мой Марикус. Мой дракон, долгое время бывший для меня образцом мужественности, силы, заботливости и многого другого. И он целовал другую. Миниатюрную девушку, одетую в струящееся платье бирюзового цвета. Ее белые волосы снежной лавиной спускались по спине до самых бедер. Марикус ладонью зарылся в них, не позволяя девушке отстраниться от поцелуя. Я была готова поклясться, что слышала, как дракон порыкивает от страсти.