Ева Горская – Непорочная для оборотня (страница 25)

Заорала, выронив мобильный телефон.

Нет, я не побежала. Застыла, словно, соляной столб.

К моему ужасу, светящие огоньки раздвоились. Теперь их стало четыре.

Когда я сообразила, что никакие это не огоньки, а глаза огромного зверя, стало поздно. Хищник оттолкнулся от земли и прыгнул на меня. Кажется, он оскалил пасть.

Инстинктивно прикрыла лицо рукой, падая на землю. Падать было больно. Огромная туша придавила меня к земле. Я не сразу поняла, что боль была не только в области попы и спины, но и в выставленной руке. Челюсти ужасной зверюги сошлись у меня на предплечье.

Истошно заорала, подсознательно ожидая, что монстр начнет меня терзать. Вместо этого он отпустил пострадавшую руку и как-то жалобно заскулил.

Ожидала чего угодно, только не того, что когда отведу руку в сторону, монстр, похожий на огромного пса, скуля, будет смешно отползать назад.

Метр, еще один… Зверюга прижала морду к земле и протяжно завыла.

«Спасена!», — промелькнула глупая мысль. Можно было подумать, что зверь обладал человеческим разумом и только что осознал, что натворил. Может, все так и было. Только в тот момент я забыла, что не страдаю расстройством психики или галлюцинациями. А глаз было четыре…

Я, увлеченная наблюдением за отступлением напавшей на меня твари и ее мнимым раскаянием, не сразу заметила, что второй монстр подобрался ко мне достаточно близко и оскалил пасть. Зверь на вид был чуть меньшего размера, чем тот, который на меня напал. Он приблизился ко мне где-то на расстояние двух метров. Хотя, казалось, достаточно протянуть руку и можно дотронуться. Замерла.

Зверюга не обращала на меня внимания, повернулась боком и зарычала на припавшего к земле волка.

Очень некстати вспомнился заунывный волчий вой.

Вообще, волков живьем видела только в раннем детстве в зоопарке. Очень приблизительно помнила, как они выглядят. Ну, такие большие собаки. Очень большие. Но этих двух странных хищников идентифицировала, как волков. Правда, весьма странно ведущих себя волков. Можно было бы принять их за парочку собачек, таких весьма упитанных. Но у домашних любимцев просто не бывает таких габаритов.

О побеге даже не помышляла. Спровоцируешь зверюгу, вмиг догонит и разорвет.

Тем временем ситуация становилась все более абсурдной. Волк поменьше продолжал рычать и скалиться, словно, что-то выговаривал собрату. Напавший на меня виновато поскуливал и периодически подвывал, в конце концов, спрятав голову под лапами. Если бы не находилась в таком шоке, рассмеялась бы.

Хотя какие шутки? Я была ранена и находилась в полушаге от мучительной смерти. Но отчего-то хищники не стремились нападать.

Дальше, вообще, произошло нечто невообразимое. Волк поменьше развернулся и побежал. Не куда-нибудь, а в сторону домов.

Оставаться один на один с недвигающимся хищником было страшно. Правда, определенно лучше, чем с двумя. Только вот страх и шок прошли, рука стала адски болеть. Рукав свитера пропитался кровью. Чувствовала, как мокрая ткань неприятно липнет к телу. Казалось, я даже запах собственной крови ощущала. Где-то слышала, что кровь привлекает хищников.

Ранивший меня не делал ничего, только виновато поскуливал. Тогда я решилась встать.

— Хорошая собачка, — произнесла насколько можно дружелюбно, когда поднялась. Волк заинтересованно оторвал морду от земли, но сам встать не попытался.

Огляделась по сторонам. Возвращаться к дому было страшно. Я очень боялась нападения второго зверя. Было бы идеальным залезть на дерево и дождаться рассвета. Ну, куда я с раненой рукой?

До этого самого рассвета оставалось еще несколько часов. Тогда я решилась. Не сводя взгляда с продолжавшего лежать хищника, медленно, стараясь не делать резких движений, пятилась к дому.

С каждым шагом назад чувствовала себя все более уверенно. Волк продолжал лежать на земле. Оставалось надеяться, что второй зверь тоже потерял ко мне интерес.

Только все опять пошло не по плану.

Со стороны леса ко мне на невероятной скорости приближались еще два светящихся огонька. Если те, первые, просто светились. Эти полыхали огнем. Золотым огнем.

— Мама! — ускорилась, потому что смогла рассмотреть габариты нового хищника. Если предыдущие казались мне огромными, то этот новый выглядел как настоящий монстр. Такой себе пони.

А дальше произошло невероятное. Я сделала шаг назад и оступилась. Этот новый монстр в прыжке превратился в мужчину и успел придержать меня. Схватил за поврежденную руку, не давая упасть, но вызывая у меня истошный крик боли и ужаса.

— Тихо, Ай! Я. Сказал. Тихо!

— Ден-нис! — поверить не могла, что услышала знакомый голос. Не знала, что шокировало больше. То, что Сафронов прижимал меня к себе. Или то, что я только что видела трансформацию какой-то неведомой твари в человека. Осознать, что сам Сафронов и есть этот монстр, пока не могла.

— Ранена?! — то ли спросил, то ли произнес утвердительно.

— Денис?! — он что-то сделал, а свитер уже лишился рукава.

— Тихо, Ай! — Сафронов рухнул на колени и прислонился губами к ране. Я не сразу сообразила, что мужчина зализывал след от зубов. Меня затрясло. От осознания. От понимания. — Не могу! Не могу, Ай! — как-то лихорадочно и с сожалением произнес Денис.

Ловкая подсечка под колени рукой и я уже лечу на землю. Сафронов успел придержать, не позволяя мне удариться. Повалил на траву и навис сверху.

Он вклинился между ног и наклонился совсем близко, я уже могла отчетливо слышать его участившееся дыхание.

— Что. Ты. Делаешь? — спросила, почувствовав, как одна рука нагло скользнула вверх по бедру, задирая платье и свитер. Мне не хотелось думать, что мужчина в такой момент способен думать о сексе.

— Прости, — выдохнул в самые губы, накрывая их захватническим поцелуем. Сафронов не церемонился, он моментально протолкнул язык внутрь и усилил натиск. Я в один миг лишилась нижнего белья, почувствовав, как пальцы затанцевали в сосредоточии женственности.

Похоже, намерения Сафронов выказывал весьма недвусмысленно.

Нет, я ничего не имела против секса с ним. Но не ночью на холодной земле и не тогда, когда мне требовалась медицинская помощь.

Здоровой рукой попыталась отпихнуть мужчину, попутно поймав его язык и, как следует, прикусив.

— Ай! — раздраженно выплюнул мужчина.

— Нет, Денис! Нет! — попыталась докричаться до мужчины. Пока отчаянно старалась спихнуть его с себя, обнаружила, что он обнажен.

— Не сопротивляйся! — как-то очень обреченно попросил он, рванув ворот свитера. — Ай, я все равно возьму! — Денис не оставлял мне выбора, прямо сообщив о своих намерениях. Рука все наглее шуровала между моих ног, явно готовя к вторжению.

Я больше не сопротивлялась. Закрыла глаза, мечтая потерять сознание. Попыталась расслабиться, откинувшись на траву.

Сафронов покрывал быстрыми поцелуями оголенную грудь, предварительно окончательно испортив свой свитер и мое платье, разодрав вещи в ошметки.

Боль от первого проникновения была резкой и очень сильной. Слезы непроизвольно выступили из глаз, а мне захотелось закричать. Но ни слова не слетело с моих губ, их в этот момент терзал Сафронов. Сафронов, который только что надругался надо мной. А ведь он обещал не принуждать. Обещал не причинять боли.

С каждым новым толчком вглубь моего тела боль лишь усиливалась. Мое первое соитие походило на изощренную пытку. Вместо удовольствия испытывала страдания, вместо любви во мне зарождалась ненависть.

Сафронов продолжал терзать мое тело, застыв в какой-то момент. Похоже, мужчина был близок к своему пику, а мои испытания почти закончены. Никак не ожидала, что это только начало.

Сафронов, вдавив мою голову в землю, впился в шею зубами. Хотя, наверное, уместнее употребить слово «клыки». Я отчетливо помнила боль от укуса волка. Ощущение, как клыки хищника входят в нежную плоть и разрывают ее. Этот укус в сотню раз был больнее и воспринимался острее. Я закричала и забилась под мужчиной. Мужчиной, который навалился на меня всем телом, стараясь удерживать в неподвижном положении. Бесполезно. Во мне, словно, второе дыхание открылось, и я смогла спихнуть с себя неподъемную тушу. Ну, я так думала.

— Тихо, Ай! — произнес Сафронов и перевернулся вместе со мной. Теперь я оказалась лежащей у него на груди. — Сейчас будет лучше, — загадочно пообещал он. Голос при этом был весьма самодовольный.

Попыталась скатиться с мужчины, но он не позволил. Намотал мои волосы на руку и снова притянул к себе.

— Не рыпайся, Ай! — сообщил он, когда я дернулась, причиняя себе боль. Почувствовала, как мужчина принялся вылизывать мою шею. Что-то в этом процессе было такое завораживающее, заставляющее мое тело подчиняться. От места укуса по всему телу разливались волны тепла, словно, круги на воде от брошенного камня. Мне уже не хотелось вырываться, но я нашла в себе силы приподняться, оперевшись на здоровую руку.

— Денис?

Он промолчал и отпустил. Больше не держал и не двигался, хотя до сих пор оставался внутри меня. Складывалось впечатление, что дожидался чего-то. Теоретически я могла подняться и попытаться сбежать, но не сделала этого.

— Денис?! — снова позвала, когда почувствовала первую вспышку внутри живота. Ощущения напоминали маленькие вихри, с каждой секундой закручивающиеся все быстрее. — Денис!!! — охнула, когда меня скрутило в очередной раз. Особенно сильно. Я сама непроизвольно начала двигать бедрами, желая ослабить возникшее напряжение.