Ева Финова – Космофлот. Игрушка ренегата (страница 8)

– Ты хочешь меня, – услышала его возбуждающий шёпот на ушко, когда он вновь склонился ко мне, упираясь кулаками в кровать по обе стороны от подушки. – Не отрицай этого.

И если бы не усмешка, исказившая его красивое волевое лицо, возможно, позволила бы себе согласиться хотя бы мысленно. А может быть, позволила даже что-то большее, чем правдивые слова.

Но нет. Вместо этого я попыталась взять себя в руки и произнесла уже более спокойно:

– Это побочный эффект, не более. Мне просто нужна эмоциональная разрядка. Поплачу, покричу, и всё пройдёт.

– Думаешь, так легко от меня отделаешься? – Во взгляде капитана всех ренегатов Хорада явно читался вызов. – Не хочу тебя ломать, но если иного выбора не будет, то поступлю так, не раздумывая. Помни об этом, когда в следующий раз попробуешь провернуть очередную глупость, например, подать просьбу о помощи.

И снова Гилем усмехнулся.

– Да и зачем тебе это делать? Ну, спасут они тебя от меня, а после что сделают? Посадят в тюрьму за все те нарушения, на которые ты пошла, чтобы забраться на «Ямг–308»?

Ты такая умная, но такая дура… Наверняка именно так он думал обо мне. Жаль, ответить ему физической грубостью сейчас я была не в состоянии. Иначе чьё-то достоинство непременно бы пострадало. Возможно, даже не один раз.

А за невозможностью этого я пошла на сущую провокацию. Приоткрыла губы и маняще уставилась на него, пытаясь соблазнить, ожидая, когда же он склонится ко мне с поцелуем. Но, увы, Гилем так просто не повёлся. Умный гад. Однако взгляд его изменился. Ренегат нацепил суровую маску, будто ждал какого-то подвоха.

– Что же, видимо, у меня не осталось выбора, – притворно вздохнула я.

Чудом не скривилась от звучащей в голосе фальши. Только бы Гилем не заметил. Только бы повёлся!

И…

О чудо! Ренегат медленно, осторожно склонился ко мне. Лицо его застыло в считаных миллиметрах. Я же почти отомстила. Почти…

Точнее, была крайне близка. Хотела демонстративно рассмеяться ему в лицо, но вместо этого зачем-то взяла и, наоборот, облизала губы.

А зря. Ведь Гилем не выдержал. Поцеловал истово, смело, проник языком в мой рот. Более того, я ему это позволила, раскрыв уста. Сама хороша, ещё и ответила страстно, правда, чтобы тут же взвыть от боли из-за попытки поднять руки. Аж слёзы вышибло из глаз.

– М-м-м-м!

Ренегата как ошпарило. Оторвался от меня. Посмотрел с удивлением. Затем потупился и неловко провёл ладонью по щеке. Рука слегка подрагивала.

– Прости, – проронил он искренне. Почти шептал.

Не смешите меня. Он и искренне? Разве такое возможно? После того, как легко обвёл меня вокруг пальца?

Видимо, моя реакция его смутила, и он снова поспешил покинуть комнату. Уже на выходе бросил, не оборачиваясь:

– Выздоравливай…

В этот раз останавливать его не стала. Даже мести ради. Чревато.

И ведь он прав, вначале нужно поправиться, чтобы вновь предпринять попытку исследования. Уж если есть такая возможность и я по-прежнему на космической станции, то я её использую, и плевать на чувства, эмоции, на всё.

Мучая тело и стискивая зубы, далеко не с первой попытки повернулась на бок – спина зудела от долгого лежания в одном положении. И в тот же миг на исходе сил вновь провалилась в оздоравливающий сон.

Глава 7

Связь

Научный отсек в данное время космических суток был непривычно пуст. Гилем целенаправленно шёл к третьему узлу жизнеобеспечения, чтобы своими глазами увидеть поломку, о которой оповестили датчики на пульте управления. Предчувствия были нерадостными, ведь двое антвагов по-прежнему оставались ненайденными и то и дело заставляли сенсорную систему пиликать и оповещать о наличии паразитов в теле станции. Одно радовало ренегата – до этой её части радиус глушилки доставал. Поэтому подать экстренный сигнал на планету отсюда никто бы не смог.

Он держал в руках плазменный резак, который при желании можно было использовать и как инструмент, и как колюще-режущее оружие, а с помощью донастройки техниками ещё и как огнестрельное. По сути, он превращался в лазер, стреляющий в данном случае хлопьями плазмы. Самое то для борьбы с медлительными антвагами. Не убьёт, если не стрелять в жизненно важные органы, но изрядно поджарит и снизит желание сражаться.

Антваги.

Гилем хорошо знал, кто они такие и как берегут свою драгоценную жизнь. По этой причине самой любимой целью всех ренегатов были именно представители системы Ант. Трусливые, хоть и хищники, они с радостью отдавали груз и перечисляли деньги на офшорные счета, лишь бы их оставили в живых.

Окинул взором шлюзовой лючок, ведущий на верхний уровень жилого отсека. Если карта не врала, он сейчас находился прямо над коридором, ведущим в общий гидроузел.

Нет, это сложно назвать душевой по марсианским меркам, скорее опрыскиватель нагретым до комнатной температуры туманом. Гилема волновало другое. Сверху к данному узлу не подобраться. Шлюз, ведущий в отсек, был заклинён. Скорее всего, намеренно. Поэтому оставался только один вариант. Вскарабкаться по специальным уступам в стене – пожарной лестнице – и вручную открыть квадратный лючок со скошенными округлыми углами.

В этой позиции на пути наверх он будет крайне уязвим, а если там потоп, поскольку датчики сигнализировали утечку, то его обдаст паром или уже конденсированной водой, а поскользнуться или даже упасть ему не хотелось.

Замысел злоумышленника в общем-то был ясен. Непонятно, почему он в очередной раз отважился отправиться на вылазку один. Логичнее было бы прийти вдвоём, чтобы другой сторожил внизу, на случай появления врага. Однако для этого решения имелись и другие, весьма убедительные аргументы. Антваги не любят зря рисковать жизнью. Если они не будут видеть преимущества в драке, то в неё не вступят. Во всяком случае, многие из них.

Оглянувшись по сторонам, Гилем сделал вид, будто не заметил щели сразу в трёх дверных проёмах – значит, антваг прячется в какой-то из этих кают, уж наверняка вскрытых вручную. А если ему не дать фору, то он так и продолжит сбегать от камер и датчиков, вместо того чтобы наконец показаться.

Недолго думая, Натис опустил плазменный резак на пол, но блокировку включать не стал, оставив режим стрелкового оружия. Обернулся к специальным пазам в стене для ботинок или лап и начал подъём. Тихий шорох тотчас донёсся до его тонкого слуха. Враг решил показаться.

Дикой кошкой Натис спрыгнул на пол, кувыркнулся через плечо, перехватив оружие, и выстрелил, глядя в одну лишь точку – на раскалённое дуло резака, направленное в его сторону. Удивление плеснуло и тут же пропало: мёртвого противника можно смело отнести к марсианам!

Хлопья плазмы, направленные точным выстрелом чуть выше чужого оружия, оплавили лицо нападавшего до самой кости. Марсианин почти не мучился, он упал замертво и выронил резак. Одним движением Гилем подскочил к трупу, перехватил чужой переделанный инструмент и повесил на плечо, выставив предохранитель. И только тогда, когда всё произошло, он позволил себе подумать, а не действовать инстинктивно, и мысли его были не столь радостны, как могли бы быть в случае безоговорочной победы. Ведь он даже не успел спросить, почему Вайс решил его предать, а главное, были ли у него сообщники. Увиденное лицо до выстрела и сразу после долго ещё будет сниться Гилему в кошмарах. Но сейчас важно другое.

Оглянувшись по сторонам и прислушавшись к возможным шорохам из соседних отсеков, точнее к их полному отсутствию, главарь ренегатов принял единственно верное решение. Вернуться к пульту управления и устроить перекличку всех подчинённых, так или иначе задействованных в операции по захвату станции. Передавать приказ через радиосвязь он не стал, так как прежде всего хотел лично побеседовать с одним из подчинённых, с сионтиком. И для этого имелась веская причина.

Вайс и Денч были не разлей вода. Во всяком случае, всегда вступали в драки или разборки вместе – они были членами одного экипажа. Вайс однажды вырвал Денча из лап служителей домена Ваколо. Выкупил его за приемлемую цену и назначил помощником шкипера собственного судна из группы космических кораблей ренегатов.

Вот ещё одна проблема, решением которой Гилему придётся заняться. Нужно будет обосновать устранение Вайса и назначить нового капитана маленькой эскадры.

Поделив своё влияние между другим рациональными личностями, Натис на недолгое время отвлёкся и позабыл, что главной движущей силой у всех до единого ренегатов являются личные амбиции. Интуиция подсказывала ему, что Вайс наверняка пожелал перехватить в свои загребущие лапы управление пиратской станцией, как и всем сообществом ренегатов.

Гилем скривился.

Нужно будет отправить кого-нибудь, чтобы бывшего капитана аккуратно поместили в капсулу, согласно конвенции по утилизации сложных форм жизни, которая являла собой не что иное, как запрет на выбрасывание подобных контейнеров в открытый космос, где они могли создать немалые проблемы любым бороздящим чёрные бескрайние просторы путешественникам, не говоря уже о самих станциях. Метеоритный дождь – ещё полбеды. Больший ущерб любому станционному корпусу и внешнему оборудованию приносил обычный, самый банальный космический мусор, так или иначе собирающийся силами гравитации в объёмные скопления, медленно, но верно дрейфующие в сторону ближайших центров больших масс.