Ева Финова – Белоснежка не для гномов (страница 5)

— Слабак…

Да, я его провоцировала, но ещё и негодовала. Не думала, что он такой недалёкий и сразу не поймёт.

— Слушай, я девушек не бью, и тебе по этой части крупно повезло.

— Да уж, как раз наоборот, — фыркнула я. — Но ты оправдывайся дальше. Так и скажи, слился под благородным предлогом. Рыцарь космофлота. Ага.

— Что?

— То. Ты слился. Так и запишем. Веди, где там у вас нужные места.

— Нет, я сейчас не понял, ты меня слабаком обозвала и сказала, что я слился? Ты, что ли, реально отшибленная на всю голову?

— Почему сразу отшибленная? Вот помну тебя на ринге немножко, резко переменишь своё ко мне отношение, я уверенна.

— Ты? Помнёшь меня?

Секунда на немое изумление, и парень, кажется, начал понимать, о чём я толкую. О, потные коленки, наконец-то!

— Сегодня, — выдал он, указывая в мою сторону пальцем, — в спортзале после отбоя, если не струсишь.

— Ха!

Троекратное «ура»! Надеюсь только, нам никто не помешает. Главное, чтобы это он не отказался. Кстати, да. Поэтому, получив всё, что изначально хотела, я развернулась и направилась обратно в аудиторию.

— Эй, ты куда? А как же?

— Что? Неужто подумал, я реально такая тупая, вслух орать про сортир?

А вот теперь будущий соперник окинул меня внимательным взглядом, меняя недовольство на подозрительный прищур.

— Так ты нас всех за нос водишь?

— Ещё даже не начинала.

Я пожала плечами и спешно вернулась назад, пока он не отменил интригующее вечернее рандеву. И всё-таки пословица правдива: «Наглость — второе счастье». Теперь я получила очередное тому подтверждение и была довольна этим фактом как диплодок. Посмотреть бы на него вживую хоть издалека. О, а это идея!

Глава 7

— Ты понимаешь, что она творит? — Матёрый сотрудник спецслужб по имени Сергей пялился в монитор, потирая ноющую руку. В его памяти была свежа последняя стычка с Лобановой. — В чём-чём, а работа под прикрытием у неё получалась эффективнее остальных. Даже если не все преступники в итоге доживали до суда.

— Эта стерва над нами издевается, — кивнул Ваганыч. — Да она одним своим внешним видом провоцирует всех вокруг. Преступников — атаковать, паникёров — бежать, и так далее. Вот и здесь своим привычкам не изменяет.

— Во-во, глянь на этих цыпочек, они ей точно тёмную устроят.

— Им же будет хуже, попомни мои слова. Элена у нас злопамятная и скрупулёзная. А если психанёт, тушите свет. Точнее, отрубит свет на всём континенте и перевернёт вверх дном всё подполье, если кто-то попытается от неё скрыться. Собственно, у неё и выбора не было: или в тюряжку, или к нам после муштры и обучения в элитных войсках космофлота.

— Что скажем Ильичу?

— Илюхе-то? — Сергей прикинул в уме, когда следующий сеанс связи с начальством по графику. — Рано ещё ответ записывать. Тут ещё за два часа может случиться столько, что придётся переделывать.

На столе рядом с пультом и монитором стоял кофейник и чашки. Взяв одну, пустую, он плеснул себе горькой местной гадости, прежде чем осторожно отпить.

— Думаешь, планету разнесёт?

Ваганыч сделал глоток и почесал щетину, переводя взгляд на открытую карту научной станции, летающей на орбите «Земля-7».

— Я скорее ставлю на то, что наведёт шухер в Заповеднике и заставит учёных драть на себе волосы клоками. Поубивает всяких там экспериментальных зверушек исключительно случайно, во время преследования очередных работорговцев.

— Считаешь, мажориков вывезли с Корса? Но выкупа же не было. Никто не требовал.

— Вряд ли будет выкуп, но я этот сценарий не исключаю.

— А прикинь, их уже давно где-нибудь прикопали или ещё лучше — карнотавр слопал?

— Сплюнь, какой карнотавр? — поморщился Ваганыч. — Они пропали вообще на другом континенте два месяца назад. К динозаврам их тогда ещё не подпускали, чтобы не травмировать психику. Причём тут я бы поспорил, кто кому и что бы травмировал.

Мужики, не сговариваясь, хмыкнули. Секунду спустя Серёга продолжил разговор:

— А вдруг их туда закинули в виде шутки? Свои же поиздевались, например? Мести ради или же квест, мол, слабо — не слабо?

— Вот это мне кажется ближе к правде. Поэтому-то другие студенты молчат и трясутся на допросе, как шуссы. Слёзки льют, тьфу! Слабаки.

Сказав такое, коллега Белоснежки снова отпил кофе.

— Жаль, конвенция запрещает взяться за них всерьёз, — вздохнул Серый. — Но наша Элена явно пойдёт в отрыв. Смотри, как разогналась, уже одного на спарринг вызвала. А ректору вообще зарядила, что не прочь с ним замутить.

Ваганыч громко закашлялся.

— Что? — хмыкнул Сергей. — Не смотри на меня изумлённо, при мне было, по губам прочёл.

— Она? И замутить?

— Ага.

Оба с неподдельным интересом принялись кликать по пульту, выбирая нужную камеру.

— Ты меня разводишь, — коллега не повёлся. — Полтинник прожила и даже не заикалась. Наши столько протоколов взламывали, пробиваясь через её защитные инфоконтуры, чтобы получить доступ к квартирным датчикам, и ничего. Никаких следов личной жизни. Вообще.

— Знаю, поэтому тоже не поверил и на всякий случай записал этот момент, чтобы было чем подтвердить.

Серый ловко управился и через секунду включил то, о чём сказал.

— Ну и стерва… — гордо заключил Ваганыч, оканчивая просмотр видеозаписи. — Реальная оторва. А главное, играет так натурально. Думаешь, она это для образа мажорки сделала?

— Не знаю. — Серый ехидно скосил взгляд к камере, на которой был выведен личный кабинет ректора. — Но скоро, думаю, получим ответ. Он тоже за ней следит и наводит справки. Что ему подсунуть?

— Да там уже всё схвачено, лишний раз не лезь, чтобы ничего не заподозрили. — Ваганыч с огромным удовольствием хлопнул коллегу по пальцам. — И вообще, иди уже спать, моя смена.

— Ага-ага, но ты это, если что… — Приятель бросил многозначительный взгляд в сторону монитора. — Сохрани в облаке, ладно? Если вдруг что неординарное случится.

Непрозрачный намёк был правильно понят.

— Запишу, запишу. И для рапорта, и просто для нашего отдела. Всё запишу.

— Лады.

На том коллеги распрощались, и Серый нехотя покинул каюту, выделенную новым сотрудникам научной станции под совершенно секретные цели.

Глава 8

Рябь. Боль. Лёгкие обожгло. В воздухе почуялся сухой едкий металлический запах. Голова пошла кругом.

В мою комнату запустили отравляющий газ. Собрала последние остатки самообладания, заткнула нос и, несмотря на онемение мышц, рывком буквально вытолкнула себя за пределы комнаты.

Ничего себе приветствие!

Богатые детишки забавлялись со смертельными игрушками совершенно без тормозов?

Что ж.

Я подползла к стене и хлопнула ладонью по сенсорной кнопке. Дверь закрылась с тихим пшиком.

— Что тут у нас? — Мимо меня прошла блондинка, ехидно ухмыляясь. — В первый же день уже в говно. Фу, как мерзко!

Она была не одна.

Рядом с ней шли низенькая рыжая и высокая молчаливая брюнетка. Один её взгляд подсказал: она здесь главная. Во всяком случае, острая неприязнь явно читалась на якобы безразличном лице.