Ева Енисеева – Забытая истинная в Академии Тьмы (страница 18)
Даже в такой момент он излучал уверенность и внутреннюю силу, как будто ему было совершенно всё равно, в каком виде его застали.
Его глаза — чёрные, глубокая тьма — сверкали раздражением, но в то же время чем-то завораживающим.
Мы оба молчали.
— Что ты тут делаешь? — спросил он.
— Я пойду! — пискнула я, разворачиваясь к двери лицом.
— Стой, катастрофа, — он не отпускал моей руки.
— Я не катастрофа, — выдохнула неуверенно.
— Убегаешь от опекунши, входишь в замок через защитный контур, теряешься в Изнанке, впечатляешь декана, приходишь на лекцию для старшекурсников, сбегаешь...
Я снова попыталась выйти, но дверь была заперта.
— И появляешься в моей спальне, — заключил он.
— Поверьте, я не специально.
Он отпустил мою руку, и я тут же обхватила больное запястье.
Марк прошёл мимо меня и открыл шкаф.
— Так что ты делаешь в моей спальне?
— Снова попала в запутанный коридор, и дверь вывела меня сюда.
Я стояла к нему спиной, но слышала, что он одевается. Щёки горели. Это всё было до одури неприлично.
— Мы называем его Изнанкой.
— Кто это «мы»? — спросила, чтобы спросить хоть что-то.
Повисло неловкое молчание. Он так и не ответил.
— Почему ты так держишь руку? — спросил вдруг.
— Из-за вас, профессор, — я выделила голосом слово «профессор». — Из-за вашего маячка и укуса, — я подняла предплечье свободной руки и показала на красный след и синяк, не поворачиваясь.
Марк подошёл ближе. Я почувствовала это своей спиной.
— Я уже говорил, что маячок не может причинять дискомфорт…
Он взял мою больную руку в свои пальцы. От него пахло хвоей и горами. Я никогда не была в горах, так откуда знаю этот аромат?
Рубашка архимага чуть намокла, а от его лёгких прикосновений по моему телу прошла волна возбуждения. Я тут же мысленно обругала себя за дурацкую реакцию своего тела.
— Ты до сих пор не исцелила мой укус? — спросил, придирчиво осматривая предплечье.
Я резко выхватила руку, нахмурившись:
— У меня такого дара нет.
— Или ты пока не знаешь себя достаточно хорошо, — с лёгкой усмешкой ответил он.
— Возможно, — буркнула я, ощущая, как пылают мои щёки.
— Удалось добиться комнаты?
— Я подала прошение.
— Его отклонят, — уверенно произнёс он.
— Спасибо за поддержку! — с сарказмом бросила я, снова дёрнув за ручку двери.
— Неужели тебе совсем негде жить?
Перед глазами промелькнуло воспоминание о летающих кастрюлях дома мадам Тротт.
— Не рассматриваю академии без жилья, — отозвалась я, снова потянув ручку на себя. — Да откройте же наконец!
— А что мне за это будет? — спросил он, подойдя так близко, что я почувствовала его дыхание на своей шее.
Моё тело предательски отреагировало на его близость.
Я резко обернулась и нахмурила брови:
— Добудьте мне место в общежитии, и я забуду, что вы стояли ко мне так близко, — вызывающе сказала, вздёрнув подбородок.
Марк усмехнулся.
— Это ты в моей спальне, а не я в твоей.
Я вспыхнула, проклиная свою реакцию.
— Но я помогу тебе, — продолжил он.
— И что вы за это потребуете? — спросила я, кривясь.
— Ты всё равно уже моя должница, так не всё ли равно?
Марк протянул мне руку.
Я только выразительно повела подбородком.
Тогда он сам аккуратно взял мою ладонь в свою. Тёплые пальцы, обхватившие мою кисть, будто излучали ледяной холод — холод, который казался до странности знакомым.
Он провёл над укусом ладонью, болеть перестало.
— Спасибо, — удивлённо сказала я.
Его чёрные глаза сверкнули тьмой, в которой я, словно, уже тонула когда-то раньше.
— Вы ломились в библиотеку, Зара. Выход с другой стороны, — он указал на дверь, которую я не заметила прежде.
Я только рот открыла от удивления и досады.
— Спасибо, теперь уж я найду выход, — сказала и поспешила сбежать.
— Зара, — позвал меня Марк, когда я уже была у двери.
Я обернулась.
— Не бери книгу, когда увидишь её, — сказал он.
Нахмурившись, я уточнила:
— Какую книгу?
Он молча смотрел на меня. Я на него.
— Забудь, — произнёс Марк наконец, и выражение его лица стало непроницаемо высокомерным.
Я скользнула прочь из его комнаты.