Ева Енисеева – Развод с драконом запрещён (страница 6)
— Я волнуюсь, Ардан! Понимаешь, как это вредно в моём положении? — продолжала щебетать цветочница.
“В моём положении”.
Так это не ради красного словца было сказано? Она беременна.
Да почему же так больно-то? Ведь по большому счёту он не мой муж. Он муж старой Мэделин…
— Перестань истерить, — рявкнул лорд Фортросс так, что розы на её рукавах будто замерли. — Навредишь моему ребёнку.
Ребёнку.
Его ребёнку…
Слово резануло по коже.
Цветочница сделала шаг к лорду, прижимая ладони к плоскому животу драматическим жестом.
А меня в спину аккуратно подтолкнул стражник.
— Идёмте, леди Фортросс, карету приготовили.
— Карету? — нахмурилась я.
— Да, лорд Фортросс распорядился, чтобы вас отвезли в темницу Верховного суда, они более комфортабельные, чем обычные холодные камеры замка.
Я сглотнула. Какая забота.
— Ведите, — сказала резко, но наступила босой ногой на что-то острое — отвалившаяся жемчужина из прически любовницы?
Какая ирония… Жемчуг — символ чистоты, вот он на ней и не держится.
— Ты босая? — нахмурился Ардан. — Мэди, я же приказал тебе одеться!
И мой муж, бросив свою любовницу подхватил меня на руки…
__________________
Вот в таких мелочах и скрываются истинные отношения людей...
Дорогие читатели, напоминаю про звёздочки книге) И приглашаю вас в мой телеграм канал, ссылку можно найти здесь: https://litnet.com/shrt/zQdI
Ну как, что теперь делать нашей Мэди? Не идти же добровольно на казнь?
Глава 4. Розы
Он понёс меня обратно в спальню — ту самую, где несколько часов назад мы были так близки. Теперь это место пахло пеплом и предательством. Он опустил меня на ковёр с той же бережностью, с какой поднимал, и этот контраст между жестом и ситуацией был невыносим.
— Переоденься, — коротко. — Собери вещи.
Я кивнула. Решила: буду тихой, податливой. Не для него — для себя. Как вода, которая обтекает камень, чтобы однажды смыть его с лица земли. Но слёзы, предательские и горячие, подступили к горлу, застилая взгляд.
— Не смей реветь, Мэди, — его голос резанул раздражением, как холодный клинок. — Ты пять лет вела себя как ледышка в моей постели! А теперь, когда я нашёл ту, что носит моего ребёнка, ты решила вдруг стать страстной? Поставить всё на кон? Обмазаться эликсирами, лишь бы остаться! Мэделин, я не узнаю тебя! Зачем? Чтобы что — вернуть меня?
Я сжала губы.
Старая Мэделин умерла, а это я. Мария из другого мира.
Но мужчина передо мной не был достоин моего признания.
Он поверил этой цветочной девчонке, голова которой полна интригами и истериками.
— Почему действие эликсира не истекло? — он впился в меня взглядом.
— Того, которым я “обмазалась”? — переспросила я ровно. — Так он долгоиграющий. Так мне сказали. Так что лучше держись от меня подальше.