Ева Арманда – Ассистентка Космического Тирана (страница 28)
И тут снаружи раздался какой-то гул. А потом двери, через которые меня втащили, яростно распахнулись.
В них стоял очень злой виан Арон. Вокруг него – несколько явно пострадавших телохранителей. А также… чуть не пританцовывающий от счастья журналист, почуявший скандальную сенсацию. Выжидательно молчащие гости с бокалами в руках на заднем плане. Ну спасибо, что попкорном не хрустят.
– Мирррра… – прорычал мой начальник, уж в который раз напоминая мне своим диким выражением глаз скорее шиарийца, нежели атлантианца.
Эвонис аж подавился воздухом. Но тыкать в мою сторону наксом перестал. Стало совсем немного легче…
– Очень жаль, друг мой! Боюсь, доказательства виновности этой человечки в шпионаже и госизмене бесспорные.
Эвонис протянул моему начальнику свой треклятый планшет.
Выражение лица виана Арона, к моему ужасу, изменилось.
Стало бесстрастным. Тем самым, что я видела весь прошлый год, не считая последних дней.
Он больше не рычал и не испепелял взглядом. Виан Арон очень быстро и методично изучал содержимое планшета, смахивая документы и голозаписи на экране.
Затем посмотрел на меня.
Очень тяжёлым взглядом.
– Оставьте нас, – велел босс, – наедине с этой… вианой.
У меня внутри всё заледенело.
Каменная хватка телохранителей отпустила.
Они исчезли из комнаты.
Последним вышел Эвонис. Он позволил себе напоследок коротко и с чувством сжать плечо виана Арона и патетично выдохнуть: “мне жаль, друг!..”
Вскоре дверь за ним закрылась. Блокировочный механизм тихо щёлкнул.
В небольшом служебном помещении мы с вианом Ароном остались наедине.
Глава 13
Формально – всё сходилось.
Псионику моего уровня достаточно было бы беглого взгляда, чтобы понять: по всем признакам записи, обличающие Миру подлинные.
По всем признакам.
Эвонис рассчитывал на стандарт: что я отреагирую так, как сделал бы любой чистокровный атлантианец. Ведь нам внушалось с малолетства из поколения в поколение: есть причина и есть следствия, есть факты – порой неудобные, но фактами они от этого быть не перестают.
Атлантианцы не подгоняют реальность под удобные им концепции, а вот другие расы этим грешат. Хрупкие люди и эмоциональные шиарийцы. Обеспокоенные будущим всех гуманоидных рас котоиды и злопамятные океанцы, склонные застревать в своих старых обидах. И даже взрывные бестактные драконоиды… Абсолютно все были склонны к передёргиванию фактов. А мы, атлантианцы, – нет.
Потому занять ключевые позиции в Правительстве Союза именно нашей расой – было вовсе не прихотью, а необходимостью. Лидер должен быть холоден и объективен.
И всё-таки если бы я делал как все – не занимал бы свой высокий пост. Тут Эвонис просчитался.
Хотя он и был “с придурью” – но хороший аналитик и к тому же выдающейся силы псионик.
И сейчас он отлично всё разыграл:
По всем предоставленным фактам — Мира виновна – и получается, что я слил государственную тайну шпионке. И не одну. И сейчас я должен по этому ложному навету отформатировать высшую нервную деятельность своей “возлюбленной человечке”. И всё это на форуме по правам людей.
Либо сдать её на руки спецподразделению, которое сожгло бы ей мозги уже без моего участия (этот путь Эвонис держал в уме на случай, если я совсем уж в неё не вовлечён). А такой поступок в средствах массовой информации приравнивается к убийству.
Ведь важно не как на самом деле было. А как пресса это подсветила.
Эвонис отыгрывал хорошо. Но его заносило на поворотах. С другой стороны – именно из-за этого мы когда-то и начали приятельствовать, в юности, во время службы. Не лучший мой выбор. Но Эвонис казался мне более живым и занимательным чем прочие, как раз из-за своих артистических заскоков.
Но сегодня он хватил через край.
Но с ним потом. А сейчас – моя человечка.
Итак, Мира…
Дрожит, пока я медленно приближаюсь к ней, попутно достаю из поясной кобуры накса – раскладываю его в трость и отдаю приказ: закрыть пространство вокруг нас с Мирой непроницаемым куполом.
Накс оживает, обращается фрактальной змеёй и частично растворяется в окружающем пространстве. Скользя между физическим миром, подпространством и территорией псионических энергий.
Я прошу его об этом, чтобы говорить с Мирой без лишних свидетелей.
Чтобы Эвонис, распластавшийся с другой стороны двери, приложивший к делу и уши и свой накс – получил не ту картинку, которая есть в действительности. А ту, что сгенерирует для него мой ментальный помощник.
Эвонис заигрался.
“Лес рубят, щепки летят”, – так говорил мой отец. И я был всегда с ним согласен.
Но почему-то меня не устраивало, когда такой “щепкой” пытались назначить мою человечку. Не нравилось, что на глаза Миры наворачиваются слёзы.
А уж когда она посмотрела на мой накс диким взглядом, как если бы я собирался ей навредить…
Это покоробило.
Я нахмурился.
– Что означает этот ваш взгляд, виана Мира?
– Я не… не виновата. Я не ничего не крала у ведомства, и вообще… – она сморгнула крупную слезу, и что-то незнакомо обжигающе сжалось у меня за грудиной. Я не желаю, чтобы Мира так реагировала. И главное, какие у неё причины?
Я сделал суровый тон, чтобы спровадить зевак. Я ни в чём не обвинил мою человечку.
А заговорщиком их обвинения вдруг захотелось буквально затолкать обратно в глотку – чисто в шиарийском стиле. А вовсе не в холодном атлантианском – сделав мудрый продуманный ход, холодно и в подходящий момент. Мне так хотелось применить грубую силу, что аж жгло кончики пальцев, и воздух потрескивал от псионической энергии, которую я невольно привлекал и создавал из неё опасные энергетические завихрения.
Но нужно сейчас сдержаться.
Ради миссии, конечно. И ради безопасности человечки, которую я в эту самую миссию вовлёк.
Я попытался заключить Миру в бережные объятия. Подарить ощущение безопасности:
– Мира, я тебя ни в чём не…
Но она вдруг порывисто оттолкнула меня, забавно шлёпнув ладонями по моей груди. Не то чтоб наши силы были сопоставимы. Не то чтоб она могла действительно меня оттолкнуть. Но я позволил ей меня остановить. Хотя неожиданное яростное внутреннее сопротивление и вскинулось: я хотел её почувствовать. Тем сильнее оттого, что Миру у меня чуть было не вырвали из рук!
Я ощутил в псионическом поле как качнулся и разбился внутренний баланс Миры. Ее ментальное пространство красиво непокорно вспыхнуло и засияло! Хм, а она более сильный псионик, чем было отмечено при последней аттестации… и она… в ярости?
– Сколько можно?! – почти зарычала Мира, – почему атлантианцы считают людей существами второго сорта? Почему?! Арон?!
Хм, она хочет, чтоб я ответил за всю свою расу?
«Потому что люди слабее» – было бы хорошим ответом.
На языке эволюции – это уважительная причина.
Раньше я бы так и сказал.
Но сейчас возникло стойкое ощущение, что вопрос риторический.
– На форуме по правам людей человечество мешают с грязью, – продолжала впадать в ярость Мира. – Обо мне говорят как о твоём домашнем питомце… Даже не как о любовнице! А я и какой-то там любовницей быть… не согласна!!! Мы не равны… откуда это?!