Ева Арманда – Ассистентка Космического Тирана (страница 12)
Я решил глубокому анализу это открытие не подвергать. Скорее всего, причина крылась в том, что если есть мужчины – значит, будет меньше отдачи в работе. А мне нужна эта человечка со всей её отдачей, целиком. Иначе она не справится с обязанностями. Ведь она остаётся слабым человеком. Хм. Да. Наверняка поэтому мне не нравится допущение о других мужчинах.
К тому же… В анкете она указала “10”. Возможно, округлила в большую сторону, ведь люди по непонятным причинам привязаны к круглым числам. То что она их количество “приуменьшила” я не допускал. Внешний анализ реакции Миры — её яркое смущение при упоминании секса — приводит к мысли о её не пресыщенности.
Так что точно не десять.
Допустим… в пределах трёх.
Максимум три неудачных контакта, о которых моей человечке вспоминать не хочется. Иначе с чего такое ярое отрицание?
Но уж раз уж партнёры были, не знать о них – не выход. Так что я был намерен её ненавязчиво и деликатно (как люди это любят) опросить прямо сейчас. Зайдя с косвенного вопроса – “комфортно ли ей сношаться на этой кровати”. Но она вспыхнула. И сказала, что не сношалась.
Это странно…
Я прислушался к своему пси-чувству. И ясно ощутил над зоной кровати Миры следовые эманации её женского возбуждения. Как будто ещё этим утром она испытала на этом месте оргазм. Интересно, с кем?
И тут же накатило раздражение. Аж скулы свело. Конечно, из-за того, что моя помощница тратит энергию не там, где это требуется! Впрочем… судить по следовым эманациям всегда было непросто. И прежде чем сделать окончательный вывод, я всё-таки потянулся к ментальным энергиям, клубящимся над кроватью. И пришло знание будто бы, испытывая оргазм, Мира была одна… и как будто даже думала обо мне (хотя тут сделать достоверный вывод не представляется возможным).
Вполне вероятно, что в этой зоне и правда не было других мужчин.
Хорошо…
Раздражение схлынуло. Взамен захотелось этот пробел заполнить. Для общей пользы, разумеется.
– Значит, на этой кровати сношений не было. Можем это исправить, – просто предложил я.
Человечка выронила сумку. Её бельё разлетись по полу. Я подал ей кружевные трусики, которые отлетели практически мне в руки. Она забавно выругалась шёпотом и очень быстрым (для человека) движением забрала их у меня из рук.
Интересно, отчего такая реакция?
Я знаю, что люди подвержены так называемой ностальгии. Она жила в этой убогой квартирке… сколько-то. Неполный год. И ни разу не занималась сексом на этой кровати? Если верить её словам и остаточным энергиям… Я увезу её отсюда. Естественно, после у неё будет более достойное постоянное место жительства – это я уже решил и даже выделил несколько вариантов.
Но я был не против оставить для моей человечки на этой кровати ментальный якорь позитивных чувственных воспоминаний.
Что ж, виана Мира не выразила однозначного согласия. Можно понять. Она выглядела уставшей, потому я не стал настаивать.
Заняться сексом можно и позже.
Я понимал, что человечка этого хочет (замечал по множественным признакам уже не раз) и ей это нужно. В сексе с ней – миловидной землянкой я вреда не видел, а одну сплошную пользу. И ей, и мне. Как с физиологических позиций, так и чисто ситуационную выгоду.
Моя человечка уже заново собрала рассыпанные вещи. Я решил развеять её сомнения, чтобы ей было комфортнее:
– Если передумаешь, дай знать. Я удовлетворю тебя в любое время.
Она второй раз уронила сумку. Снова стала собирать вещи. На сей раз я не вмешивался – понял, что моё участие выводит её из равновесия. Её руки начинают дрожать. Не иначе как от желания.
А если нет…
Я нахмурился: тогда что такое у неё с координацией? Неужели этот день мою человечку настолько измотал?
Нет, всё же это скорее от желания, которое она пока не готова решиться удовлетворить со мной. Ох уж эти превратности человеческой психологии. Но я это решу. Ведь люди, как известно, сравнительно несложно устроены.
***
На пути из убогой квартирки мы никого не встретили.
Возможно соседи Миры были слегка напуганы. Но что с них взять? Они все были ментально слабыми людьми. А данные этого юного дурачка – виана Олафа – я уже направил специалистам из ведомства. Пускай зашлифуют мою импульсивную перекалибровку его сознания. Может, он ещё принесёт какую-то пользу обществу. Я работал мягко, но быстро. А Мира смотрела так, словно я стираю его личность. Хотя, может и стоило… так-то не личность и была.
…А ночь свежа. Мне было приятно вести за руку эту нежную благоухающую кофе и чайными розами человечку, нести её невесомую сумку в другой руке. Играть в ухаживания.
Дорогу нам преградил уже на подступе к мобилю плотный виан-человек – не в такой дешёвой одежде, как все прочие в этом клоповнике. Даже без сканирования пси-рисунка разума, в этом человеке угадывалось фамильное сходство с мальчишкой, которого я перевоспитал. Очевидно, это и есть местный домовладелец. Очевидно, ему уже кто-то доложил о недостойном поведении его отпрыска. И вот он здесь.
– Что ты сделал с моим мальчиком?! – заголосил человек. Он близоруко щурился, но когда подошёл достаточно близко и разглядел, что перед ним атлантианец, ошарашенно замер.
– Виана Мира съезжает от вас, – учтиво ответил я, – вашего… отпрыска я закодировал от сорока двух категорий зависимостей, которым он был подвержен последние шесть лет существования. Заметьте, вам даже не пришлось ждать квоты Союза. Однако медики его всё равно осмотрят. Социальная программа. Спонтанная когнитивная коррекция малоимущих слоёв населения. Новое постановление Союза.
Я перевесил сумку Миры себе на плечо и за мгновенье извлёк накса из поясной кобуры.
Когда в руках атлантианца накс – мыслительный процесс у людей, как правило, ускоряется до приемлемого. Так что за сегодня мне пришлось своё ментальное оружие и своего соратника – накса – уж который раз применить не по прямому назначению.
В итоге я просто отодвинул наксом онемевшего виана-человека с траектории нашего с Мирой движения и посадил свою главную добычу этого дня в ведомственный мобиль.
Всю дорогу я сидела, застыв у окна мобиля, и безуспешно пыталась привести в порядок растрёпанные мысли.
События этого дня проносились в голове калейдоскопом абсурда: утро началось с влажного кошмара, продолжилось шантажом, примеркой белья, ужином с поцелуями и закончилось… переформатированием личности моего соседа.
Космос! Да я, кажется, уже перестала чему-либо удивляться. Мои нервы были натянуты как струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения.
И это прикосновение случилось.
Виан Арон, не отрываясь от изучения каких-то несомненно важных данных на голопланшете, взял меня за руку. Его пальцы были тёплыми и твёрдыми, захват — уверенным, и даже собственническим. Будто это было совершенно естественно — прикасаться ко мне вот так.
“Это чтобы я привыкала, чтобы мы не теряли сыгранности даже наедине”, — внушала себе я, но от этого было не легче. Касание кожи виана Арона обжигало, посылая по моей руке разряды.
Частичка меня считала, что босс пытается свести меня с ума. Довести до полного эмоционального истощения. Ведь потом я согласилась бы на всё, лишь бы это прекратилось.
Я украдкой скосила взгляд.
Профиль виана Арона в свете пролетающих огней мегаполиса казался высеченным из мрамора — безупречный, холодный и абсолютно невозмутимый. Как будто для него это самый обычный день. Рутина.
Сейчас он был полностью погружён в работу, его разум, без сомнения, решал какие-то глобальные вопросы Вселенной, в то время как мой трещал по швам от мыслей вроде “а что, если он захочет продолжить тот поцелуй?” и “смогу ли и я сбежать, если он решит “исцелить от плохих привычек” не очередного соседа, а уже меня?”
Сейчас мы ехали в его дом.
Я пыталась найти в этом плюсы. Ну, например… это его территория. Там не будет ни прослушки, ни любопытных глаз. А значит, не придётся изображать его любовницу. Я смогу, наконец, выдохнуть, скинуть эти невероятные туфли и это роскошное, но чужое платье, и просто… помолчать.
Одиночество в четырех стенах его особняка казалось сейчас райским отдыхом после этого цирка…
…
И вот — шикарный ведомственный мобиль, в котором мы ехали, бесшумно спустился с транспортного потока и замер на идеально гладкой площадке перед… ну, это даже домом-то назвать было сложно. Скорее, архитектурным шиком, на стыке искусства и технологии.
Было уже поздно, но подсветка мягко выхватывала из темноты безупречные линии. Огромное здание было построено из тёмного камня, отполированного до зеркального блеска, отливающим багрянцем — чем-то напоминающим цвет набалдашника трости-накса виана Арона.
Такой дом, наверное, стоил как небольшой шиарийский крейсер. Или даже как два. И я бы не удивилась, если бы он прямо сейчас оторвался от земли и устремился в ночное небо, к звёздам, как супер-трансформер из голофильма.
Я была тут лишней. Как мышь, забредшая в королевские покои. Маленькой, серой и совершенно не принадлежащей этому атлантианскому безупречному миру.
Виан Арон вышел из салона первым первым. Обойдя мобиль, он открыл пассажирскую дверь и галантно подал мне руку.
Варианта “отказаться” у меня не было. Да и какой смысл? Это всего лишь старомодный этикет. В своем роде это должно быть приятно…