Ева Арк – Тайна короля (страница 10)

– Поужинайте с нами, племянница.

Амори де Сольё был красивым смуглым мужчиной. Если высокий рост, тонкие губы и ямочка на подбородке достались ему от отца, то чёрные волосы, прямой греческий нос и серые глаза – от донны Марии. В характере его тоже сочетались черты обоих родителей: непоколебимая верность долгу с умением располагать к себе людей. При этом дядя Луизы предпочитал держаться в стороне от придворных интриг, что не принесло ему ни титулов, ни богатства, но зато позволило сохранить честное имя.

Когда Луиза села на скамью рядом с братом, который явно продолжал дуться на неё, барон добавил:

– Теперь все в сборе, кроме моего пасынка. Он пошёл за Вами, племянница. Вы разве не встретила его по дороге?

Не успела девушка ничего ответить, как в комнату вошёл уже знакомый Луизе молодой человек.

– А, вот и он!

Словно не заметив смущения девушки, Артур занял своё место за столом. А барон де Оре стал рассказывать о своей поездке в Бретань.

– Брачный контракт нашего короля с покойной Анной Бретонской предусматривал сохранение за последней личного и совершенно полновластного управления герцогством, которое должен был унаследовать её второй рождённый от короля ребёнок, будь он мужского или женского пола. Если же у супругов был бы только один наследник, то – второй ребёнок этого наследника, что вполне устраивало бретонских сеньоров.

– Однако, – продолжал, отпив из кубка, дядя Луизы, – королева умерла слишком рано и её второму ребёнку, принцессе Рене, нет ещё и пяти. Поэтому вполне естественно, что Людовик взял на себя управление герцогством. Баронам это не понравилось и в Бретани начались волнения. Тогда наш государь направил меня туда, чтобы успокоить их. К счастью, многие бретонцы держат сторону короля, как, например, граф де Шатобриан. С их помощью мне удалось уговорить смутьянов сложить оружие. А граф пригласил меня в свой замок и пообещал познакомить с женой, которая слывёт первой красавицей Бретани. Но я отказался, так как хотел ещё заехать в Лорьян…

– Надеюсь, моему брату устроили достойные похороны? – поинтересовалась его супруга.

– Конечно, дорогая. Согласно завещанию Вашего брата, я назначен главным опекуном его сына. А так как вдова барона де Лорьяна решила удалиться в монастырь, нам придётся решить, что делать с Жилем. Лично я предлагаю, пока моя матушка в Париже, отдать ей Вашего племянника, чтобы он воспитывался в Сольё, как Артур и Эд.

– Достаточно того, что я не виделась с сыновьями долгие годы, – неожиданно возразила баронесса де Оре. – Однако Жиль – не только мой родной племянник, но и последний из рода Лорьянов. Поэтому я не хочу отпускать его от себя!

– Не забывайте, что у Вас есть свои обязанности, а у меня – служба. Кто будет заботиться о нём?

– Жилю уже семь лет, и он вполне может служить пажом.

– Насколько мне известно, в придворном штате нет вакантного места, и пока оно появится, может пройти много времени.

– Ничего страшного, Жиль поживёт здесь.

– Иногда невозможно сладить с Вашим бретонским упрямством, дорогая, – барон покачал головой.

– Кажется, у королевы освободилось место, – нерешительно произнесла Луиза. – Один из пажей заболел, и его забрали родственники.

В этот момент полог стоявшей рядом кровати слегка качнулся и оттуда выглянул мальчик в ночной рубашке. Ступая босыми ногами по полу, он приблизился к баронессе и жалобно произнёс:

– Тётушка, я хочу к матушке!

– Ваша матушка посвятила себя Богу, племянник. Поэтому отныне мы с сеньором де Оре будем заботиться о Вас, – вздохнула Изабель.

Однако мальчик не уходил:

– А когда мы вернёмся в Лорьян? Я скучаю по борзой и соколу, которых подарил мне отец.

– Но ведь Вы сами, господин де Лорьян, захотели поехать со мной в Париж, чтобы увидеть короля и королеву, – напомнил ему барон де Оре. – Почему же теперь проситесь домой?

Жиль опустил голову и по его щеке поползла слеза. Тогда, обняв своего племянника, Изабель с укором сказала мужу:

– Прошу Вас, будьте ласковей с Жилем. Ведь он ещё ребёнок!

– Ваш племянник уже вырос из детского платьица и ему необходимо мужское воспитание!

Тем временем мальчик, бросив исподлобья взгляд на Луизу, вдруг заявил:

– Вы похожи на мою матушку!

Улыбнувшись, девушка пригладила его каштановые кудри:

– У меня тоже есть сокол.

– А где он сейчас? – с интересом спросил маленький барон де Лорьян.

– Здесь, во дворце. Если хотите, то завтра мы с ним можем прогуляться по садам.

Жиль кивнул и позволил увести себя в постель.

В конце ужина, бросив взгляд на Эда, барон спросил:

– Что с Вами, сын мой? Почему Вы ничего не едите?

– Отец, я помолвлен с Мари де Монбар и хочу жениться на ней! – вдруг выпалил тот.

Переглянувшись с супругой, барон затем обвёл глазами присутствующих: если на лице Эда читалась отчаянная решимость, то Артур сидел с невозмутимым видом. В душе Шарля же, по-видимому, боролись противоречивые чувства: с одной стороны, он не одобрял выходки кузена, а с другой – понимал, что брак его сестры с Эдом был бы очень выгоден их семье. Что же касается Луизы, то она изучала узор на скатерти.

– Вам было известно о планах Вашего брата, сын мой? – спросил после паузы барон у пасынка.

– Да, отец.

– А Вам, племянница?

– Мари призналась мне во всём, дядя.

Вздохнув, Амори снова повернулся к Эду:

– Почему мы с баронессой узнаём последние о Вашей помолвке?

– Но ведь Вы сами рассказывали, что тоже обручились с матушкой втайне от Вашего отца.

– Да, но перед этим я заручился согласием покойного барона де Лорьяна. А родители Мари знают о Ваших намерениях?

Юноша опустил голову:

– Нет.

– К тому же, я дал слово Вашей матери в присутствии покойной королевы и моего друга барона де Монбара. А на вашей помолвке кто-нибудь присутствовал?

– Мы с Мари просто спустились в часовню и дали клятву перед ликом Господа, что будем принадлежать только друг другу. А потом обменялись кольцами.

Луизе показалось, что Изабель облегчённо вздохнула. Барон же после паузы заключил:

– Пожалуй, я поступлю так, как когда-то Ваш дед. Узнав о моём желании вступить в брак, граф де Сольё сказал, что даст своё благословение после того, как я прославлюсь военными подвигами. Вернувшись из итальянского похода, я обвенчался с Вашей матерью и достиг всего, чего желал. Поэтому, сын мой, Вам ещё рано заводить речь о женитьбе.

После обеда к Луизе подошёл Артур:

– Позвольте, кузина, проводить Вас.

Некоторое время они шли молча, пока молодой человек вдруг не предложил:

– Может быть, прогуляемся по саду?

Так как было ещё светло, девушка согласилась.

Когда они вышли в парк, Артур снова спросил:

– Как Вам живётся при дворе, кузина?

– Хорошо, кузен. Королева очень расположена ко мне.

– Рад за Вас. Однако, как Вы сами сегодня убедились, фрейлины подвергаются постоянным домогательствам со стороны мужчин. Поэтому, если кто-нибудь снова станет приставать к Вам, то скажите мне!

– Мне кажется, кузен, что монсеньор де Ангулем просто пошутил…

– Хочу предупредить Вас, что Франциск де Валуа – большой охотник за юбками и думает, что ему всё позволено. Ведь он не только зять короля, но и считается наследником престола до тех пор, пока королева не родит дофина. Поэтому опасайтесь Ангулема и его приятелей: сердцееда Бонниве, грубияна Монморанси и болтуна Флеранжа.

Луиза промолчала, в то время как пасынок барона де Оре продолжал:

– Пожалуй, самый опасный для девиц Бонниве, который происходит из рода незнатных дворян Гуфье. Его старший брат, сеньор де Буази, был гувернёром Франциска, который воспитывался вместе с младшими братьями Гуфье и их кузеном Монморанси. Сам Бонниве на несколько лет старше Ангулема и, в отличие от него, успел отличиться при осаде Генуи и получить звание рыцаря. Этот красавчик – самый близкий друг принца и, несмотря на то, что брат женил его на дочери управляющего графини Ангулемской, погубил репутацию уже не одной дамы.