Еугениуш Дембский – Та сторона времени (страница 20)

— Не-ет… — лучезарно улыбнулся я, — он точно здесь живет, у меня верный адрес, — а когда полицейский пошевелился, неровно колыхаясь всем телом, убрал улыбку с лица. — Я остановлюсь в гостинице. — Я ткнул большим пальцем назад. — Я не дурак, не ищу неприятностей на свою голову, и у меня для него есть кое-какая информация, которую он наверняка долго искал. Спасибо за помощь.

Повернувшись, я медленно перешел на другую сторону улицы, направляясь к отелю. У дверей я обернулся; полицейский радостно отдавал честь великанше, выглядевшей словно голем с рекламы шин «Мишелен». Я вошел в холл через дверь, напоминавшую вход в ангар для подводных лодок, и, уважительно обойдя несколько могучих туш, с сопением направлявшихся к выходу, добрался до стойки портье. С одной стороны, было не столь уж и тяжело огибать эти глыбы сала, словно моторная лодка в конвое броненосцев, с другой — я с радостью увидел бы кого-нибудь, кто был бы худее меня. Портье таковым не был.

— Мне нужна комната. — Я окинул взглядом доску для ключей. — Как видите, много места я не займу. И самое большее до завтра.

— Крайне сожалею, — забормотал он. — Даже свободного полотенца и то нет. У нас сейчас самый сезон. — В уголках его рта собиралась слюна, образуя маленькие пузырьки, которые затем лопались с почти слышимым треском. У меня возникло непреодолимое желание сплюнуть. Я набрал в грудь воздуха, и тут портье зыркнул глазами куда-то в сторону и неожиданно расплылся в масляной улыбке: — Вам повезло. — Он тряхнул головой. — Я вспомнил, что у нас есть комната, забронированная с завтрашней ночи, так что если вы хотите только на сутки, то…

— Именно. — Я обернулся, но успел увидеть только спину знакомого полицейского. — Оуэн Йитс, — показал я подбородком на клавиатуру. — Какой номер?

— Семнадцатый. Приложите сюда большой палец. — Он показал на квадратную пластинку датчика.

Оставив им на память отпечаток большого пальца, я пошел наверх. На лестнице было пусто, и воздух не казался столь насыщенным жиром. В номере я включил вентиляцию на максимум и бросился на гигантскую кровать, оказавшуюся неожиданно жесткой. Зазвонил телефон, а когда я после третьего звонка снял трубку, в ней послышалось:

— Зайдите в пункт проката самоходных кресел и возьмите кресло номер шесть. Сейчас.

Я сразу же направился туда. Пять минут спустя я заплатил за прокат, а когда после короткого инструктажа выехал на улицу и остановился в ожидании какого-то знака, меня обогнало точно такое же кресло и кто-то позвал:

— Йитс!

Я двинулся следом за провожатым. Мы проехали половину главной улицы, затем свернули в широкий переулок, закончившийся через сто метров. Потом мы пересекли небольшой парк и спустились в подземный гараж, еще немного поездили среди автомобилей, и провожатый прошептал:

— Подожди.

Я затормозил. Чичероне поехал дальше. Шины его кресла скрипнули на повороте. Я достал сигареты и закурил. Неожиданно сзади раздался голос:

— Не шевелись. — Что-то коснулось моей руки. — Надень этот мешок на голову и не пытайся подглядывать.

Я подчинился. Кто-то взял меня за руку и вытолкнул из кресла. Через несколько шагов мы сели в автомобиль, причем у меня не было сомнений, что я сижу на заднем сиденье не один. Поездка продолжалась недолго, у меня даже не успел заболеть живот, в который упиралось дуло какого-то оружия. Потом мы вышли, и я, поддерживаемый под локоть, прошел еще пару сотен шагов.

— Садись.

Наклонившись, я нащупал край дивана, сел и положил руки на колени. Капли пота стекали по моему лицу и после короткого полета от подбородка к груди приземлялись на рубашке.

— Можешь снять мешок, — услышал я сзади мужской голос, уже чей-то другой. — Но если хоть чуть-чуть повернешь голову, отсюда живым не выйдешь.

Медленно подняв руки, я стащил с головы мешок. Я находился в маленькой комнатке, похоже, без окон. Над головой горела мощная лампа. За моей спиной сидел по крайней мере один человек. Я не шевелился.

— Ну? Я слушаю, мистер Йитс, — вежливо произнес незнакомец.

— У меня для вас два сообщения, думаю, важных. Взамен…

— Еще чего! — перебил он. — Ты не на базаре. Что еще за торг? — одновременно удивился и возмутился он.

— Наверное, вы отдаете себе отчет в том, что я бы сюда не совался, если бы мне от этого не было никакой пользы? — спросил я. — А какая мне польза, если вы даже не знаете, о чем речь?

— Польза тебе будет, если выйдешь отсюда живым. Полезнее не бывает.

— Да что вы пугаете? — задал я очередной вопрос. — Нельзя нормально поговорить? Как частный детектив с шефом могущественной преступной организации? Я говорил полицейскому, что я не дурак и не искал бы контакта с вами, если бы не верил, что могу выйти отсюда невредимым и с определенной выгодой для себя.

— Как остроумно и логично. — Я почти видел, как Хоникомб восхищенно качает головой. — Ну, так я слушаю.

— Первое я вам уже, можно считать, сообщил. Ваш адрес не является тайной для ЦБР. Это, наверное, чего-то стоит, нет? Вам я это отдаю бесплатно. Но за второе я хочу получить от вас кое-какую услугу. Речь идет о том, чтобы найти одного человека. Насколько я знаю, это вполне нормальный добропорядочный пожилой гражданин, который неожиданно пожелал полного одиночества и анонимности. Вы, наверное, в состоянии быстро его найти. Найти и проследить, чтобы с ним ничего не случилось, пока я с ним не поговорю. Может быть, его нет в живых, тогда я был бы благодарен за информацию о том, кто его убил. Все.

— А взамен?

— Взамен я скажу вам, кто убил вашего брата.

Сзади послышался какой-то треск, похоже, рухнул отброшенный стул, и в поле моего зрения появился Иэн Хоникомб, звезда первой величины в преступном мире, человек, которого боялись и благосклонности которого добивались все семьи мафии, человек, без ведома которого невозможны были контакты с организациями в других частях мира. На лице у него была тонкая маска из искусственной кожи, но она не в силах была скрыть ярости, исходившей с каждого квадратного миллиметра настоящего лица. Вытянув руку, он почти коснулся указательным пальцем моей груди. Хотя это был самый обычный палец, я почувствовал исходящий от него могильный холод.

— Говори, — процедил он, не убирая пальца.

— Вы еще не выразили согласия на сделку, — сказал я, глядя ему в глаза.

— Скажешь немедленно! — рявкнул он.

— Я мог бы за эти сведения получить миллион, даже не обязательно от вас, а вы торгуетесь?

Несколько секунд он жег мне глаза взглядом, затем неожиданно отступил.

— Знаю, — опередил я его. — Вы можете меня убить, раздавить катком, сжечь живьем, сбросить с самолета. Вы также можете сторговаться со мной и получить свое несравненно более изящным способом. И намного более приятным для меня.

Он полез в карман и достал портсигар. Когда он закурил, я почувствовал запах легендарных «Ребекко». Одна затяжка сожгла бы мне легкие, он же глубоко затянулся, и у него даже слезы на глазах не выступили.

— Зачем мне изящное решение? — спросил он уже тише.

— Судя по тому, что я знаю, вы руководствуетесь своеобразным кодексом: вы первый, похоже, поняли, что в наше время примитивный босс, убивающий направо и налево, не имеет права на существование. Преступление для вас — бизнес, а в бизнесе следует соблюдать определенные принципы.

— Интересно. — Он щелчком отбросил окурок в сторону. Послышался какой-то шорох, видимо, кто-то из подручных кинулся его подбирать, чтобы поместить в пепельницу. — Откуда знаешь?

— Классический гангстер убил бы Феликса Кельша без особых раздумий и жил бы с чувством исполненного долга. Вы же согласились с приговором суда, может быть, даже провели собственное расследование…

— Ладно. Согласен на твои условия, — прервал он. — Твой анализ моей личности нужен мне как собаке пятая нога. Ну?

— Убил Кельш, — сказал я. — Можно закурить?

Какое-то время он стоял, вытаращив глаза, потом бросил взгляд куда-то над моей головой и как будто принял некое безмолвное сообщение.

— Не может быть, — медленно проговорил он. — Мы проверили.

— Их трое. — Я полез в карман и, достав сигареты, быстро закурил. — Тройняшки. Трое абсолютно одинаковых наемных убийц, при том что двоих официально не существует. Их зовут Морт и Сальво, но все пользуются именем Феликс.

— Откуда знаешь?

— Я провел расследование.

— Погоди! — перебил он меня. — Кто этим занимался? — спросил он, снова глядя куда-то за моей спиной.

Он выслушал безмолвный ответ, и я увидел в его глазах приговор неспособному работнику. Я сглотнул.

— Жена вашего брата была права, — выдавил я. Он посмотрел на меня. — Я имел счастье видеть их всех троих вместе. Быть может, их уже только двое или один ранен.

Внимательно глядя на меня, он потянулся к портсигару и снова закурил.

— Брат был тем еще растяпой, и мы друг друга не любили, но он мой брат. Кому-то хотелось меня унизить, и с помощью нескольких придурков это ему удалось. Но ничего. Разберемся…

— Если можно, — кашлянул я, — у меня еще одна личная просьба…

— Ну? — буркнул он, уставившись в стену.

— Мне хотелось бы, чтобы братья сказали, кто им заказал меня. Меня это очень интересует.

— Ладно. — Он оторвал взгляд от стены и небрежно махнул рукой. — Так кого мы должны найти?

— Сол Богг, математик из университета в Менарде…

— Достаточно. Что-нибудь еще?