Этель Дэй – Попаданка (не) против любви (страница 6)
Я все время боялась нарушить какой-нибудь запрет, поэтому не могла толком оглядеться, но спустя какое-то время я все же принялась осматриваться по сторонам. Вокруг висели сотни фонарей, наминая о том, что еще не изобрели электричество. Сколько же здесь придворных служителей, чтобы вручную зажигать их? Это очень большой труд, но вряд ли местная аристократия думала также, считая это обыденным делом.
Драгоценности, красовавшиеся на каждой даме, играли различными красками, в треножниках сжигался душистый сандал, источая приятный и успокаивающий аромат. В вазах красовались императорские пионы. В самом центре сада величественно стоял большой золотой стол для императора, вокруг него расположились такие же, но поменьше, вероятно, для его жен и детей. По бокам императорского кресла, которое, кстати, тоже было из золота, в качестве украшения возвышались грозные драконы.
Величественный сад утопал в зелени и цвету персиковых деревьев. Здесь было настолько зелено, что даже в самый жаркий летний день под сенью множества деревьев и кустов можно было легко укрыться от солнца. Что же касалось императорского дворца, то он был по-настоящему прекрасен, современные сериалы рядом с таким великолепием просто ничто!
Пока я рассматривала окружающее меня великолепие, не заметила, что супруги, наложницы, сыновья императора уже заняли свои места. Я внимательно осмотрела каждого, пытаясь впитать всю картину, и наткнулась на насмешливый взгляд молодого мужчины. На вид ему было лет двадцать. Он нагло уставился на меня в ответ, не соблюдая дворцовый этикет, что было очень грубо. Наглец не знал, с кем связался, я не сдавалась, сверля его взглядом.
Идеальные черты лица, гордая осанка и стройное телосложение. Молодой принц был недурен собой и знал об этом наверняка. На нем красовался серебристо-фиолетовый чанпао, подпоясанный черным кушаком, на котором висела нефритовая подвеска нежно-зеленого оттенка. Молодой человек самодовольно ухмылялся, явно относя мой взгляд к своей личной заслуге. Может ли он быть четвертым принцем и следующим императором?
Пока я увлеченно рассматривала его, откуда-то появились старшие дворцовые евнухи и объявили громко:
– Император прибыл!
Все присутствующие встали, а спустя некоторое время, я увидела худощавого мужчину лет сорока в желтом халате. Его головной убор был украшен нефритовым камнем. Мне казалось, что Канси был хмурым и очень строгим, но видя его простое и добродушное лицо, засомневалась. Конечно, в историю он вошел как справедливый правитель, и его век считали золотым. Император шел медленно и улыбался всем. Послышался шорох одежды и все присутствующие встали на колени вместе со мной.
Стоило императору занять свое кресло, как стоявший рядом евнух громко закричал:
– Встаньте!
Все разом поднялись. Канси счастливо рассмеялся своим громким, густым, басистым голосом:
– Садитесь! Мы редко вместе отмечаем праздники, поэтому обойдемся без церемонии.
– Да! – послышался единогласный хор голосов и каждый уселся на свое место.
Я наблюдала за каждым тостом. Аристократы соблюдали этикет, боясь допустить хоть какую-то оплошность. Но после пятой рюмки напряженная атмосфера понемногу отпускала каждого из присутствующих.
Несколько младших отпрысков императорской семьи начали друг друга подразнивать. Принцы и жены императора один за другим, подняв бокалы, поздравляли наследного принца с днем рождения и преподносили подарки. Кто-то подарил лук со стрелами, кто-то меч, кто-то белоснежного скакуна.
Я оглянулась по сторонам и неожиданно увидела молодую девушку, которая злобным взглядом уставилась на меня. Что я ей сделала? И за что она ненавидит меня?
м… надо спросить у Сяомин, нет ли у меня здесь врага. Тут же ответила ей, улыбнувшись во все зубы. Обычно, если ответить улыбкой на злобный взгляд, то ненавистник будет в ярости, что и подтвердилось. Девушка с еще большей ненавистью взглянула на меня.
– Отец-император! – неожиданно послышался юношеский голос. Принц уважительно преклонил колено.
– У тебя есть обращение? – удивленно посмотрел на своего сына Канси.
– Да, отец-император! – не поднимая своего взгляда, произнес принц. – Сегодня великий день. В этот день родился мой старший брат, наследник престола. Так же смею надеяться что вы разрешите мне расторгнуть мою помолвку. Так же прошу одобрить мой брак с дочерью министра правого крыла!
Воцарилась оглушительная тишина. Все гадали, почему он просит об этом, а я гадала, с кем был он помолвлен и кто эта несчастная девушка.
Мужчина, восседавший в центре зала, взглянул на толпу, чувствуя себя немного неловко. Ведь принц стоял на коленях посередине огромного сада под пристальными взглядами местной знати.
– Иньсы… – только и проговорил император.
– Я уже принял решение и прошу Императора дать свое одобрение!
Чанпао – долгополый мужской халат, который носили в империи Цин.
Глава 6
Стоп! Иньсы… Иньсы… Это же восьмой… Точно! Он был помолвлен со мной.
Блин! Не знаю даже, что сказать. Как удачно все для меня обернулось!
Из радостных размышлений меня вырвал суровый голос императора:
– Ву Тао!
Вот черт, нашел, когда разорвать помолвку! Да еще и вызвать гнев императора! Нет, конечно, я хотела этого, но не сейчас же!
– Ваше величество! – отец спешно вышел в центр и упал на колени.
Моему отцу на вид было около сорока лет, он отращивал козью, тьфу, аристократическую бороду. Но седина, то тут, то там проблескивала. Его темные волосы всегда были собраны в косичку. Ах да, я почти забыла упомянуть. На голове у него была бянь-фа – традиционная мужская причёска маньчжур. Она представляла собой косичку из трех прядей, которая заплеталась на затылке или макушке, тогда как у лба и на висках волосы выбривались.
Отец был одет в манпао темно-синего цвета и головной убор советника третьего ранга. Если бы я все-таки вышла замуж за восьмого бэйле, отец получил бы особый головной убор с павлиньим пером.
С одной стороны политический брак в пользу семьи, с другой стороны обо мне хоть кто-то думал?
– Иньсы хочет разорвать брачный контракт с твоей дочерью, – задумчиво проговорил император, словно раздумывая вслух. – Кстати, где она? – император неожиданно оглянул весь сад. Придворные зашептались между собой.
– Гу Мин Чжу, выйди вперед! – сказал старший дворцовый евнух.
Бррр, какой все-таки противный у него голос! Будто не мужик, а женщина! Ах! Точно их же…
– Мин Чжу! – тихо прошипела матушка.
Вспомнила! Меня же вызвал император! Обалдеть! Меня вызвал сам император Канси! Боже мой! Я его только в дорамах видела, и то это были актеры, исполнявшие роль Канси, а я сейчас встречусь с ним вживую. Вот это да!
– Мин Чжу! – в этот раз голос прозвучал громче и настойчивее. Матушка дергала меня за платье, и это привело меня в чувство.
Я вздрогнула и поторопилась встать. Выйдя из-за стола, на дрожащих ногах подошла к коленопреклонённому отцу. Опустив голову, упала на колени:
– Ваше величество! Счастья и радости императору! – мой голос дрожал от страха. Неожиданно стало очень тихо:
– Ву Тао, у тебя прелестная дочь с хорошими манерами! – рассмеялся император, и
придворные нервно вторили ему. Напряженная обстановка немного ослабила свою хватку.
В этом веке похвала от императора была огромной честью.
– Благодарю ваше величество! – с трепетом отозвался мой отец.
– Сын, почему же ты хочешь разорвать этот брак? – нахмурился вновь сын Неба, обращаясь к своему отпрыску.
Восьмой принц посмотрел на меня, и я прочла в его глазах открытую неприязнь. Я задалась вопросом: что же такого я натворила? Я, конечно, не хочу брака с почти трупом, извиняюсь за выражение. Но по меркам этой эпохи после его отказа я стану бракованным товаром, и никто больше не придет к нам с предложением руки и сердца. Это позор для всей семьи! Несмотря на такую перспективу, я испытывала радость от того, что останусь свободной! Ну, что поделать, я человек из будущего, и свобода значит для меня слишком много!
– Отец-император! У молодой госпожи семьи Го нет никаких чувств ко мне, так же как и у меня к ней. Даже если мы поженимся, то счастье никогда не войдет в наш дом. Лучше сейчас расторгнуть этот брак. Это будет лучше и для меня и для молодой госпожи, – заявил восьмой бэйле.
Я почувствовала, как взгляды придворных устремились ко мне. Черт! Этот принц красноречив, обозначил сначала мою вину и как бы невзначай свою! Исподтишка посмотрела на императора: его лицо выказывало явное неудовольствие, но он продолжал молчать, буравя взглядом сына.
– Ты понимаешь, что разорвав брачный контракт с генералом, наносишь ему оскорбление? – голос сына Неба набирал силу и звучал очень грозно, но, видимо, бесстрашия принцу было не занимать.
– Ваш сын понимает! Конечно, чтобы восполнить ущерб, нанесенный молодой госпоже, я готов выплатить компенсацию, – сказал, скрепя зубами, принц и злобно посмотрел в мою сторону. – Каковы твои условия? Что бы это ни было, принц постарается удовлетворить их! – вновь поклонился бэйле.
В саду стало тихо, настолько, что было слышно, как мимо пролетел комар.
Не знаю почему, но именно в этот момент в моей голове вспыхнул обрывок воспоминания: