Эшли Джейд – Сокрушенная империя (страница 87)

Я безразлично смотрю на него.

– Между нами все кончено с того момента, как я вошла сюда и увидела, как ты флиртуешь с той шлюхой, которую ты трахал у меня за спиной. – Он открывает рот, но я выдергиваю свое запястье из его хватки. – Наслаждайся летом, придурок.

Я пытаюсь держать себя в руках по дороге в туалет.

– У меня к тебе предложение, – говорю я Рейнджеру, закрыв за собой дверь.

Он озадаченно смотрит на меня, и замешательство все больше завладевает им, когда я достаю из сумки наличные.

– Какое?

– Если ты побудешь тут со мной десять минут и потом расскажешь всему бару, что трахнул меня, я дам тебе три сотни.

Его взгляд становится настороженным.

– Почему?

– Потому что мой демон – бармен, который за моей спиной спал с другой. А я не та девушка, что просто так спустит ему с рук нечто подобное, не заставив его при этом страдать.

Парень несколько секунд изучает мое лицо. Я понятия не имею, что он там видит, но его взгляд становится мягче.

– Сладкая, обещаю тебе, он точно будет страдать, потому что потерял такую, как ты. – Он кивает на деньги в моих руках. – Оставь себе. Я тебя и бесплатно выручу.

Я собираюсь поблагодарить его за доброту, но мой телефон вибрирует от входящего сообщения.

Оукли: Та женщина, с которой ты меня видела, жена хозяина, а мужчина за баром – мой босс и ее муж. И да, иногда Джанет распускает руки, но я никогда с ней не спал. Я бы сказал тебе, чтобы ты не делала поспешных выводов в следующий раз, но это неважно, потому что между нами все кончено.

Я чувствую, как кровь отливает от моего лица с каждым словом, которое я читаю. Когда я заканчиваю, ком в горле уже не дает мне дышать.

Как сказал кто-то мудрый: если ты играешь в глупые игры, приготовься выигрывать глупые призы.

Но в моем случае я не выиграла ничего.

И проиграла все.

– Никому ничего не говори, – кричу я, выбегая из туалета.

Я быстро оглядываю бар в поисках Оукли, но не вижу его. Забыв про свою гордость, я подхожу к женщине, с которой он не флиртовал до этого.

– Вы знаете, где Оукли?

– Вы разминулись, милая. Он сказал, что ему нездоровится, и ушел пару минут назад.

Черт.

Я несусь к двери. И ощущаю ужас, когда не вижу его машину на парковке. Меня одолевает чувство бессилия. Я достаю телефон из сумки и подношу к уху.

Автоответчик.

– Нет, нет, нет, – бормочу я, набирая его номер во второй раз.

Он, будто песок, ускользает сквозь мои пальцы. И мне некого винить за это, кроме себя, ведь я позволила своей ревности взять верх и уничтожить то, что было между нами.

Сердце сжимается от боли, когда я снова слышу автоответчик.

– Прости, – шепчу я.

Пожалуйста, прости.

Глава сорок пятая

Бьянка

– Ты расстроена, – говорит Оукли, когда я открываю дверь.

Изо всех сил пытаюсь выглядеть безразличной.

– Ты переспал с ней?

Внутренности скручиваются в тугой узел. Эта тишина оглушительна.

Я собираюсь захлопнуть дверь перед его лицом, но он вставляет ногу между ней и дверным проемом.

– Ты бы обиделась, если бы переспал?

Я смотрю на него ледяным взглядом.

– Пошел ты.

От этого ответа его губы изгибаются в самодовольной усмешке.

– Приму это за «да».

Во мне растет раздражение, смешанное с болью.

– Убирайся.

Оукли делает шаг в мою сторону, заставляя мое сердце биться чаще.

– Мы оба знаем, что ты этого не хочешь. – Еще один шаг. – Если только ты не стала трусихой.

Я ненавижу то, что он всегда видит меня насквозь, и то, что заставляет признать вещи, которые я пока не готова признавать.

– У меня есть парень.

Он возмущенно смотрит на меня.

– У тебя есть костыль, малышка. Костыль, который ты используешь, когда мы становимся слишком близки.

Я даже не знаю, что и думать. Единственное, в чем я уверена: от его слов у меня начинает кружиться голова, потому что в них слишком много правды. Но я отказываюсь сообщать ему это.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

– Имею. – Оукли наклоняется, его голос пронизывает меня насквозь. – Потому что я знаю тебя, Бьянка Ковингтон. – Он касается моей челюсти. – Мы говорим на языке, который никто, кроме нас, не понимает, и чувствуем друг к другу вещи, которые для всех кажутся дикими… но не для нас.

Сердце бьется о ребра, как сумасшедшее, когда я хватаю его за воротник футболки, притягивая к себе.

Я ненавижу то, что он прав. Ненавижу то, что чувствую к нему, ведь без этого моя жизнь была бы намного проще. Но больше всего я ненавижу то, что он может разорвать меня на кусочки и выбросить… Потому что я люблю его так, как не любила никого и никогда. Так, как не смогу больше полюбить. И для того, чтобы понять это, мне даже не нужны все мои воспоминания.

Мне просто нужен он.

Я чувствую, как слезы катятся по моим щекам, когда я смотрю на него.

– Ты с ней переспал?

Я должна знать.

– Нет. – Что-то мрачное звучит в его голосе. – Но, наверное, должен был.

Его слова ранят, как пощечина.

Должно быть, лицо выдает мои чувства, потому что он говорит:

– Я не должен тебе ничего объяснять, но мы познакомились на встрече. Я позвал ее к себе, потому что она сказала, что у нее сейчас непростое время и ей нужно поговорить с кем-то. Я заказал еду, и мы пообщались. Вот и все.

Я вглядываюсь ему в глаза, пытаясь увидеть в них неискренность, но ничего не нахожу.

– Все?

Выражение его лица немного смягчается, словно он знает, насколько мне больно от этого разговора.