Эшли Джейд – Сокрушенная империя (страница 127)
Он прав. Ему нужно хвататься за этот шанс сейчас.
Джейс снова обнимает его.
– Я правда горжусь тобой, брат. Я знал, что ты сможешь.
Мое сердце переполняет радость.
– Я тоже.
Он улыбается Сойер.
– Сойер уже согласилась переехать со мной в Новую Англию после выпускного.
Сойер притягивает его к себе и быстро целует.
– А пока я буду приезжать, когда будет возможность.
Как бы мне ни было грустно, что Коул уезжает, вместе с Сойер, я так счастлива, что его мечты сбываются.
Коул ухмыляется.
– Это невероятно. Я бы никогда не подумал, что займу место лучшего футболиста во всем мире. Я серьезно, Том Брэйди лучший и мой любимый игрок не просто так. Он самый талантливый квотербек, когда-либо выходивший на поле.
Как бы я ни гордилась своим братом, я не хочу слушать, как он всю ночь болтает о Томе Брэйди.
– Серьезно, – продолжает Коул, пока все больше людей набивается в зал. – У парня просто золотая рука… – Его челюсть отвисает, когда он смотрит на что-то за моей спиной. – Твою мать.
Схватив Сойер за руку, Коул подбегает к какому-то высокому блондину в майке «Сейнтс». Он приобнимает фигуристую рыжую девушку.
– Черт возьми, – орет Коул, и я клянусь, его голос срывается. – Это Ашер Холден.
Улыбаясь, парень шепчет что-то на ухо девушке, прежде чем пожать руку моему брату.
– Привет, ты фанат «Сейнтс»?
Коул выглядит так, словно вот-вот упадет в обморок.
– Скорее, твой фанат. Чувак, ты мой любимый футболист. – Он жестом указывает на Сойер. – Я только что рассказывал своей невесте, какой ты крутой, и что ты самый талантливый игрок, когда-либо выходивший на поле.
Мы с Джейсом обмениваемся веселыми взглядами.
– Ага, – сухо говорит Сойер. – Он все время говорит о тебе.
Не замолкая ни на секунду, Коул продолжает:
– Сожалею из-за того случая в Дьюке. Это было низко с их стороны, чувак.
Пожав плечами, Ашер снова обнимает рыжеволосую.
– Да, но в конце концов все обернулось к лучшему. – Он жестом указывает на сцену. – Хорошего вечера. Мы пойдем займем места получше.
Не поняв намека, Коул говорит:
– Могу я угостить тебя выпивкой? Я бы очень хотел задать тебе пару вопросов.
Несколько секунд мне кажется, что Ашер откажется, ведь, откровенно говоря, Коул сейчас ведет себя как сумасшедший фанат, но, к моему удивлению, он говорит:
– Мой друг выйдет на сцену с минуты на минуту, я бы хотел посмотреть концерт. Давай встретимся после, ладно?
Коул так сильно трясет его руку, что я удивляюсь, как она не отваливается.
– Договорились, я найду тебя после шоу.
Коул поворачивается к нам, когда Ашер уходит.
– Я не могу поверить, что мой любимый футболист сегодня здесь.
Сойер закатывает глаза и улыбается.
– Забавно, я могла бы поклясться, что Том Брэйди – брюнет.
Джейс ухмыляется.
– Не говоря уже о том, что он… намного старше.
Коул собирается ответить, но в зале становится темно, и над сценой включается свет. Минуту спустя какой-то парень в очках, с ирокезом на голове выходит и садится за пианино. Он прочищает горло, прежде чем заговорить в микрофон.
– Я хотел бы поблагодарить всех за то, что вы сегодня здесь. Я также хочу сказать отдельное спасибо моему менеджеру Дилан Тейлор за организацию этого потрясающего концерта.
Сойер, Коул и я начинаем аплодировать, когда Лэндон показывает на Дилан, стоящую у сцены рядом с Ашером и рыжей девушкой. Джейс делает рупор из ладоней.
– Да, детка!
Лэндон ждет, пока стихнут аплодисменты, прежде чем снова обратиться к толпе.
– Сегодня вечером я обязательно исполню несколько своих старых песен, но начать хотелось бы с новой, если вы не против.
Зал разрывается от аплодисментов.
Лэндон усмехается.
– Я написал ее со своим новым другом, Оукли. Этот парень – один из самых интересных людей, которых я встречал в своей жизни… а это что-то да значит.
Все смеются… кроме меня.
Потому что мое сердце прямо сейчас пытается выскочить из груди.
Пальцы Лэндона касаются клавиш пианино.
– В общем, эта песня для тех, кто хоть раз любил кого-то настолько сильно, что было больно.
Нежная мелодия наполняет помещение, заставляя всех обратить свое внимание на сцену. По моей коже бегут мурашки, я едва стою на ногах, когда Лэндон начинает петь.