Эшли Джейд – Дьявол (страница 17)

К сожалению, моя секундная нерешительность обходится мне дорого, потому что я слышу, как открывается дверь кладовки.

Как ребенок, которого поймали за руку в банке с печеньем, я впадаю в панику и бегу к двери. К сожалению, я не обращаю внимания на стулья и столы, стоящие на моем пути. В отчаянии я резко поворачиваю налево, пытаясь найти свободный путь к выходу.

— О, Боже мой! — кричит миссис Миллер — Кристи.

Я чувствую себя диким зверем, которого вот-вот загонят в клетку.

— Я ничего не видел, — кричу я, и это самое глупое, что можно сказать в данной ситуации.

— Он... он... — миссис Миллер заикается, когда Дэмиен выходит следом за ней. — Каин здесь.

Дэмиен, как обычно, остается невозмутимым.

— Я же сказал тебе прикрыть дверное окно.

— Я не могу его закрыть, — шепотом кричит она, — это противоречит правилам школы.

Дэмиен пожимает плечами: — Как и трахаться с учеником.

Она смотрит на него: — Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Ты остался после уроков, чтобы получить дополнительные баллы. Я просто помогла тебе найти материалы, необходимые для работы над проектом.

Да уж.

Она одаривает меня слащавой улыбкой: — Уверяю тебя, ничего неподобающего не происходит.

Дэмиен закатывает глаза: — Каин не тупой. Худшее, что можно сделать, когда у кого-то есть рычаги давления на тебя, — выставлять его глупым или заблуждающимся. Это только разозлит его.

Он не ошибается. Хотя я бы не отказался перемотать последние десять минут.

За исключением того, что я видел задницу миссис Миллер.

Выдохнув, она сжимает грудь: — Ты прав, — она смотрит на меня, — Каин, пожалуйста, не надо...

— Это мой телефон? — Дэмиен подходит к столу и берет трубку. — Как раз вовремя.

Миссис Миллер моргает: — Твой телефон был у Каина?

О, блядь.

— Нет.

— Да... — жуткие глаза Дэмиена впиваются в мои: — В чем дело, Картер?

Дерьмо.

Я вижу, как в голове миссис Миллер вращаются шестеренки, но прежде чем я успеваю объяснить, она спрашивает: — Как долго он был у него?

Как и миссис Миллер в той кладовке, я в полной заднице. Мало того, что Дэмиен набьет мне морду за то, что я притворяюсь им, так еще и подобные вещи имеют свойство возвращаться, чтобы укусить тебя за задницу, когда ты меньше всего этого ожидаешь.

Осторожность в поведении — то, что всегда прививал мне отец. Хуже всего, если бы я, наконец, стал сенатором или президентом, а потом стало бы известно о моих непристойных и вульгарных сообщениях учителю.

Людям нравится заставлять власть имущих страдать за свои грехи. Неважно, сколько грехов они совершили сами. Лицемерие в лучшем виде.

Вот почему я всегда играю по правилам. Я должен думать не только о своем настоящем... но и о будущем. Всегда о будущем.

Рот Дэмиена кривится в жестокой ухмылке, и я понимаю, что он собирается трахнуть меня так же жестко, как трахал нашу учительницу биологии.

— Чуть больше недели, — его губы подрагивают, когда он поворачивается к ней. — Почему ты спрашиваешь?

Ее щеки приобретают оттенок помидора, и этого достаточно, чтобы Дэмиен сложил два и два.

— Я так и знал, — к моему удивлению, он смеется, — черт, Каин. Не думал, что в тебе это есть, — он нажимает несколько кнопок на своем телефоне и щелкает зубами, — ты даже избавился от улик как хороший маленький политик.

Я сглатываю, и мне кажется, что мой рот полон гвоздей. Мне нужно убраться из этого класса.

— Послушайте, миссис Миллер, ваш секрет в безопасности со мной...

— Нет, — Дэмиен пальцем указывает на нас, — это неправильно.

Нет нужды говорить, что я в замешательстве.

— Я не понимаю.

Он хрустит костяшками пальцев и медленно обходит нас как стервятник, нависший над своей добычей.

— Как я вижу, есть только один способ все исправить, — он указывает на себя, — я имею в виду, что ничего не потеряю из-за того, что произошло сегодня. В отличие от миссис Миллер я всего лишь невинный свидетель, — он останавливается напротив нее. — Будь я на вашем месте, я бы придумал, как завоевать доверие Каина, — он скользит рукой по ее руке и смотрит на меня. — Она хороший учитель, Каин. Она приходит сюда рано, остается допоздна. Она действительно делает все возможное для нас, — его рука перемещается к ее заднице, — она усердно занимается со своими учениками и всегда готова прийти на помощь, — он облизывает пальцы и просовывает руку под ее юбку. — Уверен, она будет рада помочь тебе с учебой, — я смотрю, как его рука двигается вперед-назад, и в голове возникают всевозможные грязные образы того, что он делает с ней там, под юбкой. — Не правда ли, Кристи?

Миссис Миллер кивает: — Конечно, — ее грудь вздымается, и она прикусывает нижнюю губу, — просто скажи мне, в какой области тебе нужна помощь.

Я уверен, что перестаю дышать. Я думал, что хранить телефон Дэмиена и притворяться им неправильно, но это не сравнится с тем, как он трахал пальцами миссис Миллер и манипулировал ею, заставляя оказывать мне сексуальные услуги.

И в глубине души — ну, может, не так уж и глубоко — я бы с удовольствием принял ее предложение.

Но совесть не позволяет. Я не идеален, но по большей части считаю себя порядочным человеком.

В отличие от большинства политиков, я выбрал это направление по правильным причинам. Я искренне верю, что могу изменить мир к лучшему.

И в отличие от Дэмиена мои эгоистичные желания и стремления не преобладают над моей этикой и моралью.

— В этом нет необходимости, миссис Миллер, — я поднимаю руки, — Дэмиену восемнадцать. Поэтому вы оба совершеннолетние. То, чем вы занимаетесь наедине, меня не касается, и вы, конечно, ничего не должны мне за мое молчание.

Я не знаю, что и думать о взгляде, которым обмениваются миссис Миллер и Дэмиен.

— Это действительно не проблема, — в ее глазах читается смущение, и она смотрит на мою промежность, — просто скажи мне, на чем бы ты хотел сосредоточиться, и я с радостью тебе помогу.

Я думаю, не взорвалось ли что-то в лаборатории, и не начались ли у меня галлюцинации.

Это бы объяснило, почему я собираюсь ей отказать.

— Я ценю ваше предложение, но...

— Он хотел бы минет, — вклинивается Дэмиен, — увидев тебя голой, он стал тверже камня, и теперь у бедняги синие яйца. Ты должна сделать что-нибудь, чтобы ему стало легче.

— Ты этого хочешь? — спрашивает миссис Миллер. — Ты хочешь, чтобы я позаботилась о тебе? Может быть, сделать то, о чем мы говорили прошлой ночью.

Мой член упирается в молнию, мне очень нравится это предложение.

Я снова открываю рот, чтобы отказаться, но из него не выходит ни звука. Все, о чем я могу думать, — ее губы, обхватывающие меня. Может быть, я смогу убедить ее позволить мне вставить туда, куда уже вставлял Дэмиен, и заставить ее вылизать и меня после того, как мы закончим.

Словно почувствовав мою внутреннюю борьбу, Дэмиен наклоняется ко мне и шепчет: — Ты пожалеешь, если не сделаешь этого. Ее рот как пылесос.

Сердце колотится в груди, когда он вынимает руку из-под ее юбки и засовывает пальцы ей в рот, чтобы она могла продемонстрировать свои навыки.

Господи, я так возбужден, что это почти больно. Одно неверное движение, и яйца лопнут в моих штанах.

Конечно, задвинуть свои моральные принципы, чтобы горячая учительница могла отсосать мне, — лучший способ закончить это испытание.

— Единственный способ побороть искушение — поддаться ему, — подбадривает Дэмиен, расстегивая первые две пуговицы на ее блузке и открывая мне вид на ее кружевной белый лифчик, — перестань быть киской и поживи немного.

Я бы с удовольствием жил на грани, как Дэмиен, но, в отличие от него, у меня есть будущее, о котором нужно беспокоиться.

И совесть, которая не перестает грызть меня.

Словно зная, как близко я нахожусь к краю, он делает шаг в мою сторону: — Никто не должен знать, — его рука ложится на ширинку и опускает молнию, — это будет нашим маленьким секретом.

Прежде чем я успеваю отреагировать на вторжение, он отходит: — Слезь со своего морального коня и засунь свой член в ее рот.

Как по команде, миссис Миллер падает на колени. Мои ноги превращаются в желе.