Эшли Джейд – Адвокат Дьявола (страница 25)

Терпение на исходе, а священник продолжает болтать о небесах, Боге и обо всем остальном, что люди хотят услышать, чтобы справиться со смертью.

Это почти комично, что они испытывают потребность в успокоении перед неизвестностью. Как быстро люди верят книге, священнику или любому другому добродетельному существу о том, что происходит в загробной жизни, когда нет никаких реальных доказательств.

С другой стороны, вера и страх — мощные манипуляторы.

Некоторым людям нужно что-то, чтобы поверить в это. В то время как другим нужно от чего-то убегать.

Смотрю на часы, пока все склоняют головы в молитве. Краем глаза вижу, как Каин встает со стула и выбегает из комнаты.

Замечаю пустое место рядом со мной.

Как жаль, что они пропустят надгробную речь.

— Я стучала, но она еще не вышла, — говорит женщина, стоящая за дверью уборной, когда я подхожу. — Вы уверены, что она там?

Определенно.

Протягиваю ей стодолларовую купюру: — Спасибо. А теперь проваливайте.

Прислонившись к стене, достаю из кармана сигареты и закуриваю.

У нее остается около двух минут, прежде чем я ворвусь и прерву их маленькое воссоединение.

Челюсть сжимается, когда высасываю раковую палочку до фильтра и прикуриваю другую.

Я на взводе. С того момента, как она переступила порог моего дома.

Чертовски ненавижу это.

Прислушиваюсь, когда дверь открывается. И секунду спустя выходит ягненочек Каина.

— Готова уходить?

Она подпрыгивает при звуке моего голоса: — Господи Иисусе. Ты меня напугал.

Тушу сигарету о стену.

— Ты была там какое-то время.

Следующие слова из ее уст определят, что будет между нами дальше.

— Я... э-э-э... мне нужно была минутка, — она тяжело сглатывает. — Нужно было проветрить голову.

Что-то изменилось в ее взгляде. Мне это не нравится.

— Дверь в уборную была заперта.

— Да? — она пожимает плечами. — Наверное, я закрыла ее по ошибке.

Еле сдерживаюсь, чтобы не выбить из нее все дерьмо. Она ужасная лгунья.

Меня это не должно удивлять, ведь большинство людей такие, но разочарование все равно зарождается в груди.

Думал, Иден другая... но это не так.

И я не стану тратить свое время и энергию на того, кому не могу доверять. Только не снова.

Провожу большим пальцем по ее нижней губе: — У тебя помада размазалась.

— Я плакала.

Ее пульс учащается, пока спускаюсь к ее горлу и останавливаюсь, когда добираюсь до первых двух расстегнутых пуговиц платья.

— Что здесь произошло?

Она резко вдыхает: — Не знаю, о чем ты.

Касаюсь кружева ее лифчика.

— До этого они были застегнуты.

— О. Мне нужен был воздух, — ее взгляд на мгновение устремляется на уборную, прежде чем встретиться с моим. — Кстати, я думала, мы уже уходим.

— Конечно. Мне просто нужно задать тебе еще один вопрос.

— Хорошо.

— Твой отчим использовал презерватив, когда трахал тебя в уборной, или успел вытащить?

— Что...

Протискиваюсь мимо нее.

— Сиденья в моей машине кожаные, так что держи ноги сомкнутыми. Не хочу беспорядка.

По дороге домой тишина становится почти невыносимой.

Домой. Выкидываю эту мысль из головы. Его замок — не дом... это тюрьма.

Изучаю его профиль, пытаясь осмыслить все, что рассказал Каин.

Что могло заставить Дэмиена убить семью Каина? Это бессмысленно.

С другой стороны, я ничего о нем не знаю. Только то, что он ненавидит моего отчима. Ненавидит настолько, что готов убить.

Дрожь пробегает по позвоночнику. Не могу поверить, что переспала с убийцей. Убийцей, с которым чувствовала какую-то необъяснимую связь около двух секунд своей жизни.

Боже, чувствую себя больной. Больной и чертовски злой. Он намеренно обманул меня, заставив поверить, что Каин и Маргарет наняли его, чтобы избавиться от меня. У него не было причин идти на такие крайности. Одной угрозы причинить вред Каину было бы достаточно, чтобы заставить меня подчиниться.

Вместо этого он сделал вид, что на моей стороне.

Бросает на меня яростный взгляд: — Прекрати пялиться на меня.

Чувствую себя вулканом, готовым к извержению. Больше не могу этого выносить.

— Почему ты сказал, что Каин и Маргарет наняли тебя, чтобы убить меня, хотя они этого не делали?

Черт возьми. Я тот еще экземпляр. На руках этого человека кровь семьи Каина, а я обижаюсь, что он не был со мной честен. Как будто это самая большая проблема.

— Ты сама пришла к такому выводу. Я не стал тебя поправлять, потому что время поджимало, а твое сотрудничество было важнее правды, — его челюсть сжимается. — Но раз уж мы заговорили о лжи. Почему ты солгала мне раньше?

Пожимаю плечами: — Потому что то, что произошло в уборной, тебя не касается.

Такова моя версия, и я придерживаюсь ее. Он не заслуживает честности, пока не сможет дать ее мне.

Закуривает сигарету.

— Справедливо.

Отмахиваюсь от дыма и опускаю стекло.

— Знаю, что Каин тебя не нанимал, но другие люди делают это?