Эшли Дьюал – Смертельно прекрасна (страница 15)
– Что? – удивляется парень. – Откуда? Он следит за ними?
Не отвечаю. Мне кажется, пусть лучше Хэрри сам попытается объяснить брату это странное недоразумение.
Из-за угла, грохоча, выкатывается старый темно-синий пикап. Вот черт, от него больше звука, чем от падающего самолета! Я закатываю глаза. Отлично. Зарычав, машина тормозит перед нами с Мэттом, и из трубы со свистом вылетает черный дым.
О господи, только идиот не заметит эту колымагу.
Хэрри довольно машет мне из окна.
– Садитесь! – зовет он. – Ну же, давайте!
Забираюсь в салон. Мэтт запрыгивает тоже. Передние сиденья тут совмещенные, и мы вполне спокойно помещаемся втроем. Я перевожу пристальный взгляд на Хэйдана:
– Знаешь, «Гринпис» наверняка уже выслал карательный отряд.
– И тебе привет, Ари!
– Серьезно, Хэрри, эта машина привлекает больше внимания, чем новенький «Ягуар».
– Ну, я бы так не сказал, – бубнит он. – Я же рассказывал тебе о пикапе моего деда?
– О том, который восемьдесят третьего года?
– Шестьдесят девятого.
– Почти угадала.
– Эй, нам всем завтра в школу, – напоминает Мэтт, – если вы решили поиграть в детективов, может, уже начнем? Первый час ночи.
Я закатываю глаза и смотрю на парня через плечо:
– Ты еще можешь передумать.
– Нет, Ари, – глядя мне прямо в глаза, отрезает он, – я не передумаю.
– Вы уже познакомились? – спрашивает Хэрри и поправляет очки. – На самом деле Мэтт не всегда был таким, Ари. Когда-то он любил…
– Хэрри, – резко перебивает его брат, – поехали!
– Ладно-ладно, как скажешь.
Хэйдан выжимает газ, пикап с ревом трогается, а я искоса гляжу на Мэтта. Скулы он сжал так сильно, что выделяются желваки. Но почему? Что его так задело?
Хмыкаю и перевожу взгляд на дорогу.
Странные ребята. Похоже, не существует семей, у которых нет тайн.
Глава 6
Гора Симплегад
Мы едем по плохо освещенной дороге. Фонари проносятся мимо. Радио работает так тихо, что слышен каждый проворот доисторических шин. Еще слышен стук моего сердца. Оно грохочет, будто сумасшедшее, где-то в горле. Но мне не страшно. Я в предвкушении.
В салоне пахнет моторным маслом. Я осматриваю старенькие сиденья, в некоторых местах образовались дырки, и хмыкаю. Вообще-то, рев двигателя должен меня до невозможности бесить. А еще древние чехлы, хрипящее радио. Но мне на удивление хорошо. Люблю находиться там, где минуло столько лет, что сосчитать сложно. В этом есть нечто удивительное и загадочное. Начинаешь предполагать: о чем говорили те парни, что сидели здесь в далеких семидесятых? Что их волновало? Что делало счастливыми? Какие фотографии хранились под козырьком? Диски каких групп копились в бардачке?
– Давайте еще раз обсудим план, – говорит Хэрри, постукивая пальцами по рулю.
– Но у нас нет плана.
– Это меня и волнует!
– Как будто станет легче, если мы решим, что делать, – ворчит Мэтт.
– Ты такой же старый, как и эта колымага, – возмущаюсь я, взглянув на парня. Мэтт в сотый раз пожимает плечами. Последние полчаса он так отвечает на все мои фразы, будто я дико его раздражаю и лучше мне вообще замолчать и слиться с сиденьем. – В чем дело?
– Ни в чем.
– Тогда почему ты…
– Почему я что?
– Ведешь себя так. – Мне совсем не нравится
– Мы едем посреди ночи непонятно куда, вроде бы в лес, но не суть, для того чтобы подловить твоих родственников на вандализме.
– На колдовстве, – встревает Хэрри, и лучше бы он молчал. Звучит это дико. Я и не думала, что вслух причина нашего путешествия звучит так по-идиотски. – Я не вовремя?
Нервным движением заправляю волосы за уши.
– Мы никого не собираемся подлавливать. Мы просто ищем моих тетушек, которым взбрело в голову прогуляться среди ночи.
– И делаем мы это, потому… – Мэтт поднимает руку, ожидая продолжения, а я язвительно улыбаюсь:
– Дай вспомнить! Потому что я новенькая, интересная. И симпатичная.
Мы недовольно глядим в глаза друг другу, а Хэрри усмехается.
– Надо печку выключить, жарко стало. Слушайте, мы почти приехали!
– Почти?
– Ага, минут пять осталось.
– Неужели ты каждый месяц в такую даль ездил? – удивляется Мэтт и качает головой. История Хэйдана о том, что тот следил за моими тетушками, поскольку считает их посланниками дьявола, совсем ему не приглянулась.
– Это научный эксперимент.
– Еще немного, и ставить эксперименты начнут над тобой.
– Ты просто не видел того, что видел я.
– Сомневаюсь, что ты вообще что-то видел.
– Считаешь, я выдумываю? – Хэрри переводит взгляд на брата. – Да я не…
– Осторожно! – кричу я.
На дороге внезапно появляется огромное черное пятно, и я интуитивно вжимаюсь в сиденье. Хэйдан с воплем выворачивает руль, покрышки визжат так отвратительно, что в салоне дребезжат стекла! И мы стремительно скользим по трассе, вылетая на встречную.
В этот момент я вспоминаю аварию, потому что перед глазами у меня резко темнеет и вместо испуганных лиц Хэрри и Мэтта я вижу застывших от ужаса Лору, маму и отца. Они еще живы в этих воспоминаниях. Последние мгновения их жизни. Папа резко выворачивает руль, мама кричит, машина слетает с обочины в черную пасть леса. Боль в моей голове становится материальной, я слышу хруст и тот щелчок, что делает меня пустой, затягивает в черную дыру. Мне страшно. Страшно одиноко. Страшно плохо.
Я перестаю дышать. Моя семья погибла под похожую какофонию звуков: визг шин, свист ветра, рычание свихнувшегося от нагрузки двигателя. Они погибли быстро, надеюсь. Они ничего не почувствовали – я верю в это.
– Ари?
Мама предчувствовала нечто плохое. Она посмотрела на меня и сказала:
Может, она знала? Может, она понимала, что умрет?
– Ари? – Я растерянно хлопаю ресницами и неожиданно вижу огромные глаза Хэрри. Его очки вспотели. На лбу капельки пота. – Ты здесь? Ари, ты в порядке?
Только сейчас понимаю, что держусь за локти парня так крепко, что ноют пальцы.
– Ари?
У Хэйдана красивые глаза – живые, эмоциональные. И теплые. Я внезапно понимаю, что отец смотрел на меня так же заботливо. Я всегда знала, что могу ему доверять, что он меня спасет. Хэрри недоуменно хмурится и приближается ко мне еще ближе:
– Ты чего?