Эшли Бил – Торгующая наслаждением (ЛП) (страница 47)
– Хорошо, – я ненавижу, когда Хиллари расстроена, но также знаю, что ей тоже хотелось бы встретиться со мной в субботу, и мне ведь тоже очень хочется поболтать с ней. – Я только одно скажу, и ты должна позволить мне произнести это, – когда Хиллари не прерывает меня в этот раз, я продолжаю. – Если он снова поднимет на тебя руку, ты должна будешь сказать мне. Я не стану звонить копам, не буду делать ничего из того, что тебе не понравится, но я приду и спасу тебя.
Воцаряется всего лишь секундная пауза, но по ней я понимаю, что такое с ней происходит уже не в первый раз.
– Спасибо, – я прикусываю язык и произношу не то, что мне бы хотелось. – Ладно, мне надо идти, встретимся в субботу.
– Я буду так рада увидеться с тобой, – и девушка вешает трубку прежде, чем я успеваю попрощаться.
У меня возникает нехорошее чувство, что этот разговор дорого ей обойдется. И что самое страшное – эта помолвка мне сразу не понравилась, и боюсь, случится еще кое-что пострашней.
Но суббота не за горами, и тогда мы увидимся и подумаем обо всем этом. Вместе.
Глава 18
Выйдя из душа, я беру свой телефон и вижу, что пришло новое сообщение. Разблокировав экран, обнаруживаю, что оно от Бренны. Я надеялся, что так и будет. Мне нравится, что она пишет мне, и что все идет так, как должно.
Шеф сказал мне сегодня, что к концу месяца мы должны закрыть дело о службе эскорта Кэнди. Завтра я встречаюсь с Чесити. Там будет видно, смогу ли я встретиться с еще одной девушкой на следующей неделе, и тогда станет понятно, достаточно ли у меня доказательств. Когда все закончится, и я смогу уладить все текущие дела здесь, возможно, мне хватит того доверия, что связывает нас сейчас с Бренной, и я смогу открыть правду о себе.
В последнее время мне крайне сложно врать ей.
В сообщении Бренна спрашивает меня, хочется ли мне потусоваться сегодня вечером. Посмотрев вниз на полотенце, обмотанное вокруг моих бедер, я честно задаюсь вопросом, можно ли было бы ходить так целый день и везде? Просто представлять Бренну на моем месте выглядит так возбуждающе. Она для меня все, что я когда-либо мечтал видеть в женщине, и даже немного больше. Сексуальная, веселая, независимая, целеустремленная... И все еще свободная. И красивая. Так невероятно красива.
«Что бы ты хотела сделать?» – пишу я.
«Пойти на ужин... Куда-нибудь, где мы могли бы поговорить».
Немного разочарованный тем, что мы не сможем остаться вдвоем этим вечером, я знаю, что пойду на все, что сделает ее счастливой, поэтому и отправляю ей сообщение о том, что буду готов через десять минут.
Она отвечает, что ей нужно двадцать минут.
Эти двадцать минут растягиваются на полчаса, что меня совсем не удивляет. Я встречаюсь с Бренной в вестибюле нашего здания. Девушка идет от лифта, одетая сегодня совершенно по-другому, не так, как одевалась раньше, хотя это, определенно, идет ей, придавая удивительный облик. Ее волосы заплетены. На ней рваные джинсы, заправленные в высокие сапоги, и черная майка, демонстрирующая ее декольте и живот. Она выглядит очень жарко, одеваясь подобным образом и подчеркивая свое тело. Я наслаждаюсь внешним видом такой Бренны гораздо больше.
Себя же я чувствую расфуфыренным с зачесанными назад волосами, расстегнутой фланелевой рубашкой цвета хаки, белой майкой под ней и шортами в тон рубашке.
Бренна оглядывает меня с головы до ног и улыбается, приближаясь.
– Ты выглядишь как настоящий житель Флориды.
– По крайней мере, у меня есть пара кроссовок вместо сандалий.
Девушка хихикает.
– Такое разнообразие.
– Так тебе не нравится мой наряд? – я оттопыриваю губу, притворяясь расстроенным.
Встав на носочки, за секунду до того мгновения как своими губами коснуться моих, она говорит:
– Ты выглядишь настоящим красавцем.
Я страстно целую Бренну, показывая, как мне нравятся ее слова, как я верю ей. Когда поцелуй прекращается, шепчу, что она просто великолепна.
На этот раз мы используем мой грузовичок. Я везу нас в один французский ресторанчик, который попался мне на глаза, когда я возвращался с работы. Тогда мне подумалось, что ресторанчик окажется милым местечком, где нам будет комфортно и уютно. И сегодня взял на себя смелость выбрать место. Ресторан оказывается немного роскошнее, чем я предполагал. Нас усаживают у дальней стены.
– Как ты отработала сегодня? – задаю вопрос Бренне, как только она открывает меню.
– Сегодня мне не пришлось как следует поработать, а вот завтра я работаю допоздна, чтобы компенсировать сегодняшний день.
– Должно быть, дело во вторнике. Я тоже должен буду задержаться на работе допоздна.
– Тебе нравится то, чем ты занимаешься? Ну, твоя работа? – спрашивает Бренна.
Надеюсь, она не начнет задавать слишком много вопросов. Я ведь могу не сдержаться и открыть ей всю правду. Но не хочу делать этого здесь. Я просто беспокоюсь, как бы она не устроила сцену прямо в ресторане. Не говоря уже о том, что она ненавидит копов, как неоднократно заявляла об этом ранее.
– В большинстве своем. Иногда работа бывает немного скучной. Иногда чересчур насыщенной. Но, в целом, она мне нравится. А твоя работа?
Бренна пожимает плечами:
– Не уверена. Сегодня я разговаривала со своим боссом по поводу поиска чего-то нового. Я просто не знаю, чем бы хотела заняться. Не так легко проснуться однажды и решить, что тебе следует делать. Особенно, если ты в течение стольких лет занимался чем-то определенным. Верно?
– Ну... А как тебе нравится развлекаться?
Взглянув на нее в очередной раз, могу точно сказать, что она находится в раздумье. Потом начинает качать головой, смотря на меня взглядом, полным сомнения.
– Я не уверена, что люблю развлекаться так уж сильно. Мне нравятся деньги. Я люблю ходить по магазинам и следовать моде. Искусство мне тоже нравится. Хотя, за исключением того, что тебе показывала, я мало что понимаю. Честно говоря, не знаю. Навряд ли я бы хотела стать кассиром в магазине или делать что-нибудь еще такое же унизительное.
– Ты когда-нибудь думала о том, чтобы стать персональным покупателем (
Могу сказать, что девушка обдумывает мое предложение.
– Я не уверена, но вполне возможно, что мне бы понравилось.
– Подумай об этом. Я помогу, если что. Если не захочешь моей помощи, уверен, ты справишься сама. Не возражаешь, если я спрошу, почему тебе больше не нравится твоя работа?
– По некоторым не зависящим от меня причинам. Самая главная из них... Думаю, что я все же уже выросла из такой работы.
Бренна как-то странно смотрит на меня. Мне кажется, она что-то скрывает. А если еще и вернуться к тому случаю с синяками... Может быть, тут все гораздо сложнее?
Официант принимает наш заказ, затем расставляет бокалы. Я хочу одернуть Бренну, когда она заказывает вино, ведь ей только двадцать. Есть так много всего, о чем я мог бы сказать, если бы только это не разоблачило меня, поэтому прикусываю язык. Когда официант отходит, над нашим столом нависает давящая атмосфера грядущего разговора. Я знал, что с Бренной что-то не так, еще когда она подошла ко мне, и совсем не уверен, имеет ли это какое-либо отношение к предстоящей смене профессии. Не хочу ее расспрашивать, не хочу лезть в ее жизнь, но чувствую, что если этого не сделаю, все так и останется недосказанным между нами.
Поэтому я решаюсь:
– Тебя что-то беспокоит? Видимо, что-то печалит?
Девушка опускает бокал после хорошего глотка. Мы уже почти прикончили вино, а ведь нам еще не принесли ужин. С тяжелым вздохом она улыбается мне:
– Я хочу рассказать тебе о некоторых вещах, но не знаю, с чего начать.
– Что ты имеешь в виду?
В этот момент все, о чем я могу думать, так это о том, что она знает о моей работе детективом.
У меня нет выбора, если она попросит рассказать все честно.
– Мое прошлое. По большей части...
Если честно, она застает меня врасплох.
– Серьезно? Ты действительно хочешь поговорить об этом?
По идее, я не должен чувствовать такое облегчение сейчас, но сама возможность узнать что-то о ней заставляет меня почувствовать себя почти счастливым.
– И да, и нет, – Бренна неловко смеется. – Это больше, гораздо больше, чем я чувствую, но я должна сказать тебе.
Наклоняясь над столом, я беру ее руки в свои и говорю проникновенным голосом:
– Ты мне ничего не должна. Не надо чувствовать себя обязанной рассказывать мне. Но я здесь просто для того, чтобы выслушать все, о чем ты хочешь поделиться со мной.
Бренна закрывает глаза, ладонями сжимает мои руки, как будто набирается мужества рассказать мне о наболевшем. У меня возникает такое чувство, что мыслями она унеслась в то далекое прошлое, о котором не вспоминала уже долгое время.
– Кое-что я уже рассказывала твоей сестре, так что не уверена, что ты не знаешь.
– Она мне ничего не сказала, – шепчу ей едва слышно. Что почти верно. – Я умолял ее рассказать о тебе хоть что-нибудь, но она ответила, что ты сделаешь это сама, когда придет время. Очевидно, это было правильным поступком. Конечно, я злился на Эмили, но теперь предпочитаю узнать правду из первоисточника.
– В ночь перед тем, как мне исполнилось восемь лет, мои родители подрались. Я пришла на кухню узнать, в чем дело. Мама пыталась заверить меня, что все в порядке. Ничего из ряда вон выходящего. Мой отец уехал за пивом, мама сидела за кухонным столом и плакала. Это было последнее, что случилось перед концом. Мама открыла глаза, чтобы посмотреть на меня. По ее щекам лились слезы, она всхлипывала, держа в руке какой-то конверт, как будто это спасательный круг. Помню, мне очень хотелось спросить ее, что было в том конверте, но так и не решилась. Я до сих пор понятия не имею о том, что в нем было.