реклама
Бургер менюБургер меню

Эсхил – Трагедии (страница 106)

18

В ожиданье горестных свершений —

Я молю о том, чтоб не сбылись

Дум тревожных страшные посулы.

Строфа 2

990 Здоровье и хворость рядом живут,

Соседи они. Болезнь всегда

Самых цветущих согнуть грозит,

Но лечат лекарства недуги тела.

Бывает и так, что счастья корабль

Судьба на камень подводный кинет.

Но искусный мореход

Часть добра метнет за борт,

Чтобы легче стал корабль,

Чтобы с мели соскользнул, —

И опять над хлябью волн

1000 Уцелевший реет парус.

Даже голод — полбеды:

Отвращает голод Зевс

Тучной нивы щедрыми дарами.

Антистрофа 2

Но если черная кровь струей

На землю хлынула из груди,

Нет никого, кто бы к жизни вновь

Сумел мертвеца заклинаньем вызвать.

Один заклинатель такой давно

Наказан Зевсом, другим в науку.[149]

1010 Так богами решено:

Доля подданных царя

Царской доле не равна.

А не то поток забот

Сердце б выхлестнуло враз

И язык опередило,

Не стонало бы во тьме,

Не искало бы вотще

Облегченья боли непомерной.

Клитемнестра выходит из дворца.

ЭПИСОДИЙ ЧЕТВЕРТЫЙ

Клитемнестра

И ты — с тобой, Кассандра, говорю — войди

1020 Сюда без гнева: так уж суждено тебе

Жить в этом доме и в числе других рабынь

Здесь Домодержца Зевса окроплять алтарь.

Сойди же с колесницы без надменности.

Ведь говорят, что сын Алкмены некогда

И тот был продан и на рабских жил хлебах.

Да, если уж судьба такая выпадет,

Куда милее дом, богатый издавна:

Кто завладел богатством неожиданно —

Жесток с рабами, нетерпим и мелочен.

1030 У нас не так, мы добрые хозяева.

Предводитель

Она тебе сказала слово ясное.

Что делать! Ты в сетях судьбы запуталась.

Коль можешь, покорись, коль нет — ослушайся.

Клитемнестра

Нет, если внятен ей не щебет варварский,[150]

А наш язык, сумей проникновенные

Найти слова, чтоб речь ей сердце тронула.

Предводитель

Послушайся. Ты видишь: госпожа добра.

Спустись же с колесницы, во дворец войди.

Клитемнестра

Здесь, у дверей, нельзя мне медлить долее.

1040 Я тороплюсь. Уже пред алтарем стоит

Овца и ждет ножа. Никак не чаяли,