Ерофей Трофимов – Пес войны (страница 66)

Почесав макушку, охранник, высокий и крепкий чернокожий парень, снял ладонь с рукояти дубины и, вздохнув, с улыбкой произнес:

— Приятель, раз уж сумела залететь и доносить ребенка до срока, то теперь все просто должно быть нормально. Хотя, должен признаться, я тебя понимаю. У меня трое детей, но каждый раз я беспокоился точно так же, как в первый. С ума сойти можно.

— Это точно, — благодарно кивнул Араб. — Под пулями и то легче было, — проворчал он, взволнованно потирая шрам на лице.

— Вы военный? — спросил охранник.

— Да, бывший, — рассеянно кивнул Араб.

— Морская пехота или рейнджер?

— Хуже, — отмахнулся Араб, внимательно вглядываясь в каждого выходящего из родилки медика.

— Неужели «зеленый берет»? — удивленно охнул охранник.

— Еще хуже, — ответил Араб и, заметив врача, забравшего у него каталку с Салли, стремительно метнулся к нему.

Сдернув с лица маску, врач улыбнулся и, удовлетворенно кивнув, с ходу ответил на невысказанный вопрос:

— Поздравляю, мистер. У вас сын. Пятьдесят три сантиметра рост и три восемьсот вес. И мама, и малыш чувствуют себя хорошо. Сейчас их перевезут в палату, и вы сможете с ними встретиться.

С трудом дождавшись, когда ему разрешат войти в палату, Араб влетел туда, едва не сбив с ног медсестру. Подскочив к лежавшей на кровати Салли, он схватил ее за руку и, склонившись к самому лицу, тихо спросил:

— Как ты?

— Все хорошо. Посмотри, какой он красивый, — ответила девушка, с нежностью глядя на спящего рядом с ней ребенка.

Обойдя кровать, Араб осторожно взял на руки сверток и, отогнув одеяло, заглянул внутрь. Спящий младенец, которому на лицо попал яркий свет лампы, недовольно сморщился и обиженно засопел. Посмотрев на подругу, Араб положил ребенка на место и, смущенно разведя руками, тихо спросил:

— Как тут можно вообще что-то понять? Он же такой маленький.

В ответ Салли звонко расхохоталась. Решительно распахнув дверь, в палату заглянула медсестра и не терпящим возражения тоном потребовала, чтобы Араб покинул палату. Новоиспеченной маме нужно было отдохнуть. Но охранник, пытавшийся разговорить Араба в коридоре, недолго думая, вытащил ее из палаты силой, едва увидев, как полыхнули злостью его глаза. Парень хорошо понял, что этого папашу лишний раз лучше не раздражать. Сообразив, что покидать палату странный папаша не собирается, медсестра мрачно покосилась на склонившегося над кроватью мужчину и, махнув рукой, отправилась по своим делам. Трое суток Араб находился рядом с Салли, готовый в любой момент стрелять или бежать за врачом. На четвертый день Салли и малыша выписали, и Араб повез их домой, соблюдая все правила дорожного движения.

Их тихая идиллия продолжалась ровно полтора месяца. К исходу второго месяца о них снова вспомнили. Телефонный звонок директора Сторма разом вывел новоиспеченных родителей из состояния тихого счастья, превратив их в разъяренных зверей. На этот раз в буйстве стихий приняла участие и Салли. Не здороваясь и даже не вспоминая, что это ее непосредственный начальник, она с ходу зарычала в микрофон включенного на громкую связь телефона так, что растерявшийся от такого напора директор на минуту потерял дар речи.

— Оставьте нас в покое, директор. Я не собираюсь ложиться на анатомический стол даже ради всех научных проектов страны, вместе взятых!

Положив ей руку на плечо, Араб заставил подругу замолчать и, чуть усмехнувшись, вклинился в разговор:

— Что вам нужно, Сторм? — жестко спросил Араб.

— Я тоже рад слышать вас обоих, — наконец нашелся директор. — Я звоню вам, Араб, чтобы напомнить о нашей договоренности.

— Салли еще не получила приказа о своем новом назначении, — усмехнулся в ответ Араб.

— Документы уже отправлены, нужно только дождаться ответа, — быстро заговорил директор, но Араб не стал его слушать.

— Вот тогда и погорим об этом. Как только я увижу ожидаемый приказ.

— Может, вы все-таки заткнетесь оба и дадите мне договорить? — прорычал директор, теряя терпение. — Ситуация выходит из-под контроля. Наверху решили провести более детальное изучение места выхода силы. Ваш любимый профессор умудрилась отправить доклад о ходе исследования прямо в верха, через мою голову.

— Ну, это все только ваши проблемы, — в очередной раз усмехнулся Араб.

— Не все так просто. В своем докладе она подробно описала ваше участие в получении выброса силы, и теперь наши бонзы требуют от меня любыми путями уговорить вас принять участие в экспедиции.

— Я же говорил, что ее нужно было довести до дурдома, — прорычал Араб, повернувшись к Салли.

— Что значит, довести? О чем это вы говорите? — удивленно переспросил директор.

— О том, что ваша хваленая профессор — не более, чем психованная истеричка с ярко выраженной манией преследования. На вашем месте я бы не стал доверять таким кадрам.

— Вы правы. От серьезного разбирательства меня спасло только то, что она находится в клинике, и выпускать ее оттуда в ближайшие три месяца никто не собирается. Но начальство настаивает на вашем участии. И я вынужден снова беспокоить вас.

— Похоже, пора напомнить вашему начальству, с кем оно имеет дело, — хищно усмехнулся Араб.

— О, об этом можете не беспокоиться, — быстро ответил директор. — Все дело в том, что, не имея возможности заставить вас, они решили вас купить. Знаете, если бы кто-то предложил мне такие деньги лет десять назад, я, не задумываясь, сунул бы голову даже к тигру в пасть. Я уполномочен предложить вам семь миллионов за ваше полное сотрудничество в новой экспедиции.

— И что я должен сделать?

— Привести группу к месту силы и заставить его работать. В этом случае вы получаете всю сумму. Целиком.

— Исключено, я не оставлю свою семью, — решительно возразил Араб.

— На время вашего отсутствия они будут находиться под круглосуточной охраной, — решительно ответил директор.

— Я не доверяю вам.

— Вы отказываетесь от такой суммы?! — охнул директор, не веря собственным ушам.

— Вы слышали. Лично для меня семья важнее денег.

— Хорошо, десять. Десять миллионов, ваши условия и моя шкура в придачу, — обреченным голосом произнес директор.

— Вы сказали это так, словно подписали себе смертный приговор, — усмехнулся Араб.

— Так и есть. Это максимум, что я могу вам предложить, и, если вы не согласитесь, я труп. Это не шутка. Меня уволят без пенсии. Это мне пообещали еще в самом начале проведения проверки.

— Итак, — задумчиво проговорил Араб, явно что-то обдумывая, — десять миллионов, мои условия и ваша шкура? Интересное предложение, особенно последний его пункт.

— Хватит издеваться! Что вы решили? — чуть не взвыл директор.

— Кто входит в группу? — спросил Араб, делая Салли знак помолчать.

— Двое научных работников и трое офицеров из армейского спецподразделения. Так называемые «головастики в погонах». Ваша задача — доставить их на остров и помочь получить необходимые данные. После этого вам будет вручен чек с указанной суммой.

— Нет.

— Что нет? — не понял директор.

— Мои условия. Группа добирается до острова самостоятельно. Я встречу их на острове и помогу получить данные. Перед этим они передадут мне чемодан с наличными. Купюры старые, не меченые, не по порядку, по пятьдесят и сто долларов.

— Зачем такие сложности? Ведь с чеком намного проще, — растерялся директор.

— Как я уже сказал, я больше не верю ни вам, ни вашему агентству и, уж тем более, вашему правительству. Если им вдруг вздумается заблокировать мои счета, я не останусь в накладе.

— Боюсь, это неприемлемо, — ответил директор. — Они не пойдут на это.

— Не сомневаюсь, — в очередной раз усмехнулся Араб. — Они боятся выпустить меня из-под контроля. Имея на руках столько наличности, я стану невидимкой, и они это знают. Но они не знают такой простой вещи, что я могу исчезнуть в любой момент. Деньги для меня не проблема. Передайте им это. И скажите, что я приму их предложение только на таких условиях.

— Хорошо. Я все передам, — тяжело вздохнул директор, понимая, что ничего больше не добьется.

Отключив телефон, Араб с усмешкой посмотрел на жену и, чуть пожав плечами, сказал:

— Как видишь, я был прав, девочка. Они не хотят оставить нас в покое. И нам пора исчезнуть из этой страны.

— Ну, на первое время денег нам хватит, а что потом? Ребенок требует больших затрат, — ответила Салли.

— Это не проблема, — отмахнулся он. — С чего ты взяла, что я держу все свои сбережения в местных банках? Кое-что я положил в один симпатичный банк на Каймановых островах, и теперь там набежали вполне приличные проценты. Это и было главной причиной, по которой я решил уйти в отставку. О деньгах можешь не беспокоиться.

— Так ты богат? — с интересом спросила Салли.

— Я не мультимиллионер, но кое-что скопил. С голоду не помрем и на обучение детей хватит, — усмехнулся Араб с хитринкой.

— Ну, ты и прохиндей, — неожиданно звонко расхохотавшись, произнесла Салли. — Держишь за глотку правительство, не давая ему ни единого шанса на сопротивление, доишь его без зазрения совести, так еще и сумел обеспечить себе хитрые отходы.

— Любой шанс для правительства станет моим билетом в один конец, — мрачно усмехнулся Араб. — В этой игре — либо пан, либо пропал. Это большая игра, и она еще не кончилась. Единственное, о чем я жалею, так это, что втянул в нее вас. Но, поверь, я сделаю все, чтобы вывести вас из нее без потерь. Теперь мне есть, за что драться.