Ерофей Трофимов – Пес войны (страница 60)

Убедившись, что его едва слышная возня не побеспокоила остальных агентов, Араб снова нырнул в кусты. Устраиваясь в засаде, они нарушили еще один постулат подобной охоты. Нельзя терять напарника из виду. Но они вышли на охоту в своем городе и, похоже, плохо знали, с кем имеют дело. Во всяком случае, никого из этих парней сам Араб ни разу не видел. Судя по возрасту и еще не затертым документам, они только начали свою карьеру в агентстве.

Подобравшись ко второму агенту, Араб вырубил его ударом кулака в висок и, упаковав тем же способом, отправился за третьим. Этот парень был явным выходцем из клана зеленых беретов. Здоровенный, как шкаф с антресолями, но ловкий и достаточно быстрый, он успел почувствовать приближение опасности и даже попытался отреагировать на нее, но недостаточно быстро. Стремительный удар ребром ладони за ухом, отправил его в беспамятство так же надежно, как до этого кулак отправил в беспамятство первых двух. Единственное, чего опасался Араб, так это, не зашиб ли он молодца, перестаравшись. Но, прижав пальцами артерию, почувствовал ровные, сильные удары сердца.

— Жив, курилка, — весело проворчал Араб, быстро сковывая парня и загибая ему ногу.

Но на этот раз ему пришлось придумать новый способ лишения пленника двигательной активности. На ногах агента были обычные мокасины, без шнурков. Криво усмехнувшись, Араб выломал из соседнего куста палку около полутора метров длиной и, оттянув брючный ремень, просунул ее в штанину. Укрепив ее в носке агента, он заткнул ему рот и, уложив лицом вниз, достал из кармана сотовый телефон. Набрав номер директора, он дождался ответа и, не скрывая эмоций, с ходу обложил его так, что трава под лежащим рядом агентом просто пожухла. Отведя душу, он заговорил более спокойным тоном.

— Директор, вы дали мне слово, что все эти глупости прекратятся. Тогда, как понимать то, что возле моего дома лежат три тела с удостоверениями вашей конторы в карманах? Вижу, что вы не хотите понимать по-хорошему. Теперь будет только по-плохому. Пришлите свою команду чистильщиков. Это ваши люди.

Не дожидаясь ответа директора, он отключился и, ухватив тело агента за ноги, поволок его к проезду. Уложив все три тела в ряд на асфальте, лицами вниз, он несколько минут полюбовался делом своих рук и, услышав вдалеке завывание сирен, бесшумно растворился в кустах.

Через несколько минут он вместе с Салли внимательно наблюдал за группой агентов, с хохотом грузивших едва приходящих в себя пленников в машину «скорой помощи». Еще через двадцать минут раздался звонок его телефона. Прочтя номер звонившего, Араб включил громкую связь. Это был директор Сторм.

— Араб. Это опять я. Звоню, чтобы поблагодарить вас за ваше благородство и сказать, что оценил ваше чувство юмора. Связать агентов при помощи их же вещей! Это нужно уметь. Вы действительно мастер. Спасибо, что сохранили этим ребятам жизнь. Я в долгу перед вами.

— Директор, все это мне не интересно. Сделайте так, чтобы ваши люди здесь больше не появлялись, и тогда никто не пострадает. Эти мальчишки ни в чем не виноваты. Думаю, вам стоит пересмотреть свои отношения с профессором Макгрегор. В противном случае, мне придется внести в них свои коррективы.

Не прощаясь, Араб отключил телефон и, с усмешкой посмотрев на подругу, спросил:

— Ну, чего притихла?

— Думаешь, их послали за мной? — тихо спросила Салли.

— За вами, — поправил ее Араб. — Она знает, чей это ребенок, и понимает, что зачатие не было случайным. Наверняка она уже получила твой медицинский файл и теперь жаждет разложить тебя на составляющие части, чтобы понять, как это получилось.

— Мало я ей тогда врезала, — мрачно проворчала Салли, вспоминая эпизод их поездки.

— О чем это ты? — не понял Араб.

— После того, как ты исчез, она принялась орать, что не смогла снять показания и ей требуется повторение. После этого я словно взбесилась. Отлупила ее прямо там и попыталась застрелить хранителя. После чего получила по рукам и ревела почти полчаса у него на плече. Именно тогда он и сказал мне, что скоро сбудется моя мечта. Знаешь, я до сих пор не могу понять, как это случилось. Ведь мы провели вместе ночь до того, как попали на остров. И вдруг я беременна, — смущенно поведала ему девушка.

— Не стоило пренебрегать правилами контрацепции, — наставительно произнес Араб, вызвав ее звонкий смех.

— Теперь только так и буду делать, — ехидно ответила Салли, показывая ему язык.

Рассмеявшись в ответ, он обнял ее и, осторожно выведя на веранду, усадил в кресло.

— Чем теперь займемся? — с интересом спросила она, лукаво поглядывая на него.

— Просто посидим и помечтаем, — тихо ответил Араб, накрывая ей ноги пледом.

— Ты из меня совсем больную сделал, — неожиданно возмутилась Салли. — Водишь за ручку, сажаешь, накрываешь. Пойми, беременность — это не болезнь, а естественное физиологическое состояние организма здоровой женщины. Мне просто необходимо двигаться.

— Да хоть бегай, — развел руками Араб, — кто тебе мешает? Главное, чтобы потом проблем не было.

— Теперь уже не будет, — уверенно улыбнулась Салли, даже не делая попыток встать.

— Раз так, ужин приготовишь сама, — мстительно ответил он, пряча улыбку в уголках губ.

— Запросто, — решительно ответила его подруга, откидываясь в кресле.

Профессора Макгрегор привели в кабинет директора агентства под конвоем. Именно под конвоем, а не вызвали по телефону или передали вызов с посыльным. Два здоровенных шкафа из службы охраны выволокли ее из кафе, где она сидела, дожидаясь возвращения своих подчиненных, и, не обращая внимания на ее слабые попытки объясниться, просто потащили в здание агентства.

Такого унижения она еще не испытывала. Ее, профессора, доктора наук и так далее, и тому подобное, скрутили как простого карманника и на глазах у прохожих просто притащили к директору как какую-то вещь.

Сообразив, что от громил из охраны она ничего не добьется, Ширли замолчала, гордо вскинула подбородок и последовала в указанном направлении. Но, оказавшись в приемной директора, с ходу воспрянула духом. Если ее не заперли в камеру, значит, еще есть возможность побороться. Едва дождавшись выхода директора, она принялась вопить и требовать объяснений, но на этот раз с ней обращались не как с сотрудницей, а как с преступницей.

Не успев произнести и трех слов, она получила короткий тычок кулака в печень и, согнувшись от боли, замолчала, пытаясь справиться со спазмом, скрутившим ее мышцы узлом. Не дожидаясь, когда она придет в себя, директор ухватил ее сильными пальцами за подбородок и, заставив поднять глаза, мрачно прошипел:

— Слушай меня внимательно, глупая сучка. Я приказал тебе оставить Араба в покое, а ты вместо этого отправила моих парней на смерть. Троих молодых, перспективных парней. По твоей милости эти ребята стали посмешищем всего агентства. Счастье, что он всегда старается избегать ненужной крови. Только поэтому ребята живы. Как ты посмела не выполнить мое указание?!

— Ваши указания идут вразрез с моими изысканиями. Мне нужны ваш агент и ее ребенок. Она не могла забеременеть от случайной связи. Что-то изменило ее организм, и я должна узнать, что это такое. Это важно не только для наших изысканий. Это важно для всего мира. Для всей науки. Вы понимаете, что будет, если мы сможем лечить всех бесплодных женщин? Вы знаете, как это важно? Это же наука! — прохрипела Ширли, глядя на директора фанатичным взглядом.

— Да наплевать мне на твою науку! — рявкнул в ответ директор. — Вы отстраняетесь от работы до конца расследования. Ваш допуск в лабораторию аннулируется. С сегодняшнего дня вы находитесь под домашним арестом. Любая попытка покинуть дом без уважительной причины будет рассматриваться как попытка к бегству и создание опасности по разглашению государственной тайны. Пресекаться ваши действия будут самым жестким образом, вплоть до применения оружия. Работать вы будете только в своем кабинете в присутствии охраны. Уведите, — жестко приказал директор, и Ширли почувствовала, как ее просто уносят из приемной.

Проводив эту странную процессию долгим взглядом, директор вздохнул и, повернувшись к секретарше, устало попросил:

— Сварите мне, пожалуйста, кофе, Менди.

— Конечно, шеф, — кивнула она и, легко поднявшись, принялась колдовать над аппаратом.

Внеся поднос в кабинет, она ловко поставила чашку перед директором и, помолчав, спросила:

— Шеф, при всем моем к вам уважении, может, вам стоит просто заменить ее? Слишком много проблем с этой заносчивой стервой. На нее даже Араб жаловался. А уж он способен даже со змеей общий язык найти.

— Это точно. Его терпению я иногда даже завидую, — криво усмехнулся Сторм, отпивая кофе. — Вся проблема в том, что эта стерва — лучшая в своей области. Есть у меня на примете еще один парень. Полный ботаник, но в этих делах ей почти не уступает. Возможно, если она не угомонится, я и привлеку к работе его.

— Боюсь, шеф, вам пора сделать это сейчас. Скажу откровенно. У меня сложилось стойкое убеждение, что она действует из личных мотивов. Не знаю уж, чем ей так насолила наша Салли, но с момента возвращения группы Макгрегор только и делает, что роется в ее файлах. Все перевернула. Даже медицинскую карту выцарапала. Все это время она не столько работала, сколько бегала к вам с жалобами на всех подряд.