Ерофей Трофимов – Дворянин поневоле (страница 11)

Прохаживаясь по галере, Сашка задумчиво оглядывался и понимал, что его личная жаба никак не позволит бросить тут столько добра. А потому корабль нужно было ободрать до голых бортов, да и те разобрать. Да хоть на дрова. В хозяйстве все пригодится. Освобожденные рабы хотели было утопить свои цепи в море, но Сашка запретил, заявив, что в его мастерских всякое железо в дело сгодится.

Так что, немного поворчав, освобожденные отправились отмываться и хоть как-то приводить себя в порядок. Кроме грубых мозолей и грязи, особых проблем со здоровьем у бывших галерников не было. По недолгому размышлению Сашка понял, почему. Галера – весельное судно, и слабые, больные рабы не смогут приводить его в движение. Поэтому среди рабов происходил жестокий естественный отбор.

Кто-то привыкал и выживал, а кто-то ломался и умирал. Кстати, и особо изможденными они тоже не выглядели. Да, худые. Да, дико грязные, но при этом крепкие и жилистые. Кормили их хоть и однообразно, но достаточно сытно. Пираты отлично понимали, что скорость перемещения их корабля напрямую зависит от способности рабов грести. Так что их задача была не в уничтожении гребцов.

Среди освобожденных нашлось два десятка русских, из прибрежных деревень, десяток разных представителей Балканских стран и даже несколько европейцев, среди которых обнаружился самый настоящий испанский гранд. Для Сашки это стало настоящим открытием. Он словно оказался не в начале двадцатого, а в середине семнадцатого века. Глядя на эту толпу народу, парень растерянно прикидывал, что с ними делать дальше, когда к нему подошел тот самый испанский дворянин.

– Хорхе Альфонсо Хуан де ла Вега, сеньор, – произнес он, церемонно поклонившись.

– Князь Александр Викторович Тарханов, к вашим услугам, – ответил Сашка.

Испанец принялся что-то говорить, но парень отрицательно качнул головой, давая понять, что испанского не знает, и перешел на французский:

– Простите, сеньор, но я могу говорить с вами или на этом, или на английском языке. Но на последнем гораздо хуже.

– Не стоит извиняться, сеньор Александр, – тут же сменил испанец мову. – Я говорю по-французски. Прежде всего, приношу вам свою искреннюю благодарность за освобождение и выражаю огромное восхищение вашей смелостью и умениями. Впятером уничтожить команду пиратской галеры, это нужно было умудриться. Поздравляю, сеньор.

– Не стоит, сеньор де ла Вега, – улыбнулся Сашка.

– Хуан, с вашего позволения, сеньор Александр, – тут же отреагировал испанец. – Отныне и до конца моих дней только Хуан. Я обязан вам жизнью. Так сложилось, что пираты захватили мой барк, когда мы шли из Египта в Малагу. Из моего экипажа, на веслах, оказалось только пять человек. К сегодняшнему дню в живых остался только я один.

– И как долго вы были в плену? – осторожно уточнил Сашка.

– Два года, сеньор.

– Примите мои соболезнования, Хуан, – кивнул парень. – Я знаю, что такое терять друзей и подчиненных.

– Благодарю вас, сеньор Александр. Но позвольте мне поинтересоваться. Какова будет моя дальнейшая судьба? – взял испанец быка за рога, коротким поклоном поблагодарив за сочувствие.

– Это только вам решать, сеньор Хуан, – удивленно пожал Сашка плечами. – Решать вашу судьбу за вас я не имею права. Ведь я не ваш сюзерен.

– Вы спасли мне жизнь, сеньор Александр, и теперь вольны распоряжаться ею по своему усмотрению. На мне долг, и никто на свете не может сказать, что Хорхе Альфонсо Хуан де ла Вега не платит своих долгов. Клянусь мадонной, сеньор, – пафосно закончил испанец.

– За вами нет долгов, сеньор Хуан, – решительно открестился Сашка. – Я делал то, что должен был сделать, не ища выгоды и должников. Так что вы вольны распоряжаться собой как вам заблагорассудится.

– Как я понял из ваших слов, вы являетесь членом княжеского рода? – задумчиво уточнил Хуан.

– Это так.

– В таком случае, с вашего разрешения, я приму решение чуть погодя. Мне нужно прийти в себя после всех этих событий и немного осмотреться.

– Конечно. Как только мои люди закончат здесь, мы отправимся в мое имение, где вам предоставят все потребное, – вздохнул Сашка.

К его сожалению, другого выхода в данной ситуации просто не было. Дворянин не может бросить другого дворянина в беде, перед этим вытащив его из рабства. Сашку просто не поняли бы в свете. А в том, что эта история скоро станет достоянием широкой общественности, он даже не сомневался. Поэтому придется тянуть эту лямку и дальше. Пока испанец не определится и не решит покинуть пределы империи. Впрочем, помочь ему связаться с испанским посольством все равно придется.

Отмывшиеся рабы успели вытащить с галеры все, что только можно было, когда, наконец, прибыли подводы. Возницам пришлось сделать по три рейса, когда с пляжа увезли все до последнего гвоздя. С самой галеры сняли всю парусину, канаты, блоки, вообще все парусное оснащение, после чего привезенные из деревень мужики принялись разбирать саму галеру. Всю деловую доску приказано было вывозить в имение. То, что было подпорчено морской водой, решено было вытащить на берег и просто сжечь.

По решению парня от галеры не должно было остаться даже следа. Бывших рабов перевезли в имение, и врач занялся ими, бросив все остальные дела. Язвы и потертости от кандалов были у всех, так что работы ему предстояло много. Сам же Сашка, кое-как наведя относительный порядок в этом бедламе, занялся самым приятным делом. Принялся осматривать добычу. К его удивлению, казаки, участвовавшие в операции, вместо части добычи, попросили себе винтовки, которыми парень вооружил их.

Привезенные из столицы трехлинейки так понравились бойцам, что они дружно решили выкупить оружие себе в полное владение, попросив только добавить патронов. Растерянно почесав в затылке, Сашка выдал каждому по цинку патронов и, уточнив, не хотят ли они спросить что-то еще, отправил казаков восвояси. Вернувшиеся из степи школьники с интересом разглядывали освобожденных рабов, но при этом старались на глаза Сашке не попадаться.

Моментально сообразив, что это жу-жу неспроста, парень отловил командовавшего казаками есаула и, отведя его в сторону, потребовал отчета о проделанной работе. Смущенно крякнув, есаул подкрутил ус и, вздохнув, спросил с заметной растерянностью:

– И как узнал только? Неужто пацаны сами разболтали?

– Рассказывай, Савелий Сергеич, – усмехнулся Сашка. – Я своих пацанов как облупленных знаю. Раз прячутся, значит, точно чего-то учудили. Так что рассказывай и не вздумай врать.

– Да чего уж теперь-то, – вздохнул казак. – Встретили мы турок. Хорошо встретили. С первого залпа почитай половину положили. А когда за пистолеты взялись, они врассыпную кинулись. Темно ж было. Вот полдюжины до лагеря деревенских и добежали, пока мы их вокруг по степи искали. А там их твои пацаны и встретили. Ох, и злые они до драки, скажу я тебе. Я и охнуть не успел, как они из тех шестерых решето сделали. И где только научиться успели, – есаул удивленно покрутил головой.

– Понятно. И тут отметиться успели, – мрачно вздохнул Сашка. – Ну? И что мне прикажешь со всеми вами делать? Неужто так сложно было толковую засаду устроить? Ведь все знали. Откуда пойдут, куда. Даже в каком количестве.

– Так темно ж было, – развел есаул руками. – Обычно они так просто не бегут, а тут словно беса встретили. Только пятки сверкали. Даже ружья побросали.

К удивлению Сашки, пираты были вооружены в основном дульнозарядным оружием. Только командиры и, судя по всему, самые лучшие стрелки были вооружены однозарядными винтовками Бердана. Нашлось и несколько капсюльных револьверов. Так что уничтожение пацанами шестерых пиратов его не сильно удивило. Шесть выстрелов против одного, да еще и в темноте, это не баран чихнул.

– Мальчишки все целы? – подумав, мрачно поинтересовался Сашка.

– Слава богу, – быстро кивнул есаул.

– Ладно. Обошлось, и хрен с ним, – махнул парень рукой. – Но в следующий раз с тебя спрошу.

– Теперь они не скоро сунутся, – рассмеялся в ответ есаул. – Да и мало их осталось.

– Откуда знаешь? – насторожился Сашка.

– Купцы ихние в Таганрог часто заезжают. Не тот турок уже стал. Ослаб. Раньше гонору в них было куда как больше. А теперь только и смотрят, как бы самих в колодки не забили, – продолжал посмеиваться казак. – Ладно, княжич, поедем мы. Дома бабы заждались, – он озорно подмигнул и одним прыжком взлетел в седло.

– Счастливой дороги, – машинально кивнул Сашка, высматривая своих подопечных в толпе бывших рабов.

Но вернуться к своим делам он снова не сумел. Откуда-то из-за угла вынырнула Ирина Петровна и, ухватив его за рукав, потребовала отчета, что это было, почему допустили и когда оно закончится. Чувствуя, что начинает медленно свирепеть, Сашка аккуратно вытянул свой рукав из ее пальцев и, еле сдерживаясь, ответил:

– Сударыня, нападение пиратов дело непредсказуемое, и дело уже сделано. Все закончилось. Ваши подопечные вернулись в имение, и вы можете снова вернуться к занятиям. А у меня еще есть дела.

– Так это были пираты?! – ахнула девушка.

– А вам разве не объяснили? – не понял Сашка.

– Со мной вообще разговаривать не стали. Хорошо по шее не дали, когда я принялась требовать ответа, – тут же пожаловалась она.

– Ну, я казаков понимаю, – хмыкнул Сашка. – У них на долгие разговоры времени просто не было. Требовалось срочно увести всех гражданских подальше от места возможного боя. Так что они все сделали правильно.