Эрнл Брэдфорд – История рыцарей Мальты. Тысяча лет завоеваний и потерь старейшего в мире религиозного ордена (страница 3)
Глава 2
Орден святого Иоанна
Брат Жерар был главой приюта для паломников, созданного в Иерусалиме в 1080 году. То есть в то время, когда в город пришла армия Первого крестового похода, он уже существовал. Приют, он же больница, или госпиталь, не был больницей в современном смысле слова, хотя там, несомненно, были средства для лечения больных, он был местом отдыха паломников, где они могли переночевать и получить еду. Иерусалимский приют был когда-то основан купцами из Амальфи, важного итальянского центра судоходства, обеспечивавшего паломников транспортом на Святую землю. Тогда, как и сейчас, путешественник должен был платить за проезд авансом. (Термин «проездные деньги» приобрел существенную важность в более поздней истории ордена.) Приют носил имя святого Иоанна, правда, какой именно из Иоаннов имелся в виду, достоверно неизвестно. Принято считать, что это Иоанн Креститель.
Приютом управляли бенедиктинцы из Амальфи. Вполне вероятно, сам Жерар был итальянцем из этого красивого маленького города, который одно время в IX веке разделял с Венецией и Гаэтой всю итальянскую торговлю с Востоком. Говорят, компас попал в Европу через Амальфи. Морской кодекс этого города, Tavolo Amalfitano, признавался во всем Средиземноморье до конца XVI века. Купцы, основавшие приют в Иерусалиме, не были филантропами. Они руководствовались вполне практическими соображениями. Судовладельцам и торговцам, ведущим дела с Востоком, нужно было место для отдыха в Иерусалиме. У них там были купцы и агенты, но главное, значительная часть их бизнеса состояла в транспортировке паломников. Жизнь в те дни была грубой и примитивной, и путешественники не ждали никакого комфорта ни на море, ни на берегу. В то же самое время «судоходная линия», которая могла предложить гарантированное жилье и даже медицинскую помощь, являлась, безусловно, привлекательной.
Согласно легенде – возможно, это действительно была не более чем легенда, – брат Жерар не был изгнан из Иерусалима вместе с другими паломниками, а оставался там на протяжении всей осады и помогал крестоносцам, снабжая их хлебом. Джонатан Райли-Смит (1938–2016, британский историк, специалист по Крестовым походам. –
Если забыть о превращении хлеба в камни, представляется крайне маловероятным, что монах, который работал в приюте для христианских паломников, получил разрешение остаться в городе во время осады. С другой стороны, весьма авторитетные авторы этого периода в один голос утверждают, что так и было и Жерар помогал осаждавшим армиям. Единственное более или менее логичное объяснение заключается в следующем: приютов и больниц в то время было очень мало. Правитель города позволил Жерару и его помощникам остаться, чтобы оказывать помощь раненым. Одно можно сказать со всей определенностью: после захвата Иерусалима армиями Первого крестового похода судьба маленького приюта, где работал Жерар, была решена.
Понятно, что организация, которой управлял Жерар, была чрезвычайно важна для армии и паломников, которые теперь хлынули в Иерусалим. Приют расширялся. В те дни, когда умирающий человек делал щедрые дары церкви и человек, выживший после болезни или ранения, делал то же самое, госпиталь не оставался без внимания.
На самом деле он пользовался большой благосклонностью властей предержащих, о чем свидетельствует тот факт, что Годфруа Бульонский, ставший первым правителем латинского Иерусалима, выделил госпиталю дар – земельный надел. Его примеру последовали другие люди, желавшие выразить благодарность Жерару и его помощникам. Годфруа Бульонский отказался называться королем Иерусалима, считая, что ни один человек не может называться королем в городе, где Христос умер на кресте. Его преемник Балдуин Булонский имел не столь благочестивые взгляды и короновался, создав Латинское
Святость брата Жерара всегда подчеркивалась историками ордена, который он основал, и нет никаких сомнений в том, что он действительно был хорошим, благородным человеком. Он был в высшей степени практичен, как и многие святые, и считался отличным организатором. До своей смерти в 1120 году Жерар заложил настолько прочный фундамент ордена, что он существует до сих пор. Он был признан папством независимым орденом за семь лет до смерти его основателя. К этому времени орден уже владел крупной собственностью во Франции, Италии и Испании. Имея столь обширные владения, орден начал создавать дочерние организации в Европе – вдоль паломнических путей. Таким образом, из крошечного семени – небольшого приюта в Иерусалиме – со временем вырос гигантский дуб, ветви которого протянулись во все христианские страны (дочерние организации, в свою очередь, получали десятину и богатые дары, помогавшие им создавать другие госпитали). Все главные порты, откуда отправлялись паломники, обзавелись такими приютами-госпиталями, где работали члены ордена святого Иоанна. Речь идет о Марселе, Бари, Мессине и многих других.
Орден, основанный Жераром, на много столетий предвосхитил все последующие организации, имевшие целью заботу о бедных и больных по всему миру. Его идеалы соответствовали идеалам основателя христианства. Членам ордена было предписано считать бедняков господами, которым они призваны служить. Они должны были одеваться так же скромно, как бедняки. Благородству целей и жизни Жерара нет равных во все времена, но в XII веке, когда весь западный мир был основан на феодальной концепции господина и раба, они были исключительными. Эпитафия ему едва ли является преувеличением: «Здесь лежит Жерар, самый скромный человек на Востоке и слуга бедных. Он был гостеприимен ко всем незнакомцам, благородный человек с отважным сердцем. В этих стенах можно судить, насколько хорош он был. Осмотрительный и активный во всем, он дотягивался руками до многих земель, желая получить необходимое, чтобы кормить людей».
Его преемником стал не менее выдающийся человек – Раймунд де Пюи. Строя деятельность ордена на фундаменте Жерара, он, однако, изменил его направление, так что в последующих веках его странноприимная сторона, хотя всегда сильная и важная, немного отодвинулась на второй план. Если первые члены ордена святого Иоанна занимались только госпиталем-приютом, лечением больных и помощью бедным, при де Пюи появилась новая ветвь, которая стала заниматься в основном защитой паломников на пути от моря до Иерусалима. Военная защита паломников, на первый взгляд, может показаться логическим продолжением основной функции ордена – заботы о бедных. Однако со временем орден преобразовался в военную христианскую организацию, призванную бороться с мусульманами. Становление военных орденов на Востоке было само по себе неизбежным итогом разграбления Иерусалима, которое вызвало фанатичную ненависть к христианам во всем мусульманском мире. Одно доброе дело может иногда привести к другому, но дурное дело практически всегда породит такое же.
Преобразование слуг бедных в воинов Христа на самом деле началось в начале XII века. В 1136 году госпитальеры получили важный замок Бетгибелин, что на юге Палестины, чтобы держаться против мусульман, которые владели портом Аскалон. Это само по себе – достаточное свидетельство того, что военная ветвь ордена уже существовала, – кто отдаст форт группе мирных госпитальеров? Ясно, что Раймунд де Пюи ранее обратился к папе за разрешением развить военную ветвь ордена и получил его. Становление ордена тамплиеров, чисто военной организации, созданной для борьбы с врагами веры, уже создало прецедент.
Тамплиеры, они же бедные рыцари Христа и храма Соломона, были плодом умственных усилий французского рыцаря, видевшего необходимость в существовании специального боевого подразделения для защиты паломников на Святой земле. Многое из того, что впоследствии было принято орденом святого Иоанна, могло прийти от тамплиеров, к примеру, название главы ордена – великий магистр. Госпитальеры называли своего главу ректором или администратором. Так к уходу за больными и бедными добавился боевой отряд средневековых феодальных рыцарей.
В политическом аспекте латинские рыцари и бароны, теперь занявшиеся своим утверждением в роли восточных правителей от Антиохии до Иерусалима, принесли с собой те же незамысловатые концепции правосудия, закона и порядка, что существовали на их северных землях. В то же время военные ордены – тамплиеров, святого Иоанна и немного позже тевтонских рыцарей (которые начали свою деятельность как госпитальный орден, но очень скоро преобразовались в чисто военную организацию) – создали дисциплину, которая вкупе с их средневековыми понятиями рыцарства была чем-то новым. Тамплиеры носили на своих плащах красный крест на белом фоне – этот знак изначально был принят участниками Первого крестового похода. Рыцари ордена святого Иоанна носили белый крест на красном фоне – белый крест мира на кроваво-красном поле войны. Собратья по религии, защитники святых мест и паломников, они часто были не в ладах друг с другом. Разногласия между этими аристократами, в жилах которых текла горячая кровь, их тщеславие в вопросах происхождения, главенства и боевых почестей никак не укладывались в общую разумную политику в делах Востока.