И лишь этот день
Бабьего лета
Разделил сущность на «Я»
и «всё остальное»,
Словно комета,
Увидев которую загадываешь желание,
Которое уже сбылось.
И пусть льёт потом дождь
И сыплет горох града
И падает манная каша снега,
Лишь этот день бабьего лета
Всё, что мне было надо,
ДО и ПОСЛЕ побега
От себя, ещё глубже в себя,
На немыслимые расстояния,
Где окружают тротуары, витрины, девчонки,
Не по-осеннему коротенькие юбчонки,
Голенькие коленки
Размазывают меня по стенке.
От осознания,
Что вечности не хватит,
Чтоб любить каждую
И лишь один день бабьего лета
Позволяет мне делать ЭТО!
Одновременно,4 миллиарда раз
И даже скупая судьба берёт пас
В этот день бабьего лета,
Благодаря которому я всё ещё на плаву,
Вытряхивая из карманов на траву
Грусть и всякую прочую хандру.
Я бросаю грустить, я счастлив и рад,
Пусть и единственный день в своей жизни.
Но разве не этого мне было надо?
Награда,
которая лучше, чем взятки, купюры, монеты,
Джек пот, сорванный на зеро́
или червонную масть….
Просто один солнечный день бабьего лета,
Когда ты осознал, что ЖИТЬ —
Это и есть твоё
самое главное счастье!..
«Она ушла. Она предупреждала…»
Она ушла. Она предупреждала
И даже написала календарь,
Который я лишь пролистал с начала,
Не до конца, осилив и февраль.
И вот теперь, в последний день разлуки,
Увы, так поздно это осознав,
Пытаюсь отогреть о холод руки
И удержать нелепо за рукав.
Но кто же нам теперь с ней быть позволит?
У времени свой ход определён.
В душе разлука танец хороводит —
Три месяца слились в единый сон.
Вернётся ли опять? Увы, не знаю.
В надежде покупая календарь,
Который, видно, вновь не дочитаю,
Но буду ждать очередной сентябрь.
«По-весеннему тёплый ветер…»
По-весеннему тёплый ветер,
Заблудился среди октября,
Всколыхнул оголённые ветви,
Напугав среди них воробья.
Разметал кленолист с тротуара,
Встрепенув у девчонок плащи. 
