Эрли Моури – Не стой у мага на пути. Том 4 (страница 37)

— Он тоже хорош. Ревнуешь? Но я про твоего Гирхзелла. У него такая длинная, гибкая шея! — произнесла она своим шелестящим как шелк голоском.

— Да, шея у него великолепна, но не для твоих острых зубок, — я чувствовал, что Гирхзелл отчасти улавливает смысл нашего разговора, но вряд ли в полной мере понимает его.

— Можно я его покормлю? Пожалуйста, Райс! — попросил принцесса, надвинув на лоб аютанский платок.

— Покорми, — согласился я, видя, что по дороге, со стороны Столичных ворот в нашу сторону снова едут всадники. Не менее дюжины.

Они были еще далеко и пока я не мог разглядеть, вооружены они или нет. Я не боялся боевого столкновения — его просто не могло бы быть, если эти воины не настолько обезумили, чтобы решиться на стычку одновременно с бойцами «Щитов Лорриса» и драконом. Но очень не хотелось бы сейчас вступать в разбирательства и наживать себе еще больше проблем, которые обязательно будут, когда мы вернемся в Вестейм.

— Мы успеем погрузиться, — заверил барон, разгадав мои мысли.

— Это было бы очень хорошо. Нет нужды вступать с ними в перепалку. И я бы не хотел, чтобы видели здесь вас, господин Лоррис, и ее сиятельство, госпожу Арэнт. Вы — слишком видные люди. А мне хуже не будет, — ответил я.

— Быть рядом с вами, мастер Ирринд, честь для меня, — ответил барон, но повернувшись к своим, распорядился: — Поторапливаемся, парни! Надо скорее!

Я видел, как Шерлинс помог вампирше поднести ближе к дракону несколько крупных кусков мяса. И Флэйрин милым голоском что-то говорила Гирхзеллу. Подыгрывая вампирше, я ментально сказал дракону: «Будь любезен, мой крылатый друг, угостись. Флэйрин — моя подруга. Она хочет понравиться тебе. Кстати, она — принцесса. Почти принцесса».

Мы закончили погрузку и закрепили вещи, когда всадники переезжали через мост возле мельницы. По блестящей броне было видно, что это городская стража с тяжелым вооружением.

— Привязываемся! Привязываемся, кто не желает свалиться! Качает очень сильно! — предупредил я. Сам проверил ремни, охватывающие талию госпожи Арэнт. Помог Флэйрин и Салгору.

Убедившись, что все готовы к полету, попросил дракона:

«Давай, мой друг, надо взлететь раньше, чем стража окажется здесь!».

«Они вам угрожают?» — забеспокоился Гирхзелл, тут же приподнялся, выпрямляя лапы.

Гребень дракона распрямился, спина выгнулась. Всех нас подбросило и сильно качнуло.

— Райс, немедленно сядь! — прикрикнула на меня Ольвия. Оказывается, милая графиня умеет повышать голос.

Я не рисковал упасть, поскольку держался за страховочную веревку, однако подчинился Ольвии и устроился между ней и Флэйрин. Сел я вовремя: дракон расправил огромные крылья, хлопнул ими, цепляя землю. Костяные выросты вырвали дерн и земляные комья. Еще два взмаха крыльев, и Гирхзелл поднялся в воздух. Полетел поначалу низко над пастбищем в сторону моста через Весту.

Не знаю, намеренно или нет, он пронесся над головами всадников, так и не успевших к нашему взлету. Пролетел, едва не зацепив их лапами, при этом издав громкий рев, изрядно напугав верховых. Их кони дико заржали, бросились врассыпную.

Сильными взмахами крыльев Гирхзелл набирал высоту. Ветер ударил мне в лицо, сорвал платок с головы Флэйрин. Ловкая вампирша успела его поймать. Ее серебряные волосы отчаянно развивались в воздушных потоках; лицо, глаза наполнял восторг.

Гирхзелл летел прямиком к Столичным воротам, туда, где была полетная башня и загон для драконов. Я не стал объяснять ему, что нам нужно в другую сторону — Гирхзелл это сам знал прекрасно.

Подлетая к башне, мой крылатый друг снизился и заревел, запрокидывая голову назад, по его телу прошла дрожь, заскрипели кожаные ремни, державшие сидения и всю упряжь.

Снизу ему ответил рев другого дракона. Не знаю, что донес до него Гирхзелл, но я успел увидеть мысленный образ, который я сам передал беглому дракону вчера. Тот самый, где драконы, счастливые и безмятежные, летали между высоких скал, откуда стекали величественные водопады.

Глава 21

Странные мысли Гирхзелла

До наступления сумерек мы могли долететь до дальнего края Калнгарского леса и даже одолеть часть пустоши, начинавшейся за ним. Однако необходимости спешить не было, и я предпочел иметь больше времени, чтобы развернуть лагерь до наступления темноты. Да и Гирхзелл устал, хотя не признавался в этом. Я чувствовал, как дракон желает услужить нам, хотя взмахи его крыльев становились все реже и тяжелее. Одна из причин была в том, что дул сильный встречный ветер, тянувший тучи с юго-запада.

С драконом мы много общались в пути: продолжили прежний разговор о свободе и долге — тянуло моего друга в эти философские темы, не имеющие слишком однозначных ответов, да и практической пользы. Главное, я понимал, что Гирхзелл не сожалеет о своем выборе. Это при том, что другой дракон, имя которого Эрхекзулл — с ним он общался, когда мы пролетали над полетной башней Вестейма — назвал Гирхзелла глупцом, променявшим сытую жизнь, на полуголодные скитания. Что ж, каждому свое. Я даже был рад, что Эрхекзулл свободе предпочел сытый желудок. В этом тоже есть польза — не разрушится система воздушных перевозок, сложившуюся за многие столетия в Арленсии.

А для Гирхзелла этот полет с пассажирами и грузом на спине, но теперь уже при полной свободе был, пожалуй, самый желанным полетом за всю немалую двухсотлетнюю жизнь. Еще я чувствовал его желание и попытки ментального общения с госпожой Арэнт. Не знаю, что привлекало дракона в моей возлюбленной — позже задам ему этот вопрос. Ольвия не слышала его, но при желании я мог научить ее ментальному общению.

Немногим позже Часа Раковины мы опустились возле юго-западного края Альтерско озера на удобном, пологом берегу. Рядом шелестела листвой небольшая роща, где можно было разжиться дровами для костров и чистой водой из родника. Отсюда до Старого Калнгара было не более двадцати лиг: если присмотреться, то вдалеке на водной глади Альтерско озера виднелись паруса рыбацких суденышек с поселения.

Полностью разгружать Гирхзелла с его согласия мы не стали. Сняли часть провизии, шатер, три палатки — на юго-западе клубились тучи, ночью мог пойти ливень. Пока воины барона разводили костры, ставили шатер и палатки, Флэйрин снова изъявила желание покормить Гирхзелла. В этот раз к ней присоединилась Ольвия со слугой и Салгор. Все вчетвером взяли по большому отрубу мяса и направились к морде дракона, обходя его длинное тело.

— Смори, Салгор, драконы бывают неаккуратны и могут оттяпать руку вместе с угощением, — предупредил я.

— Ты шутишь, мастер? Знаю — шутишь, — этот хитрец не повелся на мое, конечно, шутливое предостережение. — Между прочим, я слышал ваш разговор. Не все, но кое-что смог понять. Вы говорили о каком-то другом драконе, что остался в загоне возле полетной башни и называл Гирхзелла дураком.

— Верно, Сал. Только ты же сам понимаешь, кто их этих двух драконов на самом деле глуп? И продолжай в том же духе — тренируй ментальную чувствительность. После ужина я дам тебе пару хороших упражнений. Слышать мыслеформы — очень полезный навык. А сейчас во время кормления, попробуй наладить контакт с Гирхзеллом. Ему не повредит такой собеседник как ты, — теперь уже вполне серьезно сказал я и отправился помочь воинам с установкой шатра. Все-таки этот шатер предназначался для госпожи Арэнт, и негоже мне было стоять в стороне.

Не успели мы закончить с установкой распорок, как Салгор подбежал ко мне и сообщил:

— Мастер! Гирхзелл говорит непонятные мне вещи! Непонятные и очень беспокойные! Он сказал про эльфийку, только я совсем не понимаю, что такое тревожное он хочет до меня донести!

— Что именно он сказал? — сидя на корточках возле незакрепленной распорки, я поднял взгляд на ученика.

— Сказал, что вам не надо ее спасать, потому она может погубить вас. Вас — это именно вас, мастер, ее сиятельство госпожу Арэнт и принцессу Флэйрин, — с заметным волнением ответил Салгор. — Но уже через минуту Гирхзелл уже начал говорить другое: что мы должны спасти эльфийку. Должны, потому что наша свобода в выборе действий не отменяет долга. В общем, долг это не свобода, но свобода это вовсе не отсутствие долга. Извините, мастер Ирринд, но он несет такую чушь, что у меня чуть мозги не вытекли через уши.

— Сал, разве они у тебя такие жидкие? Тебе надо учится понимать драконов — это отличная тренировка ментальных возможностей. Давай, займись установкой шатра, я пойду пообщаюсь с Гирхзеллом, — я передал Салгору веревку и направился к дракону.

Конечно, общаться с Гирхзеллом я мог, бы не сходя с места, но мне хотелось оказаться перед ним так, чтобы видеть его глаза.

«Мой друг, что ты там наговорил такого? Салгор не понял тебя. Пришел в замешательстве, даже напуганным», — спросил я, подойдя поближе и коснувшись его морды рукой.

Гирхзелл поднял бледно-зеленые веки, с минуту смотрел на меня щелями огромных зрачков, затем беззвучно произнес:

«Отец, мне снова привиделись образы. Они не пустые. Это важные образы будущего, которое должно случиться. Ты убедился, что если ко мне приходит подобное, то это не мои фантазии, а нечто большее, идущее то ли от ваших богов, то ли от самого светлого Неба. Вот сейчас это случилось снова Нечто говорит, что мне грозит опасность. Причины ее я не понимаю: вижу себя лежащим неподвижно, наверное, мертвым. Затем понимаю, что я не мертвый и потом приходит какая-то радость и тревога сразу. Большая опасность грозит и тебе. Тебе она грозит от Ионы. Все дело в ее огромной злости. Я не понимаю причин этого, но ее злость связана с ее сердцем. Если с тобой будут рядом твои женщины, то Ионэль может убить тебя и их», — дракон тяжко вздохнул — на три десятка шагов трава зашевелилась от его дыхания. Затем он продолжил: — «Твои женщины кормили меня. У них добрые руки, я не хочу им смерти. Предупреждаю: они не должны быть рядом. Запомни, Астерий! Если встретишься с Ионой не держи рядом принцессу, тем более графиню Арэнт», — Гирхзелл, не мигая смотрел на меня и на заходящее солнце, лучи которого окрасили тучи в красный цвет. — «И теперь мне хочется сказать тебе, что раз так, мы не должны спасать Ионэль. Не должны, потому что ей уже ничего не поможет — это я чувствовал раньше. От понимания этого хочется реветь. С другой стороны, долг говорит мне, что мы должны ее спасти. Я не понимаю себя. Не понимаю, это говорящее Нечто. Оно показывает мне такие странные вещи, что хочется рычать и лететь куда-нибудь повыше, подальше! Теперь я снова не знаю, как быть. Как из этого выпутаться? Ведь эти цепи, намного крепче стальных!».