Эрл Стэнли Гарднер – Перри Мейсон: Дело о бархатных коготках. Дело о фальшивом глазе (страница 6)

– Хорошо. Говорите дальше.

– До меня дошла информация, что окружному прокурору был передан неполный список свидетелей, – продолжил свой рассказ Мейсон.

Взгляд Локка стал внимательнее.

– Кого вы представляете? – спросил газетчик.

– Возможного рекламодателя, который хочет разместить объявление в вашей газете, – ответил Мейсон.

– Хорошо. Продолжайте. Я выслушаю вас до конца.

– Остальное вы знаете, – сказал Мейсон.

– Даже если бы и знал, то никогда бы не признался в этом, – объявил Локк. – Я только продаю рекламную площадь. Это вы должны раскрыть карты. Вы должны мне все рассказать. Я сам не сделаю ни шага вам навстречу.

– Хорошо. Как потенциальному рекламодателю мне хотелось бы, чтобы ваша газета не вникала во все детали этого убийства. То есть мне очень не хотелось бы, чтобы в вашей газете упоминались фамилии свидетелей, которые там могли находиться, но не попали в список, который получил окружной прокурор. Особенно мне не хочется, чтобы вы упоминали одно известное лицо, которое не фигурирует в этом списке. А также, чтобы вы задавались вопросом, почему его не вызвали в полицию для допроса. Как ваш потенциальный рекламодатель, я не хотел бы никаких упоминаний о том, что этот свидетель был в ресторане не один, и уж тем более никаких предположений о том, кто его сопровождал. А теперь скажите мне, в какую сумму мне обойдется рекламная площадь?

– Если вы собираетесь диктовать нам редакционную политику, то вам придется разместить у нас много рекламы, – ответил Локк. – Нам потребуется заключить долгосрочный контракт. Мы вместе его составим, и в соответствии с этим контрактом будем на протяжении оговоренного периода времени продавать вам рекламную площадь. В контракт будет включен пункт о штрафных санкциях на случай нарушения вами контрактных обязательств. Если вы не захотите размещать у нас рекламу на протяжении всего указанного в контракте периода времени, вы заплатите штраф за расторжение контракта.

– Мне придется заплатить всю сумму, как только нарушу условия контракта? – уточнил Перри Мейсон.

– Конечно.

– А можно нарушить контракт сразу после подписания?

– Нет. Такой вариант нам не подходит. Придется подождать день или два.

– И, конечно, вы не станете ничего предпринимать, пока я жду эти день или два? – спросил Мейсон.

– Безусловно.

Мейсон достал из портсигара сигарету, прикурил ее и смерил Локка холодным взглядом.

– Я понял. Это все, что я хотел сказать. Ваш черед.

Локк поднялся с кресла, походил туда-сюда, наклонив голову вперед и часто моргая.

– Я должен обдумать это дело, – наконец произнес он.

Мейсон достал часы и взглянул на циферблат:

– Хорошо. Даю вам десять минут на размышления.

– Нет-нет! – возразил Локк. – Мне нужно гораздо больше времени.

– Не нужно, – настаивал Мейсон.

– А я говорю, что мне нужно больше времени.

– У меня есть десять минут, – отрезал Мейсон.

– Это вы пришли ко мне, а не я к вам, – напомнил Локк.

– Не глупите. Не забывайте, что я выступаю от имени клиента. Вы должны что-то мне предложить, а я должен передать это предложение клиенту, – объяснял Мейсон положение дел. – А связаться с моим клиентом не так-то просто.

Локк вопросительно приподнял брови:

– Вот как?

– Вот так, – ответил Мейсон.

– Ну, может, я и смогу обдумать этот вопрос за десять минут. Но я должен позвонить в редакцию, – объявил Локк.

– Хорошо. Звоните, – согласился Мейсон. – Я подожду здесь.

Локк быстро прошел к лифту и спустился вниз. Мейсон подошел к ограждениям мезонина и наблюдал за тем, как Локк пересекает холл. Журналист не зашел ни в одну из телефонных кабин в отеле, а сразу направился на улицу.

Мейсон тоже пошел к лифту, спустился вниз, сразу двинулся к выходу и перешел на другую сторону улицы. Там он остановился в подворотне, закурил и стал наблюдать за зданием напротив.

Через три или четыре минуты Локк вышел из аптеки и вернулся в отель. Мейсон последовал за Локком, пока не поравнялся с телефонными кабинами. Тогда адвокат шагнул в одну из них, оставив открытой дверь, высунул голову и окликнул газетчика:

– Эй, Локк!

Локк резко развернулся. При виде Мейсона карие глаза журналиста испуганно округлились.

– Я подумал, что мне тоже следует связаться с моим клиентом, – пояснил Мейсон. – Тогда я сразу дал бы вам ответ. Но не могу дозвониться. Подождите секундочку: заберу монетку.

Локк кивнул, но продолжал подозрительно смотреть.

– Плюньте на монетку, – сказал газетчик. – Наше время гораздо дороже.

– Может, ваше и дороже, – ответил Мейсон и снова шагнул к телефонному аппарату.

Адвокат два или три раза с силой дернул телефонный рычаг, затем, что-то недовольно буркнув себе под нос, пожал плечами и вышел из телефонной будки. Двое мужчин прошли к лифту и поднялись в мезонин, а там вернулись в кресла, в которых недавно сидели.

– Ну? – спросил Мейсон.

– Я обдумал ваше предложение, – сказал Фрэнк Локк и замолчал.

– Я предполагал, что вы его обдумаете, – сухо заметил Мейсон.

– Знаете, то дело, которое вы описали, не называя никаких фамилий, может включать один очень важный политический аспект.

– С другой стороны, опять же не упоминая никаких имен, может и не включать, – заметил Мейсон. – Но, я надеюсь, что мы с вами не будем тут сидеть часами, пытаясь перехитрить друг друга, как два торговца лошадьми. Назовите вашу цену.

– В рекламном контракте, о котором мы говорили, должен быть прописан пункт, в соответствии с которым в случае нарушения договоренностей, штраф составит двадцать тысяч долларов.

– Вы с ума сошли! – воскликнул Мейсон.

Фрэнк Локк пожал плечами.

– Это вы хотите купить рекламную площадь, – напомнил он. – А я даже не уверен, нужен ли нашей газете этот контракт.

Мейсон поднялся с кресла.

– Судя по вашему поведению, вы вообще не хотите ничего продавать, – заметил адвокат и двинулся в сторону лифта, Локк последовал за ним.

– Если в будущем вы снова захотите разместить в нашей газете рекламу, то имейте в виду, что у нас гибкие цены, – сказал Локк.

– Вы хотите сказать, что они могут быть снижены? – уточнил Мейсон.

– Я хочу сказать, что в этом случае они могут повыситься.

– Ого! – произнес адвокат.

Потом он резко остановился и смерил Локка ледяным взглядом:

– Послушайте, я прекрасно знаю, с кем имею дело, и хочу вас предупредить, что даром вам это не пройдет.

– Что именно? – спросил Локк.

– Черт возьми, вы прекрасно знаете, о чем я. Ваша компания уже давно издает эту газетенку и занимается шантажом. Вы подчиняете себе людей, заставляете плясать под свою дудку. Когда-нибудь это плохо кончится.

Локк невозмутимо пожал плечами.

– Мне многие пытались такое сказать, – заявил он.

– Я не пытаюсь, я говорю.