Эрл Гарднер – Покойники всегда безопасней. Дело тяжеловеса (страница 7)

— Можешь послать, — разрешил лейтенант. — На одной из них есть и моя физиономия. Кто станет возражать против даровой рекламы?

По дороге в Уэлден я еще раз повторил Маршаллу свой рассказ. Понимая, что решающей может оказаться любая мелочь, я старался не упустить ни одной детали.

— Что ж, теперь мы знаем, в каком направлении вести следствие, — сказал он, когда я закончил. — Обстоятельства смерти Фармера всегда казались мне подозрительными. Не могу понять, какую роль играла Джоун Николс.

— Да, Николс — загадка, — согласился я. Обогнав грузовик, я продолжал вести машину на большой скорости. — Кстати, что представляет собой Крид? Думаешь, он разрешит мне работать вместе с ним?

Маршалл неопределенно пожал плечами:

— Наверное. Кто из полицейских не горит желанием увековечиться в твоем журнале? Крид неплохой старик, хотя немного вспыльчив. Он всегда приходит в бешенство, когда кто-то действует за его спиной. Тебе следовало повидаться с ним до визита к Хессону.

— Черт бы побрал обидчивых полицейских! — выругался я. — Какой смысл являться к нему с пустыми руками?

— Во всяком случае будь с ним поосторожней. Между прочим, ты по-прежнему работаешь со сценаристом из Голливуда?

— Ты называешь это совместной работой? Ха-ха! Я тружусь, а он пьянствует за счет редакции.

— Твой приятель — способный парень. Странно, что он не подыскал себе работенку получше. Быть поденщиком в вашем журнале — не большая честь для талантливого человека.

— Ты тоже считаешь его талантом? Боже! И никто не догадывается, что дело лишь в удивительной форме его головы!

Было около восьми вечера, когда мы подъехали к полицейскому управлению Уэлдена.

— Крид уже, наверное, дома, — сказал Маршалл, вылезая из машины. — Впрочем, давай заглянем.

Наши сомнения рассеял дежурный сержант.

— Капитан у себя, — сказал он и, соединившись с ним по телефону, добавил: — Вы можете к нему пройти.

Капитан полиции Том Крид оказался высоким мужчиной богатырского телосложения с пышной копной седеющих волос. На вид ему было около шестидесяти. С его сурового лица на меня смотрела пара проницательных голубых глаз.

Он обменялся с Маршаллом крепким рукопожатием и, когда тот представил меня, слегка улыбнулся. Было заметно, что ему льстит визит известного журналиста.

— Парни из вашей редакции делают замечательную работу, — сказал он. — Мне нравится, что они находят общий язык с полицией.

Я тоже улыбнулся:

— Без дружбы с полицией мы умерли бы с голоду. Тут и с самим чертом подружишься.

— Не обращайте на него внимания, капитан, — вмешался в разговор Маршалл. — Он неисправимый шутник. Сделаем скидку на его характер, тем более что он — наш добровольный помощник. Слейден выяснил много нового по делу Фей Бенсон.

Крид сел и, пригласив нас присаживаться, вопросительно посмотрел на меня.

— Меня и моего коллегу направил сюда наш редактор, — сказал я. — Его заинтриговало исчезновение танцовщицы, и он предложил нам написать о ней статью. В Уэлдене мне повезло: я докопался до некоторых фактов, которых не было в ее досье. Вам, наверное, об этом уже говорили.

— Расскажите, что вам удалось выяснить, — сказал Крид, доставая сигару.

Мне пришлось рассказать обо всем в третий раз. Крид и Маршалл слушали меня не перебивая. Когда я закончил, лицо капитана было хмурым: ему определенно не понравилось, что я действовал без его ведома.

— Вы были обязаны доложить обо всем в полицию, — сухо заметил он. — Тогда Хессон не успел бы удрать из города.

— Но у меня не было против него улик, — возразил я. Достав из кармана золотое яблочко, я катнул его через стол к капитану. — Когда я раздобыл эту безделушку, его уже не было в живых.

Крид глянул на Маршалла:

— Когда произошло убийство?

— Прошлой ночью. На квартиру Харди он прибыл около часа, а между тремя и четырьмя его прикончили.

— Убийца не оставил следов?

— Нет. Там поработал профессионал. Ни отпечатков, ни других улик.

Взяв двумя пальцами золотую безделушку, Крид приблизил ее к глазам.

— Похоже, вы и в самом деле разворошили осиное гнездо, — сказал он, кладя ее обратно на стол и пуская изо рта клубы табачного дыма. — Давайте еще раз полистаем досье. — По селектору он приказал принести дело Фей Бенсон. — В данный момент я твердо уверен в одном: Фармер лгал на допросах, девчонка могла исчезнуть из клуба только через грузовой подъезд. Поэтому-то мы чуть душу из него не вытряхнули, но ничего не добились. Он упрямо твердил, что никого не видел. Я думаю, Фармер работал на пару с Хессоном.

В дверь постучали, и полицейский положил на стол пухлую папку.

— Можно считать, что Хессон похитил девчонку и отвез к себе на квартиру. Ему помогал Фармер. Вот почему брелок нашли у него под кроватью. — Крид раскрыл папку и пробежал глазами несколько строк. — В тот вечер на ней был золотой браслет.

— Они не отвозили ее к Хессону, — возразил я. — На квартиру к нему можно попасть только через магазин, а это значило бы, что хозяин тоже соучастник преступления.

Но мы знаем, что это не так: разве стал бы он давать адрес Хессона? Кто-то заплатил им обоим за похищение Бенсон. Фармер заманил девчонку к себе в служебное помещение под предлогом телефонного звонка. Так как ей действительно должны были позвонить, она отправилась туда, ничего не подозревая. Там он стукнул ее по голове и вместе с Хессоном погрузил в ожидавшую автомашину. Наверное, был и третий преступник, который сидел за рулем. Что же касается браслета, он упал с руки девчонки, когда Фармер ударил ее. Тот подобрал его и позднее отдал Хессону.

Кивком головы Маршалл выразил свое согласие:

— Все это выглядит очень правдоподобно.

— Я прикажу приступить к поиску браслета, — сказал Крид, — хотя шансы найти его невелики: прошло ни много ни мало четырнадцать месяцев.

— Кто этот любитель темных очков? — поинтересовался Маршалл. — Слейден описал его довольно подробно. Наверное, не следует отказываться от попыток отыскать его.

— В данную минуту за ним охотится Берни Лоу, — сказал я. — Может, очкарик уже попал ему на мушку.

Маршалл улыбнулся:

— Подразделение полиции в составе двух человек. — Он бросил взгляд на Крида. — Я думаю, капитан, беседа с этим типом представила бы интерес. Вам не кажется?

— Согласен, — ответил Крид. — Меня смущает Николс, она никак не вписывается в общую картину.

— Полиции известны подробности ее смерти? — задал вопрос я.

Сняв телефонную трубку, Крид попросил принести досье Николс.

— Не помню, что написал в заключении следователь. Мы не предполагали, что она знакома с Фей Бенсон. Знай мы об этом, к несчастному случаю с ней отнеслись бы гораздо внимательней.

Я взял со стола брелок:

— Кто такой Г.Р.? Наверное, он мог бы рассказать о ней немало интересного. Что мы знаем сейчас о танцовщице? Практически ничего. Подозревали только, что она от кого-то пряталась.

Наклонившись вперед, Крид раскрыл папку, которую принес полицейский. Перевернув страницу, он некоторое время читал, потом задумчиво посмотрел на меня:

— У следователя не возникло подозрений. Он пишет в заключении, что с мисс Николс произошел несчастный случай. Спускаясь по лестнице, она наступила на подол платья, упала и сломала шейный позвонок.

— Кем была Николс?

Крид снова заглянул в досье:

— Артисткой кабаре. За несколько дней до смерти вернулась из Парижа. Она выступала там по контракту с девятью другими девицами. Их номер провалился, и домой она вернулась без гроша. Последние дни Николс искала работу.

— Фей Бенсон была в числе этих девяти? — спросил я.

— Это легко проверить, — ответил Крид.

— Уверен, что Джоун Николс помогли упасть, — сказал я. — О Фармере тоже позаботились.

На лице Крида появилась невеселая усмешка:

— Старайтесь не читать ваш журнал перед сном. Нет никаких доказательств, что они умерли насильственной смертью.

— Когда разбилась Джоун?

Заглянув в папку, Крид сказал;

— Двадцатого августа.

— Двадцатого она приходила в отель «Шед» и справлялась о Фей. Потом по возвращении домой неожиданно упала с лестницы. Между прочим, не двадцатого ли августа попал под грузовик и Фармер?