Эрл Гарднер – Перри Мейсон. Дело об изъеденной молью норке. Дело об одинокой наследнице (страница 40)

— Я имел в виду на того, кому Том платил, — на «крышу».

— Нет, у него были только подозрения. Именно поэтому ему требовался Том. Он хотел выжать из Тома информацию, заставить его запеть перед Большим жюри. Такая каша заварилась! Том вначале не врубился. Полицейский собрал на Тома достаточно улик и поставил его перед фактом. Правда, сразу делать ничего не стал. Том подумал, что полицейский хочет свою долю. Тот не захотел долю. Он потребовал, чтобы Том запел. Том — дурак. Как я вам уже сказал, мистер Мейсон, Том считал, что, раз он дает взятки определенным лицам, он имеет лицензию. Но «крыша» состоит совсем не из идиотов. Там узнают о положении вещей и приказывают Тому продать дело и сматываться, пока с кастрюли не слетела крышка. Полицейский оказался умен. Он выследил «крышу».[7]

— И кто это оказался?

— Файетт. Но он — только первое звено в цепочке.

— Что произошло?

— Том не мог позволить себе получить повестку и явиться в суд. Представьте его перед Большим жюри. Поэтому он продал дело и быстро удрал.

— А потом?

— Говорят, что тот полицейский был умен. Он только и ждал, чтобы Том подался в бега. Стоило Тому быстренько провернуть сделку купли-продажи, как полицейский собрался его прихватить. Они утверждают, что Том отправил его на тот свет. Я не знаю. Том клянется, что не убивал. Дикси ему верит.

— Правда? А как Дикси объяснила вам, что среди дорогих Тому вещей находился револьвер Кларемонта?

Албург подпрыгнул на месте, словно к стулу, на котором он сидел, внезапно подключили провода и пустили по ним ток.

— Что?! — закричал он.

— Успокойтесь, — велел Мейсон. — У нее был револьвер Кларемонта.

Албург схватился за голову.

— Это все решает. Да, мы влипли. Значит, его все-таки убил Том.

— Похоже, — согласился Мейсон.

— Ну и заваруха! И, черт побери, я завяз вместе с Томом и Дикси.

— Если уж вы решили всех перечислить, то и меня не забудьте, — сказал Мейсон.

— О господи! — простонал Моррис Албург.

— Не надо себя жалеть, Моррис. Времени на это просто нет. Так что с Файеттом? Вы его убили?

— Нет, нет, конечно, нет. Я никого не убивал.

— Вы сказали, что полиция обнаружила у вас револьвер.

— Да.

— А откуда вы знаете, что в Файетта стреляли именно из него?

— Так утверждают полицейские.

— Когда они это заявили?

— Пятнадцать минут назад. Поэтому я здесь. Они провели экспертизу, а потом предъявили мне обвинение и разрешили позвонить вам.

— Как давно у вас этот револьвер?

— Вот в этом вся проблема. Только… только с момента стрельбы.

— Выкладывайте все.

— С чего мне начинать?

— С самого начала, и чтобы это было именно начало.

— Я уже говорил вам о Томе Седжвике…

— Забудьте о нем. Переходите к Дикси.

— Том с Дикси…

— Они женаты? — перебил Мейсон.

— Понимаете, мистер Мейсон, здесь такая история… Том был женат. Возникли сложности с разводом. Нельзя винить их с Дикси…

— Не притворяйтесь идиотом, Моррис. Их моральный облик меня сейчас волнует меньше всего. Если они муж и жена — то не могут давать показания друг против друга. Если нет…

— Они не женаты.

— Ладно, рассказывайте о Дикси.

— Я ничего не слышал ни от Тома, ни от Дикси. Я страшно боялся, что они объявятся у меня в один прекрасный день. Убийство полицейского, мистер Мейсон! Вы сами знаете, что это такое. Затем внезапно Дикси как ни в чем не бывало заходит в мой ресторан. Мне пришлось ухватиться за стол, чтобы не упасть. У меня буквально подкосились ноги. А она холодно смотрит на меня и дает сигнал, чтобы я вел себя так, словно первый раз в жизни ее вижу. Затем она заявляет, что ищет работу.

— Что вы сделали?

— Дал ей работу. Мне пришлось. Том разорен и болен. Его ищут. О Дикси полиция тогда ничего не знала.

— Дикси Дайтон — ее настоящее имя?

— Дикси — ее имя. А фамилия, конечно, нет.

— Номер по системе социального страхования вымышленный?

— Да.

— А шуба откуда взялась?

— Вот здесь я себя страшно виню. Она оставила шубу у меня, я завернул ее в бумагу и положил в шкаф. Я даже не подумал о моли. Я думал о себе. Я боялся. Поэтому я засунул шубу подальше, чтобы она никому не попадалась на глаза. Дикси вернулась. Она попросила принести ей шубу. Я ее достал… Ну, вы видели мех.

— Что сказала Дикси?

— Ничего. Стала ее носить. И рыдала, когда считала, что я на нее не смотрю.

— Почему она вернулась?

— У Тома туберкулез. Они жили в Сиэтле. Там дождливо, зимой очень холодно. Том больше не выдержал бы. Дикси говорит, что они не могли не вернуться. Здесь, не исключено, им удастся отвертеться, а если бы Том остался там, то совершенно точно умер бы. Если какая-то идея засела Дикси в голову, ее оттуда и клином не вышибешь. Мой личный врач утверждает, что, хотя в Сиэтле и влажный климат, люди там живут долго. Дикси считает, что Том умрет, если еще раз там перезимует. Возможно, она права. Или нет. Она уверена, что права. Я не знаю. Дикси решила, что все утряслось, можно возвращаться, никто ничего не узнает. Тома она спрятала, хорошо спрятала. Дикси умна. Она очень умная женщина.

— Она оказалась недостаточно сообразительна, чтобы…

— О, конечно, Файетт. Он знал о Дикси. Полиция — нет. Наверное, Файетт следил за моим рестораном. Полиция — нет. Файетт — да.

— Кто такой Файетт? — спросил Мейсон.

— Он — «крыша». Он брал деньги. Мне что он, что фонарный столб. Имя слышал, больше ничего. Дикси идет обслуживать посетителей и видит его, сидящего в одиночестве за столиком. Она чуть не грохнулась в обморок… Файетт — убийца. Он предупреждал Тома, что если он когда-нибудь вернется или получит повестку, чтобы предстать перед Большим жюри, — ему крышка и…

— Поэтому Дикси бросилась вон из ресторана через черный ход?

Албург кивнул.

— Конечно. Она решила, что ее станут пытать, чтобы только выяснить, где прячется Том.

— Я чего-то не понимаю, — признался Мейсон. — Если существовала «крыша», значит, платили сотни людей и…

— Но убили только одного полицейского, мистер Мейсон! — перебил Моррис Албург. — Я не в состоянии ничего доказать. Дикси не в состоянии ничего доказать. Но мы оба считаем, что полицейского прикончил Файетт. Если Том вернется и его станет защищать хороший адвокат… Черт побери!

— Ладно, рассказывайте, что случилось, — попросил Мейсон.

— Что случилось?! — воскликнул Албург. — Все случилось. Я старался не высовываться, а на меня падает потолок. Дикси утверждает, что никто не в курсе, что Том вернулся, никто никогда не найдет, где он. Затем появляется Файетт. Она бросается вон из ресторана и чуть не погибает. Появляется полиция. Полицейские не знают, что Том — мой сводный брат, но догадываются, что где-то здесь собака зарыта. Они не в курсе, кто такая Дикси, но должны докопаться. Я решаю на какое-то время залечь на дно. В одном баре у меня есть друг, он меня всегда защитит. Дикси тоже знает это место. Она мне туда звонит. Я говорю ей, чтобы сидела тихо. Я скрываюсь. Все ужасно.

— Дальше.

— Затем в мой ресторан звонит какая-то женщина. Она говорит кассирше, которой я полностью доверяю, что ей надо передать мне послание. Кассирша — умная женщина. Она просит объяснить ей, что хотят передать. И та женщина просит, чтобы я позвонил по определенному номеру и позвал к аппарату Милдред.