Эрл Гарднер – Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы (страница 39)

– Господа хотят, чтобы миссис Белгрейд осталась в этой комнате вместе с нами, – усмехнулся Мейсон.

Белгрейд в недоумении посмотрел на него.

– А то ей еще вздумается позвонить кому-то из друзей, – пояснил Дрейк.

– О-о! – только и произнес Белгрейд.

Когда все расселись, Белгрейд посмотрел на Дрейка.

– Значит, мне больше никогда не придется работать детективом? – уточнил он.

– Зависит от вас, – ответил Мейсон, пока Дрейк еще не успел раскрыть рот. – Мы хотим, Джордж, чтобы вы рассказали, как так получилось, что вы нас продали. Может, все окажется и не так плохо после того, как мы выслушаем вашу версию событий.

– Вы в самом деле смотрите на это совсем не так, как я ожидал, мистер Мейсон, – повернулся к нему Белгрейд. – И от этого я чувствую себя еще хуже. Еще большим подлецом! Не знаю, получится ли у меня все объяснить, но мне и правда хочется, чтобы вы, господа, взглянули на это дело с моей точки зрения. У меня нет постоянного дохода. А мне нужно содержать жену. Оплачивать дом и всякие расходы. Так вот, когда я отправился в это плавучее казино, то оказался в гуще событий – прямо в центре дела об убийстве. За все годы оперативной работы я впервые столкнулся с подобным. Как вы помните, я следил за Сильвией Оксман. Я проводил ее до набережной, тем меня сменил Стейплз. Он сказал, что получил соответствующие указания. Я остался стоять на набережной, понимая, что на этот вечер моя работа закончилась. Я позвонил в агентство, отчитался о проделанной работе, и Дрейк сказал, что больше я ему не нужен. Я знал, что Дрейк работает на вас, мистер Мейсон, и также знал, что вы остались на корабле. Поэтому я подумал, что мне стоит вернуться обратно, чтобы в случае чего быть вам полезным.

– Минутку, Белгрейд, – перебил его Дрейк. – Я правильно понял, что ты вернулся в «Рог изобилия»?

– Да, – кивнул Белгрейд.

– Зачем?

– Ну, я же только что объяснил. Я хотел посмотреть, не смогу ли быть полезным мистеру Мейсону.

– Какого черта ты не отправился домой? – воскликнул Дрейк. – Ведь я же сказал тебе, что ты мне в этот вечер больше не потребуешься.

Белгрейд заерзал на стуле, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

– Видите ли, мистер Дрейк… Ну, в общем, я вполне могу сказать вам правду. Я знаю, что мистер Мейсон постоянно загружает вас работой. Но я также знаю, что меня вы цените не очень высоко. Мне вы всегда давали несложные поручения, а важные задания поручались другим. Помните, как вы поручили мне следить за горничной Сильвии Оксман? И единственная причина, по которой я оказался серьезно замешанным в этом деле, – это встреча девушки, за которой я следил, с Сильвией. А как только я добрался до Сильвии, вы сразу же сняли меня с дела и поручили слежку Стейплзу. Вот я и решил, что, возможно, мне представится шанс произвести хорошее впечатление на мистера Мейсона, а он замолвит за меня словечко перед вами, у меня появится постоянная работа, и вы будете поручать мне важные задания.

– Если дело обстоит так, то как так получилось… – открыл рот Дрейк.

– Погоди минутку, Пол, – перебил его Мейсон, не сводя глаз с Белгрейда. – Позволь мне самому разобраться с этим делом.

Дрейк уже собрался что-то сказать, но не стал и откинулся на спинку кресла.

– Что произошло потом, Белгрейд? – спросил Мейсон.

– К тому времени, как катер снова причалил к кораблю, там уже подняли трап, а нам заявили, что его чинят, это займет несколько минут, и нам придется подождать. Мы какое-то время сидели в катере, а потом подошла лодка с полицейскими, и мы узнали, что на корабле произошло убийство. Полицейские сказали, чтобы катер разворачивался, нам придется вернуться на берег, на борт никого не пустят, и игры тоже не будет. Это заставило меня призадуматься, и я напряженно размышлял на обратном пути. Когда мы причалили к берегу, там уже толпились репортеры и бросались с вопросами ко всем, кто сходил с катеров. Один из них меня знает и знает, чем я зарабатываю на жизнь. Он принялся меня расспрашивать и понял по моим ответам, что если я захочу, то могу немало ему рассказать. Он позвонил своему редактору, редактор отправил на причал другого репортера, чтобы сменить моего знакомого, а мой знакомый повез меня в Лос-Анджелес. Они сделали мне предложение, которое для меня очень много значило. Я просто не мог от него отказаться. И я не считал, что для кого-то из вас мой рассказ может сыграть хоть какую-то роль. Мне сказали, что мистер Мейсон находился на борту, он арестован, и вся история в любом случае всплывет наружу в течение следующих суток, а они просто хотят получить на нее эксклюзивные права. Они мне объяснили, что я ничего не получу, если буду держать язык за зубами, наоборот, потеряю много денег, если не расскажу им все, как было. Потом редактор сообразил, что историю можно растянуть на пару-тройку выпусков, а для этого меня нужно где-то спрятать, где никто до меня не доберется. Но один из других репортеров видел, как меня увозили, и окружной прокурор каким-то образом узнал, где меня держат. Газета пыталась скрыть мое местонахождение, но Служба федеральных маршалов не оставляла попыток вручить мне повестку. Власти победили, и как только мне вручили повестку, газете я стал больше не нужен. Они решили, что больше от меня не будет никакой пользы. За первый рассказ мне немного заплатили, на том все и закончилось.

– Насколько точным был твой отчет мне по телефону? – спросил Дрейк.

– Что вы имеете в виду?

– Я хочу знать, сообщил ли ты мне все так, как происходило на самом деле.

– Конечно, отчет был точным. Я сообщил вам истинную правду, – вспыхнул Белгрейд. – То, что я увидел возможность заработать немного денег на стороне, не принося никому вреда, совсем не означает, что я мошенник.

– Вы сообщили все, что происходило в плавучем казино? – уточнил Мейсон.

– Да, конечно. Все рассказал мистеру Дрейку по телефону.

– Вы следили за Сильвией Оксман и поднялись вслед за ней на корабль?

– Да.

– Сколько времени она находилась на борту перед тем, как зайти в коридор, ведущий к кабинету?

– Недолго. Минуты я не считал. Она пошла в бар, немного выпила, потом зашла в гардероб, а оттуда пошла к кабинету.

– Через сколько времени после этого появился я?

– Минут через восемь-десять. Но помните, мистер Мейсон, что еще до вашего появления там рыскал Фрэнк Оксман?

– А откуда ты знаешь… – влез Дрейк, но Мейсон бросил на него предостерегающий взгляд, и детектив замолчал.

– После того как ушел Оксман, появился я, правильно? – уточнил Мейсон.

– Правильно. После того как вы там находились некоторое время, вышла Сильвия Оксман. Потом туда бросились Дункан с заместителем маршала. Примерно через десять минут заместитель маршала вместе с вами вышел из коридора, ведущего к кабинету, вы были в наручниках.

– Так, давайте уточним один момент, – перебил Мейсон. – Сильвия к этому времени уже ушла из отсека, где находится кабинет?

– Да.

– Вы должны были за ней следить?

– Да, сэр.

– Но после того как она вышла из этого коридора, вы продолжили наблюдать за входом в него. Так что вы все-таки делали? Наблюдали за входом в коридор или следили за Сильвией?

– И то, и другое, мистер Мейсон. Миссис Оксман села за один из игорных столов – там играли в кости. А я стоял в таком месте, откуда мог одновременно видеть и ее, и вход в коридор, ведущий к кабинету.

– Так, что произошло потом? Расскажите все, что вы видели.

– Вышел Дункан, а затем миссис Оксман поднялась на палубу. Я последовал за ней.

– Сколько прошло времени после моего ухода и до того, как вышел Дункан?

– Минуты три или четыре. Совсем немного времени.

– А через какое время после этого Сильвия поднялась на палубу?

– Почти сразу же, мистер Мейсон.

– И что было потом?

– Это все. Я последовал за миссис Оксман на берег, а затем Стейплс сказал мне, что сменяет меня…

– Так, минутку, – перебил Мейсон. – Вы уверены, что рассказали нам абсолютно все, Белгрейд?

– Уверен. Все, как я это помню.

– Вы разговаривали с Сильвией?

У Белгрейда внезапно изменилось выражение лица.

– Да, вы правы, – кивнул он. – Я на самом деле сказал ей, чтобы сматывалась с корабля, потому что на борту находится ее муж.

– Так, – произнес Мейсон. – И зачем же вы сказали это Сильвии?

– Я понял, что происходит что-то не то, – снова заговорил Белгрейд. – Я не знал, что именно пошло не так, но я же видел, как вы выходили из того коридора в наручниках. Вы же известный адвокат, и без очень серьезной причины никто не стал бы надевать на вас браслеты. У меня появилась мысль, что вы, наверное, пытаетесь как-то прикрыть Сильвию и хотите, чтобы она покинула корабль, но я не знал, как увезти ее из казино. И тогда мне внезапно пришло в голову, что я могу высунуться из-за двери, сказать: «На борту ваш муж, сматывайтесь», скрыться из виду, потом нестись на катер и ждать ее уже там. Я решил, что Сильвия тоже побежит с палубы вниз и сядет в тот же катер. А если не сядет, я смогу притвориться, что передумал, и остаться на корабле.

– И вы так и сделали?

– Да, сэр. Я побежал вниз и занял место в катере. Она последовала за мной меньше чем через минуту.

– А теперь я задам вам вопрос, который Пол Дрейк собирался задать вам минуту назад. Откуда вы знаете мужа Сильвии Оксман?

Белгрейд заерзал на стуле, бросил взгляд на жену, потом опустил глаза вниз и уставился на носки своих ботинок.