Эрл Гарднер – Перри Мейсон: Дело о нанятой брюнетке. Дело о неосторожном котенке (страница 83)

— Держите ее в гараже?

— Угу. Я поехал бы на ней в дом Шоров сегодня вечером, но боялся разбудить Франклина Шора: дверь в гараж не смазана и скрипит, да и моя машина слишком громко заводится. Поэтому я отправился на автобусную остановку.

Мейсон кивнул и молча пошел по дорожке.

— Послушайте, — запротестовал Лунк. — Вы не должны заходить внутрь.

— Я только удостоверюсь, что Франклин Шор все еще там.

— Постарайтесь его не разбудить.

— Конечно, — заверил Мейсон садовника. — Цветы доставят в больницу с минуты на минуту, и миссис Шор может позвонить вам в самое ближайшее время. Когда будете с ней разговаривать, подумайте, как сообщить ей, что у вас имеется для нее послание, не раскрывая его сути.

— Но почему я не могу ей все прямо сказать по телефону?

— Потому что Франклин Шор проснется от звонка и услышит, о чем вы говорите.

— Может, и не проснется. Аппарат стоит рядом с моей кроватью. Я приглушу звук подушкой.

— Прекрасная идея, — одобрил Мейсон, приближаясь к маленькому бунгало. — Кстати, вы можете сообщить ей, что видели меня и что ей следует со мной связаться. Оставьте ей мой номер телефона.

— Хорошо. Это, наверное, сработает. Какой у вас номер?

— Я зайду и напишу его для вас, — пообещал Мейсон.

— Только не создавайте шума, — предупредил Лунк.

— Не беспокойтесь.

— А может, напишете его здесь?

— Это неудобно.

— Ладно, заходите. Только помните: никакого шума.

Лунк на цыпочках поднялся на две ступеньки деревянного крыльца, вставил ключ в замок, бесшумно открыл дверь и щелкнул выключателем. Взору Мейсона предстала небольшая комнатка, обставленная дешевой мебелью. Все указывало на то, что здесь живет одинокий мужчина. Внутри оказалось даже прохладнее, чем на улице. Дом был хрупким строением, и сырость легко проникала сквозь стены. Воздух был затхлым, ощущался застарелый запах табачного дыма, в пепельнице лежал сигарный окурок.

Мейсон нагнулся над ним.

— Его? — спросил он у Лунка.

— Да, — кивнул садовник. — Дорогая, наверное. Хорошо пахла, когда он курил. Я сам курю трубку и сигареты.

Мейсон продолжал рассматривать маленький столик с пепельницей. Рядом с ней оказалась визитка с отпечатанными типографским способом именем и фамилией Джорджа Алберта, под которыми мужским почерком было написано:

«Заходил насчет котенка. Звонил, но никто не открыл. Надеюсь, что все в порядке. Знал, что Хелен волнуется».

Лунк зажег газовый обогреватель.

— Неплохое местечко, — тихим голосом заметил Мейсон.

— Угу, — согласился Лунк. — Вон там — моя спальня. Вторая расположена за ней. Между ними — ванная комната.

— Вам, наверное, стоит закрыть двери между двумя спальнями, чтобы Франклин не услышал телефонного звонка, — предложил Мейсон.

— Прекрасная идея. Мне кажется, что дверь из комнаты Шора оставалась открыта. Свою я закрыл, когда уходил.

Садовник на цыпочках отправился к себе в спальню, Мейсон последовал за ним.

Спальня оказалась маленькой квадратной комнаткой с дешевым комодом, столиком, стулом с прямой спинкой и односпальной железной кроватью с тонким матрацем и прогнувшимися пружинами.

Свет просачивался из гостиной. Мейсон увидел, что дверь в ванную комнату открыта, кровать не убрана, а в центре, во впадине на грязной и мятой простыне спит, свернувшись клубочком, котенок.

Ящики комода были выдвинуты наружу, их содержимое выброшено на пол, дверца шкафа распахнута, а одежда кучей валялась на полу.

Лунк застыл на полпути между дверью из гостиной и кроватью и с удивлением огляделся вокруг.

— Черт побери! — выругался он.

Мейсон прошел мимо садовника через открытую дверь в ванную, а оттуда во вторую спальню.

Она оказалась пуста.

Вторая спальня была еще меньше первой. Окно у дальней стены, выходившее на узкую улочку, оставили широко раскрытым. Грязные кружевные занавески шевелил ночной ветерок. Покрывало на кровати оказалось откинутым в сторону, чистые простыни слегка смяты, на подушке остался след от головы.

Лунк встал рядом с Мейсоном и в отчаянии переводил взгляд с кровати на окно.

— Он сбежал, — уныло сказал садовник. — Если бы я смог добраться до Матильды Шор, пока он еще оставался здесь, она…

Садовник внезапно замолчал, словно испугался, что сказал слишком много.

Мейсон принялся исследовать комнату.

— Двери в ванную комнату оставались открытыми, когда вы уходили? — уточнил он.

— Думаю, что эта — да, а из моей комнаты — нет. Я прикрыл ее за собой.

— А вот эта куда ведет? — Мейсон показал еще на одну дверь.

— В кухню. Из кухни вы можете попасть в гостиную.

— А чтобы попасть в санузел, надо идти через одну из спален?

— Все правильно. Мой дом — это квадратная коробка. Гостиная и кухня — с одной стороны, две спальни — с другой, а ванная комната — между спальнями.

— Я вижу, что дверь в кухню слегка приоткрыта — на дюйм или два, — заметил Мейсон. — Здесь шел котенок. Он оставил следы: запачкал лапки в чем-то белом.

— Действительно…

Мейсон нагнулся и провел пальцем по полу.

— Похоже на муку, — решил адвокат. — Видите, как он шел — из кухни прямо на кровать. Вот тут он остановился, собираясь запрыгнуть. А потом соскочил с другой стороны. Там белого уже значительно меньше.

— Я не думаю, что это мука, — заявил Лунк.

— Почему нет?

— Я держу муку в большой жестяной банке с закрытой крышкой, а дверь в кладовку оставалась закрыта. — Лунк открыл маленькую кладовку. — Я, конечно, не люблю заниматься хозяйством. Я сам себе готовлю что-нибудь попроще, и это меня устраивает. Какой-нибудь придирчивой экономке не понравилось бы, но мне подходит. Банка закрыта крышкой. Иногда я, естественно, что-то просыпаю. Да, похоже, что на полу рядом с банкой есть немного муки. Может, котенок бежал за мышкой или просто играл и измазал лапки. Самый игривый котенок, которого я когда-либо видел. Ничего не боится. Он ведь то стукнется о стену, если погонится за чем-то, или со спинки кресла упадет головой вниз. Крайне беспечный. Или ему не хватает ума, или ничего не боится.

Мейсон продолжал смотреть на муку.

— Если дверь в кладовку оставалась закрыта, то как сюда мог забраться котенок? — спросил он.

Лунк обдумал вопрос.

— Есть только один ответ, — наконец решил он. — Франклин что-то искал и заглянул сюда, а котенок последовал за ним.

— А что вы скажете о выдвинутых ящиках и разбросанной на полу одежде?

— Да, я промахнулся, — уныло признал Лунк. — Шор, наверное, встал сразу же после моего ухода. Обнаружив, что меня нет, он понял, что я отправился к Матильде Шор, чтобы сообщить о его возвращении. Боже, ну почему я позволил ему обвести себя вокруг пальца?

— Вы считаете, что он обыскал дом? — уточнил Мейсон.

— Наверное, раз уж открывал дверь в кладовку и устроил все это на полу.

— Что он искал?

— Понятия не имею.