Эрл Гарднер – Перри Мейсон: Дело о нанятой брюнетке. Дело о неосторожном котенке (страница 46)

— Около трех месяцев.

— Кто еще знает об этом?

— Представители окружной прокуратуры.

— Вы в этом уверены?

— Я сам отвечал на их вопросы.

— Когда?

— Позавчера.

— Благодарю вас, — сказал Мейсон. — Вас вызвали как свидетеля? Вручили повестку?

— Меня — нет. Вызвали владельца ресторана. Вы хотели бы с ним поговорить?

— Нет, в этом нет необходимости, — ответил Мейсон. — Спасибо за информацию. До свидания.

Адвокат увидел изумленный взгляд Дрейка.

— Вот оно! — сказал Мейсон. — Это я и имел в виду! Теперь я понимаю, почему они отправились в отель «Лоренцо» и откуда миссис Винтерс знала, где находятся мусорные бачки. Она работала в ресторане примерно год назад на протяжении трех месяцев.

— Правда? — воскликнул Дрейк. — Да, тогда понятно… А что с револьвером?

— Согласно показаниям Фолсома, она подняла крышку и заглянула внутрь. Но револьвер нашли под толстым слоем мусора. Предположим, она лжет от начала до конца. Предположим, она вовсе не забыла револьвер в квартире, как я и говорил несколько минут назад. Предположим, револьвер был у кого-то другого. Предположим, этот человек позвонил ей и сообщил, что она или он убил Хайнса и бросил револьвер в бак. А кто мог убить Хайнса и рассчитывать потом на помощь Адель Винтерс?

— Ева Мартелл, — сразу же ответил Дрейк.

Мейсон какое время размышлял.

— В принципе может быть и так, Пол. Но я скорее склонен думать, что… Когда там выбрасывали послеобеденный мусор?

— Мы проверили это для тебя. В два часа десять минут помощник повара вышел с большим ведром отходов, которые он выбросил в средний бак. Полиция проверила его, рассчитывая, очевидно, что он ошибся во времени. Хотели заставить его сказать, что он выбросил мусор после двух двадцати. Но парень твердо стоял на своем: точно десять минут третьего. Он уверен в этом, потому что все время смотрел на часы. Он договорился встретиться с девушкой в три часа и не хотел опаздывать на свидание. Ему требовалось убраться на кухне, а потом успеть переодеться. И еще одна странная деталь: он не может поклясться, но ему кажется, что когда он высыпал мусор из ведра, бак был заполнен на две трети. Попробуй понять, что это означает, Перри?! Револьвер должен был быть там до двух десяти, и последний слой мусора, вероятно, прикрыл его. Этот парень очень спешил, поэтому просто поднял крышку и высыпал туда мусор. И пять или десять минут спустя, когда Адель Винтерс заглянула внутрь, она не смогла увидеть револьвер, потому что он был прикрыт мусором.

— Пол, если бы мы могли доказать, что этот револьвер находился в баке в два часа десять минут, то получили бы алиби для Адель Винтерс, — воскликнул Мейсон. — Ведь она приехала в отель не ранее пятнадцати минут третьего. Ты знаешь точное время убийства? Что ты сумел разузнать?

— Патологоанатом, производивший вскрытие, говорит, что это случилось между часом и тремя. Более точно установить время смерти не удалось.

— Ева Мартелл находилась в квартире до без пяти два. Из дома они вышли в четырнадцать одиннадцать. Это значит, что прошло шестнадцать минут с тех пор, как они покинули квартиру, и до того времени, как вышли из здания.

— Посмотрим на дело с другой стороны, — взволнованно сказал Дрейк. — Кто из людей, о которых мы знаем, мог беспрепятственно войти в квартиру — войти спокойно, не возбуждая никаких подозрений? Прежде всего, Хелен Ридли — у нее были ключи. Затем Карлотта Типтон. Она могла постучать в дверь, и Хайнс открыл бы ей. Затем, очевидно, горничная…

— Я бы добавил к этому списку Артура Кловиса, — заметил Мейсон. — Мне кажется, у него все-таки был ключ. Каждый раз, когда в разговоре с ним я затрагивал эту тему, он впадал в панику. Но как это установить, Пол?

— Можно, конечно, что-нибудь придумать и обыскать его квартиру, но это опасно. К тому же если у него и был ключ, то он от него уже избавился.

— А как насчет Хелен Ридли? — спросил Мейсон. — Мы не знаем, где она находилась в момент убийства. Она говорит, что искала Хайнса в ресторане, не застала его там и попробовала разыскать по телефону. Предположим, она разговаривала с Карлоттой и та сказала ей, что Хайнс пошел в квартиру. Нет, Карлотта не сказала бы этого… Если задуматься, Пол, то очень многие люди не могут точно сказать, что они делали между часом сорока пятью и двумя пятнадцатью.

Дрейк согласно кивнул.

— Это вовсе не облегчает моего положения, — слова Мейсона прозвучали мрачно. — Полиция не оставит меня в покое из-за того, что спрятал Еву Мартелл, зная, что она, возможно, связана с убийством. И Мэй Бигли они не оставят в покое из-за того, что сделала ложное заявление, не ведет толком журнал регистрации постояльцев и еще и является сообщницей… Слушай, Пол, вот что мне нужно. Отправь человека с видом мастерового в дом Артура Кловиса. Есть у тебя сотрудник с подходящей внешностью? Пусть наденет рабочий комбинезон, возьмет сумку с инструментом и обойдет несколько квартир, громко объявляя, что работает в мастерской по изготовлению ключей и собирает для переделки старые ключи. Вели ему, чтобы платил пять центов за штуку.

— Но ведь нельзя сделать новый ключ из старого, Перри. Ты сам отлично знаешь об этом.

— Я-то знаю, — подмигнул Мейсон. — А Кловис — мечтатель. И не слишком быстро соображает. Поставь себя на его место. Мужчина, который выглядит как обычный слесарь, звонит в двери и говорит, что собирает старые ключи. У него открытая сумка, до половины набитая старыми ключами, и он платит по пять центов за штуку. Предположим, у Кловиса есть ключ, который прожигает у него дыру в кармане. Теперь есть шанс от этого ключа избавиться. Он не будет тратить время на расспросы этого человека. Бросит ключ в сумку, возьмет свои пять центов и решит, что ему здорово повезло. Проблема решена!

— Что у моего парня должно быть в сумке? — спросил Дрейк. — Мне не удастся быстро собрать много ключей…

— Положи в сумку немного гаек, — сказал Мейсон. — Или чего угодно, лишь бы грохотало и звенело.

— Хорошо, Перри, я попробую. Может, и сработает.

— Тебе нужно будет заняться этим сразу же, — сказал Мейсон, посмотрев на часы. — Время летит чертовски быстро.

— Могу устроить это за час…

— Это очень долго, — перебил Мейсон. — Даю тебе полчаса.

— Если бы я сказал, что мне нужно полчаса, ты потребовал бы, чтобы я управился за пятнадцать минут. Выпусти меня отсюда, Делла, я возьмусь за работу, пока он не придумал еще чего-нибудь.

Дрейк больше не казался медлительным и не растягивал слова, наоборот, его длинные ноги шагали очень быстро. Он пересек кабинет и резко распахнул дверь. Когда Пол Дрейк исчез за дверью, Мейсон посмотрел на секретаршу и сказал:

— Ты можешь не ждать, Делла.

— Я останусь на работе, — улыбнулась она. — Может быть, у тебя появится какая-нибудь новая идея.

— Хотелось бы, — невесело усмехнулся адвокат. — Есть в этом деле какой-то очень важный момент, который все время ускользает от меня.

Мейсон вновь принялся мерить кабинет шагами.

— Шеф, я слышу звонок в приемной, ответить?

— Если это клиент, скажи, что меня нет.

Делла прошла в приемную и через минуту вернулась:

— Это Кора Фельтон, шеф. Говорит, что должна обязательно что-то с тобой обсудить, и это очень важно. Я переключила ее на твой аппарат.

Мейсон поднял трубку телефона, стоявшего у него на письменном столе.

— Алло, Кора, что случилось?

— Извините, мистер Мейсон, мне так неудобно. Я…

— Все в порядке. Я все равно сижу здесь и работаю над делом.

— Нет, я не это имела в виду. Мне неудобно из-за того, что случилось.

— Что именно?

— Боюсь, я поступила неправильно, попросив, чтобы вы защищали тетку Адель. Я говорила вам, что ей не всегда можно верить, но не предполагала, что она может пойти на…

— Говорите сразу, в чем дело, — перебил Мейсон. — Не надо оправдываться и извиняться.

— О, мистер Мейсон, я даже не знаю, как вам сказать…

— Просто скажите.

— Я только что была у тетки Адель, мне выдали пропуск. Она сказала мне, что то, что она говорила вам раньше, было неправдой. То есть не совсем правдой.

— О чем?

— О бумажнике Хайнса.

— Вы что, хотите сказать, что она взяла бумажник у мертвого Хайнса, когда осматривала тело? — застонал Мейсон.

— Я… я не знаю, мистер Мейсон.

— Что именно она сказала вам?

— Что взяла бумажник позже. Все происходило так, как она вам говорила, но бумажник она нашла тогда, когда вернулась в квартиру. Мы с ней говорили о том, как вы великолепно ведете дело, о вашем отношении к нам. Она расплакалась и сказала, что чувствует себя ужасно.

— Где вы сейчас? — спросил Мейсон.

— В магазине, приблизительно в двух кварталах от ратуши.

— Возьмите такси и приезжайте ко мне в контору, — потребовал Мейсон. — Успеете, если поторопитесь. Я должен поговорить с вами до того, как предстану перед Большим жюри.