Эрл Гарднер – Дело заикающегося епископа (страница 26)

— Ну и потом, не исключено, что есть еще кто-то, кто заинтересован в этом деле и тоже намеревается вмешаться, чтобы урвать кусок от сладкого пирога, — задумчиво добавил Мейсон.

— Это уже не так очевидно, но, возможно, ты окажешься прав! Это дело — самая благодатная почва для шантажиста. Надо сказать, что ни старик Браунли, ни Джексон Ивс не принадлежали к категории разинь и глупцов. Например, ни в одной из газет не было сообщения, когда девушка перебралась в дом деда. Без лишнего шума приехала к нему и стала там жить, позднее Браунли весьма буднично объявил, что девушка его внучка. И уж некоторое время спустя в отделе великосветской хроники стали появляться заметки о том, как она проводит время на Палм-Спрингс или в других модных местах, где собирается золотая молодежь.

Мейсон медленно наклонил голову.

— Она где сейчас? В доме деда?

— Нет, она уехала из дома сегодня утром и перебралась в отель «Санта-дель-Риос». Ты понимаешь, что такое юное существо не желает оставаться в доме после подобной трагедии.

— Это она так говорит! — заметил Мейсон.

— Да, это она так говорит, — подтвердил Пол Дрейк.

— Можно предположить, — продолжал развивать свою мысль адвокат, — она перебралась в отель и потому, что там гораздо легче встречаться и переговариваться по телефону с теми людьми, которые очень заинтересованы в том, чтобы ее не замешали в дело об убийстве Браунли.

Дрейк чихнул, вытер нос и сказал:

— Я установил за ней наблюдение.

— Превосходно!

Мейсон принялся расхаживать по кабинету, на его лбу резко обозначились продольные складки. Пару раз он с сомнением качал головой, потом остановился посреди комнаты, широко расставив ноги и уставившись невидящими глазами на детектива.

— Это нас никуда не приведет, — произнес он наконец. — Понимаешь, Пол, это такая сеть, которая изловит всю мелкую рыбешку, но свободно пропустит крупную.

— О чем ты?

— Если она находится в отеле и какой-то человек намеревается повидаться с ней, то этот человек либо детектив, либо он из тех людей, с которыми был связан Ивс при жизни. Иными словами, ему известны методы работы сотрудников детективного агентства. Он уверен, что за девицей установлено наблюдение. Ну и он изобретет нечто такое, чтобы слежка не принесла нам никаких результатов. Хотя бы в отношении его самого.

— Так все напрасно? — разочарованно протянул Пол Дрейк. — Ну, черт побери, что же делать дальше?

Мейсон помолчал потом повернулся к Делле Стрит и спросил:

— Делла, не могла бы ты достать тюбик краски для волос, который придаст им красновато-рыжий оттенок?

— А зачем?

Мейсон усмехнулся:

— Ты могла бы войти в квартиру мисс Ситон, как если бы она принадлежала тебе, упаковать чемоданы и перебраться с ними в гостиницу?

Дрейк насторожился:

— Мне кажется, это весьма опасно…

Мейсон, продолжая говорить монотонным тихим голосом человека, выражающего вслух свои мысли, уверенно прервал детектива:

— Опасно проникновение в жилище без разрешения владельцев, взлом замка, мошенничество и еще кое-какие вещи, если только удастся доказать преступные намерения этого человека. Если же этого доказать не удастся, тогда ничего особенно страшного в таких действиях нет.

— Но что ты этим выиграешь? — спросил Дрейк.

— Если те парни, которым поручено наблюдение за домом, наняты человеком, заинтересованным в получении доли наследства, полагающейся Ивсу, то им не может быть ничего известно о Дженис Ситон, помимо словесного портрета, а это сводится к изящной фигуре и рыжим волосам. Как только они заметят женщину, более или менее отвечающую этим приметам, которая выйдет из квартиры мисс Ситон, они станут действовать по теории, что два и два всегда четыре, и не предложат ей пройти с ними в полицию для подтверждения ее личности.

Гарри Каултер беспокойно заерзал на стуле:

— Нельзя заранее сказать, каковы их намерения, Мейсон. С одной стороны, вроде бы вы и правы, но…

Он замолчал, не договорив фразы, и ограничился тем, что пожал плечами.

Делла Стрит подошла к стенному шкафу, чтобы достать из него свое пальто и шляпу.

— Мне потребуется часа два, шеф, чтобы выкрасить волосы и уложить их, — сказала она деловито и вышла.

Мейсон кивнул. А Дрейк и Гарри, не скрывая своего восхищения, молча посмотрели ей вслед.

Глава 10

Мейсон в ожидании стоял перед зданием отеля и с хмурым видом посматривал на свои ручные часы. Он закурил сигару и нервно зашагал огромными шагами вдоль узкой полосы тротуара. Когда сигара была до половины выкурена, из-за угла вынырнуло такси с небольшим чемоданчиком, прикрепленным к багажнику ремнями.

Мейсон бросил взгляд на машину, выбросил недокуренную сигару в мусорный ящик; он убедился, что из такси вылезает Делла Стрит, темные волосы которой стали рыжевато-медного цвета.

Мейсон повернулся, вошел в вестибюль и успокаивающе кивнул дежурному за стойкой:

— Не волнуйтесь, ключ у меня.

Поднялся на лифте на десятый этаж и отомкнул дверь номера 1028. Заперев дверь, он придвинул к ней стул, влез на него и встал так, чтобы видеть через окошко над дверью, вход в номер 1027, расположенный напротив.

Через несколько минут раздались звук открывающегося лифта, быстрые шаги по коридору и легкое попискивание ручки чемодана. Было видно как перед соседней дверью остановились Делла Стрит и портье, несший в обеих руках ее багаж

— Вот ваша комната, которую вы забронировали. Если она вам не понравится, мы ее обменяем.

— Я не сомневаюсь, что номер мне понравится. Мне рассказывали о вашем отеле. Здесь когда-то останавливалась моя приятельница.

Портье открыл дверь и отступил в сторону, пропуская вперед Деллу, сам зашел следом и внес чемоданы. Минутой позже туда же прошел и носильщик с большим чемоданом.

Через какое-то время Мейсон увидел, как портье и носильщик вышли из номера в коридор с довольными улыбками на физиономиях, осторожно прикрыв за собой дверь.

Последовало долгое утомительное ожидание. Мейсон переминался с ноги на ногу, меняя позицию тела, курил сигары, раздавливая окурки там же наверху о раму.

Но вот снова хлопнула дверь лифта, и адвокат напряженно прислушался, превратившись в неподвижное изваяние. В коридоре раздались быстрые шаги. По их звуку, отражающемуся от ковровой дорожки, казалось, что человек не шел, а крался.

Человек постоял перед дверью Мейсона,  потом круто повернулся и постучал в дверь 1027.

Голос Деллы Стрит:

— Кто там?

— Электрик, проверить проводку.

Делла Стрит отворила дверь. Человек, не говоря ни слова, вошел в комнату.

Дверь за ним закрылась излишне шумно.

Мейсон докурил сигарету и взглянул на часы.

Секунды, тикая, превращались в минуты.

Минут через пять Мейсон закурил было новую сигару, но, сделав пару затяжек, отбросил ее: из номера напротив до него донесся какой-то приглушенный удар, напоминающий падение тяжелого предмета.

Мейсон соскочил на пол, стул при этом отъехал на середину комнаты, посланный туда сильным толчком руки, распахнул дверь в коридор, перелетел его и нажал на ручку двери номера 1027.

Дверь была заперта.

Мейсон отошел назад, пригнул плечо и с разбегу ударился всем своим весом на створку двери. Дерево затрещало, замок не выдержал натиска, створка открылась, повиснув на петлях.

Мейсон ворвался в комнату.

В глаза ему бросились пара отчаянно брыкающихся женских ножек и широкие плечи мужчины, навалившегося на тоненькую сопротивляющуюся фигурку. На диван-кровати боролась Делла, мужчина прижимал толстое одеяло к ее лицу, заглушая крики, и тем самым душил ее.

Он, услышав грохот, вскочил на ноги, повернулся лицом к Мейсону, и яростно, хрипло, громко крикнул:

— Назад!

Рука мужчины метнулась в задний карман брюк и выхватила сине-черный пистолет.

— Ни с места! — предупредил он Мейсона.

Делла Стрит избавилась от одеяла. Мейсон взглянул в страшное темное отверстие, которым заканчивался револьвер тридцать восьмого калибра, — до него метра два.