Эрл Биггерс – Если дверь без замка… (страница 8)
– Это недалеко, – объяснил Джону высокий приветливый американец. – Вам надо вернуться на Кинг-стрит, затем пройдете направо, повернете
– Простите, куда повернуть?
– А, так вы
В управлении выяснилось, что мистер Чан сейчас обедает в ресторане «Олл Американ». По дороге туда Джон отправил телеграммы в Бостон – матери и Агате Паркер, причем Агате – исключительно из чувства долга: сама мысль написать невесте вызвала у него сильнейшее неприятие.
Войдя в ресторан, Джон с удивлением обнаружил, что в заведении с таким названием единственным американцем оказался он сам. Юноша сразу заметил Чарли Чана за одним из столиков. Увидев молодого человека, китаец встал и отвесил ему церемонный восточный поклон.
Джон перешел сразу к делу. Он вынул из кармана газету и пересказал содержание недавней беседы с мисс Минервой.
– Ваша тетушка необычайно мудра, – произнес китаец. – Это и в самом деле может оказаться очень важным. Надо как можно скорее достать целый экземпляр этого номера.
– Кстати, Чан, вы позволите мне помогать вам в расследовании? Все-таки убитый является моим родственником.
– Буду чрезвычайно польщен участием гостя из Бостона, жителей которого отличает высочайший культурный уровень, – с восточным поклоном ответил сыщик.
– Скажите, у вас есть какая-то версия?
– Для этого еще слишком рано, – покачал головой китаец.
– Но может быть, на газете обнаружатся отпечатки пальцев, которые наведут нас на след преступника?
– Главное – установить мотив, побудивший кого-то совершить это жестокое убийство. Рассмотрим, какими средствами мы располагаем в данный момент. Книга отзывов, из которой страница. Далее: газета. Кто знает, может быть, ее порвали в гневе? Окурок папиросы «Корсика», часы на руке убийцы, на циферблате которых недостает цифры 2. Согласитесь, не так уж и мало.
– Неплохая коллекция, – иронично заметил Джон.
– Не могу с вами не согласиться, – снова кивнул Чан. – Возможно, что-то из этих следов приведет нас к разгадке. И, разумеется, нельзя сбрасывать со счетов интуицию, которая нередко рождает гениальные прозрения. Должен заметить, у вас имеются все задатки сыщика…
Неожиданно в дверях ресторана возникла какая-то суматоха. В зал ввалился Боукер в сопровождении какого-то темнокожего юноши. Стюард был пьян до полного бесчувствия. Джон поспешно отвернулся, чтобы не афишировать знакомство с ним, но Боукер раскачивающейся походкой двинулся прямо к нему.
– Рад тебя видеть! Увидел тебя в окно и решил лично поприветствовать. Как поживаешь?
– Хорошо, благодарю вас.
– Нам непременно надо выпить за встречу! – воскликнул Боукер, жестом подзывая кельнера.
– Нет, не сейчас, – попробовал отговорить его Джон. – И потом, вы же сами меня предупреждали насчет коварства местных напитков.
– Кто предупреждал, я?!! – изумился стюард, теряя равновесие и едва не упав. – Это был не я, а кто-то другой.
– Пойдем, тебе пора на службу, – тихонько произнес спутник Боукера, теребя его за рукав.
– Отвяжись! – заорал на него Боукер. – Я что, не имею права посидеть со старым приятелем? Отстань, кому говорю!
Но юноша не оставлял своих попыток:
– Пойдем, ты же видишь, здесь ничего приличного не подают. Я знаю одно славное местечко.
– Ладно, идем! – согласился наконец пьяница. – Уинтерслип, друг, пошли с нами, не пожалеешь!
– Нет-нет, в другой раз.
– Ну и ладно! – заплетающимся языком произнес Боукер, выходя на улицу.
– Это стюард с «Президента Тайлора», – объяснил Джон удивленному китайцу.
– Прошу меня извинить, – ответил сыщик, – но сейчас я вынужден вас покинуть. Для меня будет большой честью работать с вами. Уверен, вместе мы достигнем блестящих результатов.
После его ухода Джон вдруг ощутил себя одиноким путником, оказавшимся в совершенно чужой стране. Под влиянием этого чувства он подошел к газетному киоску и попросил свежий номер «Атлантик». Но ему смогли предложить лишь июньский номер. Июльский еще не успели доставить в Гонолулу.
Глава XI
Потерянная брошь и найденный вексель
Барбара проводила все время в своей комнате, не выходя даже к обеду, поэтому Джон и мисс Минерва по-прежнему обедали вдвоем.
– Смотрите, тетушка, как я хорошо овладел здешним языком. Я –
– Ты просто молодец!.. Эмос, как хорошо, что вы пришли! Я так беспокоюсь, чтобы при расследовании не всплыли сведения, которые могут скомпрометировать покойного…
– И еще какие! – подтвердил тот.
– Поэтому мы, Уинтерслипы, должны приложить все силы, чтобы этого не произошло. Поймите, это делается прежде всего ради Барбары. Поэтому я кое-что не сообщила полицейским.
– Тетя! Как вы могли! – воскликнул Джон, вскакивая с кресла.
Эмос бросил на мисс Минерву возмущенный взгляд.
– Успокойтесь вы, наконец! Эмос, что тебе известно о той женщине, чье имя связывают с Дэном?
– Этой Эрлин Комтон? Ничего нового – за исключением того, что в последнее время ее часто видели в компании некого субъекта по фамилии Летерби. На редкость подозрительный тип! Дэну это было чрезвычайно неприятно.
– Эмос, знакомо ли тебе вот это? – спросила мисс Минерва, подавая собеседнику старинную брошь в виде бриллиантового дерева на фоне большого оникса.
– Разумеется, знакомо. В восьмидесятые годы Дэн привез с островов целую коллекцию драгоценностей. В комплекте с этой брошью шли еще серьги и браслет. Дэн никому из родственников не позволял их надевать… А совсем недавно я ее снова увидел. Пресловутая Эрлин Комтон пришла к нам в контору оплатить аренду своего дома, и брошь была на ней. Поразительная наглость! Но откуда она у тебя?
– Камаикуи нашла ее на полу ланай до того, как пришла полиция.
– Но тетя! – вскричал Джон. – Это недопустимо! Я должен немедленно отдать эту брошку Чану. Нельзя же воображать себя Шерлоком Холмсом в юбке!
– Я бы предпочла сперва поговорить с этой Эрлин Комтон: вдруг вещица связана с чем-то из темного прошлого Дэна… Кто из вас возьмет на себя эту миссию?
– Давайте я, – торопливо произнес Джон, опасаясь, что тетушка отправится к Эрлин лично, – учитывая характер его родственницы, от этого визита можно было ожидать самых непредсказуемых последствий.
Два часа спустя он выходил от Эрлин Комтон, узнав все, что ему было нужно. Дэн Уинтерслип выражал крайнее недовольство тем, что мистер Летерби остановился в ее доме, и дал ему триста долларов, чтобы тот как можно скорее отбыл в Австралию. После он потребовал, чтобы Эрлин вернула брошь, что она и сделала с большой неохотой.
Джон решил немедленно поделиться информацией с Чаном. Он вышел на Калиа Роад и увидел уже знакомый отель «Рифы и пальмы». Зайдя туда, чтобы воспользоваться телефоном, он буквально в дверях столкнулся с Карлоттой.
– Как ваши дела?
– Папу задержали до выяснения обстоятельств. Его можно освободить под залог, но до недавнего времени я считала, что у меня нет денег. И вот что нашлось в папиных бумагах!
Девушка протянула ему вексель на пять тысяч долларов, оформленный на предъявителя и подписанный Дэном Уинтерслипом.
– Посмотрите на дату, вексель дан за день до убийства. Это ведь важно, не правда ли?
– Разумеется, – ответил Джон. – Какой смысл вашему отцу убивать Дэна? Ведь в этом случае он не получит денег по векселю! Думаю, это доказательство его полной невиновности. Когда вы увидитесь с отцом?
– Завтра. Я принесу полиции этот вексель, и они ту же отпустят папочку!
– А как ваши арифметические расчеты? Если столкнетесь с какими-нибудь трудностями, прошу безо всякого стеснения обращаться ко мне. А сейчас я должен спешить.
На веранде им встретился один из постояльцев – худощавый господин, который немилосердно сутулился, отчего его голова казалась буквально вдавленной в плечи.
– Вы нашли наконец вашу пропажу, мистер Сэлэдин? – участливо спросила его Карлотта.
– Я самый невезучий человек на свете, – прошамкал тот, мелкими шажками направляясь в свою комнату.
– Вот бедняга, – сказала Карлотта в ответ на вопросительный взгляд Джона. – Это же надо: потерять в море вставную челюсть. Теперь ищет ее целыми днями… А все вокруг вместо сочувствия только потешаются над ним.
На прощание Джон задержал в своей руке прелестную ручку Карлотты чуть дольше, чем требовала обычная учтивость. Молодой человек заметил, что в черных глазах девушки вспыхнул ласковый огонек.
Вернувшись домой, Джон застал в гостиной мисс Минерву и Чана, чинно сидящих друг напротив друга. Увидев Джона, китаец встал и вежливо раскланялся.
– Ну вот, ты можешь наконец успокоиться, – невозмутимо произнесла мисс Минерва. – Я сообщила мистеру Чану то, что утаила ранее. И он любезно меня простил… правда, после небольшого выговора.
– Чрезвычайно польщен был все это услышать, – заметил сыщик с лукавой улыбкой. – Должен признаться, что весть о вашем недавнем визите, мистер Уинтерслип, дошла до меня сразу же, как только за вами закрылась дверь дома вайкикской вдовы.
– Но как, черт побери? – не выдержал Джон.