Эрин Крейг – Дом корней и руин (страница 8)

По спине пробежал холодок. На мгновение я представила, как это происходит, как я хватаюсь за грязные железные прутья решетки и умоляю выпустить меня.

– Но ты ведь вытащила бы меня оттуда… или нет?

– Для чего? – хмыкнула она, распаляясь все сильнее. – Новости о твоем заключении в лечебницу распространились бы по всему королевству. А теперь напрягись и подумай, как тебе жилось бы после этого. Никому не нужна сумасшедшая невеста или сумасшедшая жена, которая родит таких же сумасшедших детей. Твоя жизнь была бы просто перечеркнута.

Я снова попробовала бренди, но так и не смогла проглотить из-за спазма в горле – только обожгла рот.

– А потом… Это все обрушилось бы на нас. Поползли бы слухи. Сплетни. А что еще видят остальные сестры Фавмант? Ты бы хотела такой участи для Мерси? Онор? Марины и Элоди? Все, что мы делаем, в итоге возвращается тем, кто нас любит. Подумай о них, Верити! Подумай об их будущем. Прошу тебя!

Я уже начала было кивать и соглашаться, как и всегда, но вовремя остановила себя.

– Это ты сумасшедшая, – прошептала я. – Вся эта история – полный бред. Никакие это не привидения. Никакие не призраки, желающие предупредить меня о грядущих бедах. Всей этой ерунды не существует.

Камилла с опаской наблюдала за мной, как за диким животным, способным разорвать ее в клочья.

– Но они есть.

– Откуда ты знаешь? Ты говоришь, что не видишь их. Если я единственная, кто видит, и я не могу назвать их призраками…

Я снова расхохоталась. Какой же абсурдный разговор! Мы выглядели как актеры, читающие текст плохой пьесы с причудливыми диалогами.

– Ты бы уж постаралась! Две девушки в рыжих париках, бродящие по дому в старых ночных рубашках Ленор, – это как-то слабовато. Если бы кому-то в самом деле являлись призраки, то человек понимал бы это. Однозначно.

Камилла замерла и холодно посмотрела мне прямо в глаза.

– Уверена?

Я кивнула.

– Роланд! – громко позвала Камилла.

В комнату вошел дворецкий, по-прежнему одетый в костюм, несмотря на поздний час.

– Слушаю, мадам.

– Вы не могли бы позвать к нам Ханну?

Роланд вытянул шею и прищурился.

– Мадам?

– Ханну Уиттен, нашу старую няню.

– Я… я помню, кем она была, мадам.

Роланд, кажется, не собирался идти за ней. Его слова поразили меня, словно удар молнии. Была…

Но Камилла не собиралась останавливаться.

– Вы могли бы позвать ее, пожалуйста? Для Верити.

Роланд окинул нас встревоженным взглядом.

– Я не понимаю, миледи. Ханны Уиттен нет в живых уже двенадцать лет.

6

КАП. КАП.

Кап, кап, плюх.

Вода капала в ванну, оставляя круги, и они снова и снова разбивались о мою кожу. Не знаю, как долго я просидела в ванне голышом, дрожа от холода. Вода давно остыла, и капли на коже напоминали по ощущениям кристаллики льда. Мыльной пены уже тоже не осталось. Я сидела, обняв свои худые коленки; мерный стук капель, эхом отражавшийся от стен с изумрудной плиткой, убаюкивал меня, и я постепенно теряла связь с реальностью.

Как же мне хотелось сбежать подальше от Роланда и его абсурдных заявлений! Подальше от Камиллы. Подальше от призраков, в существование которых я даже не до конца верила. Подальше от Хаймура. Туда, где буду только я. Я. Я и вода. Я и подтекающий кран.

Кап. Кап.

Кап, кап, плюх.

Кап. Кап. Кап, кап – скри-и-и-и-ип.

Я застыла, и мышцы сковал мучительный ужас. Звук оторвал меня от размышлений и вернул в настоящее. Туда, где было слишком холодно, слишком темно и в темных глубинах ванной скрывалась пугающая неизвестность. Что-то наблюдало за мной. Ждало меня. По коже пробежали мурашки, и напряжение стало невыносимым: я заметила, как дверная ручка в виде морского конька повернулась и кто-то дернул ее с другой стороны.

Может, кто-то из моих усопших сестер решил меня навестить на ночь глядя? Интересно, как они выглядят вблизи? Я представила страшные лица и ухмылки с острыми клыками, пряди ярко-рыжих волос, струящиеся по их телам, как реки крови, белые, как молоко, глаза.

Дверная ручка в виде морского конька повернулась, замок щелкнул, и дверь медленно распахнулась. Я затаила дыхание.

На мгновение мне показалось, что там никого нет.

– Ро… Розалия? – прошептала я, сжавшись от страха. Сердце отчаянно колотилось, и стук крови в ушах, пожалуй, мог заглушить любой ответ с той стороны.

С Той Стороны.

Но тут в дверном проеме появилась Ханна с полным подносом различных видов мыла и масел для волос и полотенцем, перекинутым через руку.

– Вы что-то сказали, душенька? – спросила она ясным голосом. Это была именно она, во плоти, здесь и сейчас.

В голове снова прозвучали нелепые слова Роланда, и мне захотелось засмеяться. Неужели они с Камиллой считали меня настолько глупой? Наверное, они планировали уволить Ханну на следующее же утро и отнять у меня последнее утешение, чтобы осуществить свои коварные и в то же время смехотворные планы.

– Я так и думала, что вы здесь, – сказала Ханна, поставив поднос и раскладывая предметы на мраморном столике. – Я слышала о… ссоре… и пошла к вам в комнату, чтобы проведать вас. Там никого не было, поэтому я решила, что вы будете либо на берегу, либо здесь.

Она повернулась, опустила пальцы в воду, недовольно цыкнула, оценив температуру, и открыла кран с горячей водой. Я вздрогнула от скрипа металла и стиснула зубы. Абсурдное заявление Роланда по-прежнему не давало мне покоя, хоть я и осознавала всю его нелепость.

– Если вас что-то беспокоит, вы всегда идете к воде.

Она слегка пощекотала мне шею, и несколько мокрых прядей прилипло к ее бледной, как креповая бумага, коже. К моему собственному удивлению, это вызвало у меня внезапный прилив радости. Призрак не смог бы сделать такое. Призрак не смог бы сделать ничего из того, что делает Ханна.

– Ханна… – начала я, но тут же замолкла.

В одно странное пугающее мгновение мне показалось, что она мерцает, будто пламя догорающей свечи. Если бы я моргнула, я бы ничего не заметила.

– Да?

И снова это мерцание. Я крепко зажмурилась и нырнула под воду, только бы не слушать ее болтовню. Внезапно мне стало жутко от мысли, что ее не будет рядом, когда я снова открою глаза. Ее не будет рядом, потому что Ханны Уиттен нет в живых уже двенадцать лет.

Теперь, когда я лежала в воде и не слышала ничего вокруг, слова Роланда звучали отчетливее и громче. Я не торопилась выныривать, но жжение в легких постепенно становилось невыносимым. Нужно подняться и вдохнуть. Скорее вдохнуть!

– Как вы думаете?

Ханна терпеливо смотрела на меня в ожидании ответа на вопрос, который я не слышала.

– Что? – прохрипела я.

– Думаю, сегодня лучше взять лаванду, не так ли? Расслабить разум. Спокойно уснуть.

– Как…

Я не могла подобрать нужных слов. Это полный абсурд. Ханна стояла передо мной. Здесь и сейчас. Ханна… Ханны Уиттен нет в живых уже двенадцать лет.

Нет! Она открывала двери, носила подносы. Я ощущала ее прикосновения. Она не призрак.

– Ты слышала… как мы ссорились? – спросила я наконец.

Ханна покачала головой и выдавила в ладонь немного масла. Затем она смочила мне волосы и принялась массировать кожу головы, время от времени отделяя длинные пряди. Воздух наполнился ароматом лаванды. Я четко ощущала давление ее пальцев.

– Ханна? – Я подняла глаза и попыталась ухватить няню за запястье, чтобы остановить назойливые движения. Мои пальцы прошли сквозь ее руку.

Ханна удивленно посмотрела на меня.