Эрин Хантер – Первые испытания (страница 42)

— Воруешь на МОЕЙ территории?! — заревел медведь и с такой силой пихнул Лусу, что она кубарем покатилась по земле. Но этого гризли показалось мало. Он поднялся во весь свой чудовищный рост и навис над распростертой на земле Лусой. Она увидела распахнутую красную пасть, острые длинные зубы и злобные маленькие глазки, сверкающие из-под спутанной бурой шерсти.

— П-простите, — пролепетала Луса, вскакивая с земли. — Я не хотела…

Медведь с ревом опрокинул ее и с силой прижал лапой к земле. Острые когти ужасного зверя глубоко впились в шкуру Лусы, и она вдруг почувствовала, что не может вздохнуть. Медведь склонился над ней и прошептал, обдавая ее гнилостным дыханием своей ужасной пасти:

— Выходит, ты теперь моя добыча!

Глава XXVII

ТОКЛО

Зябкий ночной ветер перебирал шерсть Токло, но он не замечал холода. Он смотрел на одинокую звезду, сиявшую в небе между двумя высокими утесами. Наверное, она сейчас смеется над ним… Эх ты, гордый, независимый Токло! Хвастался, что будешь жить один, а сам посадил себе на загривок глупого рыбоголового слабака по имени Уджурак!

Маленький медвежонок поспешно вывел Токло из долины и весь день уверенно семенил впереди, как будто твердо знал, куда идти. Зачем же тогда он говорил, что не знает дороги? Сейчас была уже глубокая ночь, но странный медвежонок и не думал останавливаться. Токло поскользнулся на осыпи щебня, и мелкие камешки с грохотом покатились вниз по склону. И тут Токло не выдержал. Он злился на собственную неуклюжесть, его бесило то, что он целый день покорно плетется следом за Уджураком, вместо того, чтобы идти своей дорогой. Хватит с него! Он остановился и оскалил зубы.

— Что случилось? — бросился к нему Уджурак. Он обежал вокруг Токло и смешно высунул язык, словно хотел поиграть, но Токло отстранился. Он совсем не знал этого медвежонка и не доверял ему, с какой стати он станет с ним играть? Неизвестно еще, кто он такой… Вдруг он и правда плосколицый? Начнешь с таким бороться, а он вдруг превратится, и в лапах у тебя окажется скользкий противный плосколицый. Фу, гадость какая!

— Куда ты идешь? — ворчливо спросил Токло. — Я думал, мы должны подниматься на гору, пока не дойдем до следующей долины. В верховьях охота лучше, и плосколицых там нет, я хочу там обосноваться.

— Ну конечно, — легко согласился Уджурак. — Хочешь, пойдем через гору? Вообще-то, я иду на звезду, но ведь можно идти за ней и по склону горы.

С этими словами он задрал морду в небо, и Токло с невольным раздражением понял, что Уджурак говорит о его одинокой звезде.

— Значит, ты идешь за этой звездой? — проворчал он. — Почему именно за ней?

— Не знаю, — признался Уджурак. — Я просто чувствую, что так надо. Из всех звезд на небе только она зовет меня за собой.

Токло почувствовал укол ревности. Это была его звезда, и он не собирался делить ее ни с кем на свете.

— Ладно, об этом мы еще поговорим, а сейчас надо устраиваться на ночлег. Мне нравится вон то место, между двумя камнями.

— Лучше не придумать! — легко согласился Уджурак, пошевелив ушами. Токло молча подошел к камням и улегся на сухую землю между ними. Сворачиваясь клубочком, он вдруг заметил, что теперь ему требуется немного больше места, чем раньше, когда он спал в берлоге вместе с Тоби. Выходит, он незаметно для себя подрос!

Уджурак устроился рядом и положил подбородок на переднюю лапу Токло, словно они были братьями, рожденными в одной берлоге. Пока Токло размышлял, спихнуть его или оставить в покое, Уджурак закрыл глаза и уснул.

— Отлично, — процедил Токло. Он поднял голову и нашел в небе сверкающую одинокую звезду. Это его звезда, и всегда будет только его — одинокая, гордая и сильная. Как только Токло увидит, что Уджурак и без него не пропадет, он бросит его и снова будет жить сам по себе.

Когда Токло проснулся, было уже светло, и утреннее тепло просачивалось сквозь щель между камнями. Токло перевернулся на спину и как следует потянулся. Во рту у него все пересохло, а шкура странно отяжелела, будто он целый день таскал на спине еще одного медвежонка…

Еще одного медвежонка? Токло поспешно открыл глаза и поискал Уджурака. Куда подевался этот глупый медвежонок? Токло сел и почесал лапой нос. А вдруг он опять превратился в плосколицего?

Словно в ответ на его сомнения послышался шорох мелких камней, и Уджурак просунул голову в щель между камнями. Токло перевел дух — по крайней мере, его странный попутчик остался медведем! Может быть, Уджурак просто немного чокнутый, вот и придумывает всякие глупости? Ну кто поверит, что плосколицый и гризли могут жить в одном и том же медвежонке?

— Чего тебе? — грубо спросил Токло.

— Ничего, — улыбнулся Уджурак. — Я просто проснулся рано и решил поискать червяков или еще какую-нибудь еду. Корешки тоже бывают вкусные, правда?

— Ничего умнее не придумал, как рыть прямо под камнем? — проворчал Токло, вылезая на солнышко. — А что если бы он свалился мне на голову?

«Я ворчу на него, совсем как Ока», — невольно подумал он, и ему вдруг стало стыдно.

— Ой, не говори так! — ахнул Уджурак, и с неподдельным ужасом посмотрел на скалу, будто увидел под ней лежащего Токло с расплющенной головой. — Прости меня, я не подумал!

Токло только фыркнул и побрел вдоль гребня горы. Отсюда видны были зеленые луга следующей долины, а дальше вздымались горы, высокие и горбатые, как спины гигантских медведей. Токло даже язык высунул и заскреб когтями по земле от нетерпения. Только бы там была хорошая река!

Уджурак подошел к нему.

— Почему ты один? — спросил он, забегая вперед. — Где твоя мама?

Токло помедлил с ответом. Он не хотел рассказывать медвежонку печальную историю о своей матери, или о брате, который умер далеко отсюда.

— Это долгая история, — буркнул он. — А ты-то сам откуда взялся?

— Я точно не знаю… но маму я помню, — с готовностью ответил Уджурак. — Она была большая и добрая, и мне было очень хорошо спать у нее под боком.

— Значит, ты все-таки медведь, — решил Токло. — Плосколицые так себя не ведут.

— Может быть, ведут? — предположил Уджурак. — Со своими детенышами?

Они подошли к самому краю горы, и перед ними открылась прекрасная долина. Густые деревья зеленой волной взбегали по склонам к заснеженным вершинам. Токло принюхался и учуял запах медведя-гризли. Он насторожился и начал осторожно спускаться к деревьям с другой стороны, чтобы избежать нежелательной встречи.

Уджурак вдруг зажмурился и начал раскачивать головой из стороны в сторону.

— А теперь ты что делаешь? — недовольно проворчал Токло.

— Ищу звезду, — ответил Уджурак, не открывая глаз. — Хочу убедиться, что мы идем правильным путем, — добавил он и задрал морду к небу.

Токло с размаху ударил лапой по большой ветке, валявшейся на земле, и стал смотреть, как она прыгает вниз по склону. Неужели Уджурак знает, где его звезда? Даже днем? Это нечестно! И ужасно глупо.

— Все хорошо! — нарушил его размышления Уджурак. — Ты прав, мы идем в нужную сторону.

— Без тебя знаю, — проворчал Токло. Разумеется, этот пустоголовый медвежонок выбирает дорогу, полагаясь на всякие глупости, вроде подсказок невидимых звезд! Разве ему придет в голову проверить, нет ли поблизости злобных гризли или другой опасности? Ох, пропадет он без Токло…

— Где была твоя родовая берлога? — спросил Уджурак, набрав полную пасть сочной травы. — У тебя были братья или сестры? Тебе нравится быть одному или ты скучаешь по родным?

— Не слишком ли много вопросов? — скривился Токло.

— Но мне же интересно! — отозвался Уджурак.

Токло решил воспользоваться старым приемом и закрыть Уджураку пасть собственным вопросом.

— Ты когда начал превращаться? — спросил он. Они уже подошли к первым деревьям, и Токло надеялся, что вскоре впереди покажется река или ручей, и можно будет вволю напиться и остудить лапы.

— Не помню, — ответил Уджурак. — Давно, наверное.

Внезапно впереди послышалось громкое хлопанье крыльев, и из ближайшего куста вылетела огромная черная птица.

— Тьфу, хвост куницы, — взвыл Токло. — Если бы мы знали, что он тут сидит, мы бы его сцапали!

Он повернулся к Уджураку и с ужасом увидел, что медвежонок как-то странно дрожит, дергаясь и извиваясь всем телом.

— Да не трусь ты, эти птицы не кусаются, — грубовато приободрил его Токло.

Но лапы медвежонка вдруг расползлись в разные стороны, а потом на глазах у Токло шерсть Уджурака вдруг стала врастать в кожу, а на месте ее появились блестящие черные перья. Медвежонок снова затрясся всем телом, рухнул на землю и съежился, его передние лапы превратились в крылья, а задние стали тощими птичьими ногами. В следующий миг Уджурак исчез, а на его месте очутился черный дрозд, как две сосновых иголки похожий на того, что недавно вылетел из куста.

Токло вытаращил глаза и разинул пасть.

— Бааак? — спросил дрозд и, склонив головку, посмотрел на Токло блестящим круглым глазом. — Баааак?

— О, мед и лососи! — пробормотал Токло. — Что ты натворил, куницеголовый? Немедленно превращайся обратно!

— Кавааак, — заметил дрозд и запрыгал по земле к лапам Токло.

— Уджурак, мы зря теряем время! — прорычал Токло и пихнул дрозда своим черным носом. — Превращайся в медвежонка, я тебе сказал! Хватит ерундой заниматься.

— Бак-ква-бак, — прокричал дрозд и взмыл в воздух, громко хлопая крыльями.