Эрин Джаннини – Сверхъестественное: история невероятного путешествия (страница 4)

Дорога так далека: предшественники «Сверхъестественного»

Как отмечалось выше, оригинальная идея «Сверхъестественного» полностью подходит под формат антологии: репортер расследует различные сверхъестественные происшествия. Несмотря на расплывчатость определения, сериалы-антологии 1950-х, как правило, не использовали многоэтапные сюжетные арки или несколько постоянных центральных персонажей, поэтому каждый эпизод мог рассказывать отдельную историю. Это касается таких сериалов, как «Театр 90» (1956–1960) и «Театр “Четыре звезды”» (1952–1956), в которых каждый эпизод – это полнометражные драмы или комедии, а также сериалов с получасовыми или часовыми эпизодами, как «Альфред Хичкок представляет» (1955–1965) или «Сумеречная зона» (1959–1964). Однако сериалы-антологии постепенно теряли популярность и меньше выходили в прайм-тайм, так как телевидение стало больше зависеть от рекламы и неохотно спонсировало производство таких сериалов. Антологические драмы были не так привлекательны для спонсоров из-за больших затрат и длительности съемок; другим фактором, определившим упад популярности антологий, стал «спорный» характер эпизодов. Антологические драмы нашли новый дом на телеканале PBS, в том числе «Американский театр» (1981–1994), в эпизодах которого принимали участие известные актеры и ставились знаменитые американские пьесы, такие как «Изюминка на солнце» с Дэнни Гловером в главной роли, и «Великие представления» (1971 – н. в.), в которых транслируются многочисленные театральные постановки (например, в «Америке Гамильтона» используются сцены и интервью с актерами мюзикла). Антологии «Альфред Хичкок представляет», «За гранью возможного» (1963–1965) и «Байки из склепа» (1989–1996; сериал транслировался на телеканале HBO, а более расширенная версия выходила на телеканале Fox с 1995 по 1996) снискали популярность в прайм-тайм (или почти в прайм-тайм). Наиболее известным сериалом в этом жанре стал сериал «За гранью возможного», поэтому его переснимали три раза: 1985, 2003 и 2019 годах. Но при этом жанровые антологии всё же исчезали из прайм-тайм; даже перезапуск таких сериалов, как «За гранью возможного», длился не больше одного сезона, и антологии постепенно ограничивались сериалами в жанре ужасов или саспенса только для подписки. Однако на телевидении был почти 40-летний перерыв между такими сериалами-антологиями, как «Смельчаки» (1969–1973), и первыми современными антологиями, такими как «Американская история преступлений» (2016 – н. в.) и «Американское преступление» (2015–2017). Новые сериалы-антологии, в том числе «Фарго» (2014 – н. в.) и «Вражда» (2017 – н. в.), не придерживаются схожего с предшественниками формата; в современных антологиях, как правило, сюжет истории длится один сезон с одним актерским составом, а новые сезоны выходят с новым сюжетом и новым актерским составом. (Сериал Netflix «Черное зеркало» или сериал телеканала SyFy «Нулевой канал» больше похожи на формат сериала «За гранью возможного».)

Начиная с 1960-х американские телепрограммы изобиловали драмами и ситкомами. В таких сериалах, как «Закон и порядок» (1990–2010), «Блюз Хилл-стрит» (1981–1987) или «Сент-Элсвер» (1982–1988), каждую неделю появлялись новые персонажи, что, наравне с условиями, в которых они действовали, являлось залогом стабильности сериала. Некоторые из персонажей играли второстепенную роль, время от времени акцентируя внимание на том, как «работа» влияет на человека и его личную жизнь. (Это в гораздо большей степени относится к таким драмам, как «Закон Сент-Луиса» или «Закон Лос-Анджелеса», которые из-за растянутого повествования и сюжетных арок имеют много общего с мыльными операми, в то время как в сериале «Закон и порядок» личная жизнь детективов и адвокатов отходила на второй план сюжета.) Многие драмы со схожей атмосферой всячески настаивали на том, что они претендуют на звание драматического сериала, а не на мыльную оперу; например «Тридцать-с-чем-то» (1987–1991). Даже те сериалы, которые хвалили за реалистичное изображение профессиональной среды, как «Закон Лос-Анджелеса» (1986–1994), не были лишены излишнего драматизма в сценариях. (Можно вспомнить эпизод «Хорош до последней капли», в котором антагонист Розалинда Шейс погибла в шахте лифта.) Герои могут попадать в сложные и опасные ситуации (что часто можно встретить в сериалах про врачей и полицейских), но при этом обстановка остается неизменной: отделение полиции, больница или адвокатская контора. Это значительно экономило бюджет, так как ночные или наружные съемки, как правило, намного дороже.

В отличие от своего предшественника антологии, формат «полуантологии» – стабильный набор персонажей, взаимодействующих с новыми поворотами сюжета и персонажами каждую неделю, – окажется более популярным. Несмотря на то что такой формат не был так популярен и распространен, как драмы или ситкомы, но раз в десятилетие на американском телевидении появлялись сериалы-полуантологии в прайм-тайм. Помимо уже упомянутых полуанталогий, можно назвать такие, как «Лодка любви» продюсера Аарона Спеллинга (1977–1986) и «Остров фантазий» (1977–1984); «Путь на небеса» за авторством Майкла Лэндона (1984–1989) и схожий с ним по сюжету «Прикосновение ангела» (1994–2003); «Квантовый скачок» Даниэля Белласарио (1989–1993); «Секретные материалы» и «Миллениум» (1996–1999) Криса Картера; «Чудеса» Дэвида Гринвальта/Ричарда Хатема (2003). Во всех этих сериалах главный герой или герои взаимодействуют с разными персонажами от эпизода к эпизоду, часто чтобы решить какую-либо проблему. Подобное описание также подходит столь недолговечным сериалам, как «Чудопад» (2004), «Мертвые до востребования» (2007–2009) или «Святлячок» (2002); ситкому «Меня зовут Эрл» (2005–2009); или многим криминальным или медицинским драмам. Полуантологию от этих сериалов отличают два признака. Во-первых, почти всегда присутствует элемент путешествия, будь то путешествие куда-то («Остров фантазий») или постоянное перемещение главных героев («Квантовый скачок»; «Секретные материалы»). Во-вторых, хотя полуантологии не обязательно преуменьшают роль своих главных героев, именно истории тех, кого они встречают, так сказать, на дороге, являются центром повествования. Однако это ни в коем случае не исключает сюжетную арку главных героев – стремление Джонатана Смита (Майкл Лэндон) восстановить себя в рядах небесного воинства в «Пути на небеса», попытки Сэма Беккета (Скотт Бакула) вернуться в свое время в «Квантовом скачке» или поиск сестры Фокса Малдера (Дэвид Духовны) / раскрытие правительственного заговора, чтобы скрыть правду в «Секретных материалах», – но сами эпизоды чаще всего вращались вокруг отдельной истории приглашенной звезды.

Несложно понять, почему именно такой формат был более привлекательным для телеканалов; хотя съемка на какой-либо локации может быть достаточно дорогостоящей, полуантологии предлагают непрерывность повествования и постоянных персонажей, что не мешает потенциальным новым зрителям начинать просмотр практически в любой момент после старта сериала или после перепродажи прав на другой телеканал. Вероятно, та же логика была, например, в стремлении телеканала WB закрутить сюжет спин-оффа «Баффи» «Ангел» (1999–2004) вокруг историй «монстра недели», не прорабатывая целостного повествования, как в материнском сериале, – подобного формата «Ангел» изначально и придерживался в первом сезоне. (В конечном итоге сериал получился еще более запутанным, чем «Баффи», с четвертым сезоном, предполагающим, что все события предыдущих трех были спланированы и направлены высшей силой [ «Наизнанку», 4.17].) Со «Сверхъестественным» телеканал придерживался схожей идеи – сосредоточиться на разных угрозах и разных персонажах от эпизода к эпизоду, а братья Винчестеры были катализатором этих историй либо через личное знакомство, либо через расследование. Большая часть первого сезона придерживалась этого формата; Сэм и Дин искали в газетах или в интернете странные происшествия (или следовали координатам, оставленным их отцом), затем они узнавали, что это за существо – вендиго («Вендиго»), призрак («Пилот», «Мертвец в воде», «Кровавя Мэри»), языческий бог («Пугало»), – и уничтожали монстра. Многие эпизоды первого сезона заканчиваются кадром братьев, покидающих город на «Импале» 1967 года, что наводит на мысли о долгих путешествиях Дэвида Бэннера (Брюс Биксби) по городам в сериале 1970-х «Невероятный Халк» (1978–1982), который вдохновлялся сериалом 1960-х «Беглец» (1963–1967). Несмотря на это, даже ранние эпизоды предполагали единую сквозную линию сюжета – выяснить, кто убил их мать и невесту Сэма Джессику (так же, как Дэвид Баннер и Ричард Кимбл стремились очистить свои имена), – во всех трех сериалах прошлое выступало катализатором, отправившим Баннера, Кимбла и Винчестеров в путь. В «Сверхъестественном» расследование событий прошлого было оставлено примерно на треть первого сезона. Это нетипично для современных сериалов; «Я зомби» (2015–2019) использовал аналогичное «подведение итогов» вплоть до пятого эпизода первого (13-серийного) сезона. Как и их предшественники, братья часто путешествовали под вымышленными именами, считали себя «странными» из-за своего прошлого и избегали сближаться с кем-либо, опасаясь подвергнуть их опасности. Подобный формат полуантологий, в которых продолжительные сюжетные линии смешиваются с эпизодами «раз и готово», характеризует такие сериалы, как «Сумеречная зона», и появился задолго до «Невероятного Халка» и «Сверхъестественного». Например, «Обнаженный город» (1958–1963) Стерлинга Силлипанта и уже упомянутый сериал «Шоссе 66» тоже являются полуантологиями, как «Караван повозок» (1957–1965) и «Звездный путь» (1966–1969).