Эрин Дум – Творец слез: комплект из 2 книг (страница 9)

– Однажды все поймут, кто ты есть на самом деле, – прошептала я тихо.

– Да ну! – с насмешкой сказал Ригель. – И кто же я?

Я сжала пальцы в кулак, подняла на него осуждающий взгляд и с упреком, переполнявшим мое сердце, произнесла:

– Ты – Творец Слез.

В полумраке коридора повисло долгое молчание. Потом Ригель откинул голову и… расхохотался.

От смеха у него затряслись плечи, и я поняла, что он знает, о ком я говорю.

Он смеялся надо мной, Творец Слез, скаля блестящие зубы. И его смех преследовал меня, пока я уходила от него по коридору и когда закрылась у себя в комнате, отгородившись от него кирпичными стенами.

И на меня потоком полились воспоминания.

– Аделина, ты плакала?

Маленькая белокурая головка выделялась на фоне стены с облупившейся штукатуркой. Она свернулась калачиком, маленькая и скрюченная, как всегда, когда ей было грустно.

– Нет, – ответила она, но глаза у нее были припухшие.

– Не ври, а то тебя заберет Творец Слез.

Она обняла руками коленки.

– Нам про него рассказывают, только чтобы напугать.

– А ты в него не веришь? – прошептала я. Все в Склепе в него верили. Аделина посмотрела на меня тревожными глазами, и я поняла, что она не исключение. Я младше ее на два года и относилась к ней как к старшей сестре, но некоторые вещи никогда не перестают нас пугать.

– Сегодня в школе я сказала про него одному мальчику, – призналась Аделина, – он не из Склепа. Он соврал, и я ему сказала: «Нельзя лгать Творцу Слез». А он меня не понял, потому что никогда не слышал эту сказку, но знает похожую – про Черного Человека.

Я смотрела на нее непонимающе. Мы обе жили в Склепе с раннего детства и никогда о таком персонаже не слышали.

– И я его спросила, а что делает Черный Человек? Тоже заставляет людей плакать и расстраиваться? А мальчик сказал: «Нет! Он всех пугает и утаскивает с собой. И тебя он тоже утащит. Он ужасно страшный».

Я спросила себя, чего я по-настоящему боюсь. И мне вспомнился темный подвал. Я спросила себя, что меня по-настоящему ужасало. И мне вспомнилась Она.

Тогда я поняла, что Она и есть Черный Человек. Для меня, для Аделины и для всех нас. Но если о нем рассказал мальчик не из Склепа, это значило, что таких чудовищ много.

– Черный Человек на свете не один, их много, – сказала я, – а Творец Слез – только один.

Я всегда верила в сказки.

Всегда мечтала жить в какой-нибудь из них.

И моя мечта сбылась.

Я гуляла среди страниц, шагала по бумажным тропинкам.

Но чернила растеклись.

Я попала не в ту сказку.

Глава 5. Черный лебедь

Даже у сердца есть тень, которая неизменно следует за ним.

Тело покрылось испариной. Виски пульсируют. Тесно, пыльно, душно. Вокруг темно. Вокруг всегда темно.

Не получается пошевелить рукой. Кричу, но никто не слышит. Кожа горит, пытаюсь протянуть руку, но не могу. Дверь закрывается, и я тону в черноте.

Я резко проснулась. Темнота вокруг напомнила ту, из моих кошмаров. Я целую вечность шарила по стене в поисках выключателя, при этом продолжая судорожно сжимать одеяло.

Свет залил комнату, осветив контуры моего нового дома, но сердцебиение не перестало пульсировать в горле.

Ко мне вернулись кошмары, хотя на самом деле они никуда и не уходили. Мало поменять кровать, чтобы от них избавиться.

Я провела пальцами по запястьям, где бился пульс. Пластыри успокаивали меня своими цветами, напоминая, что теперь я свободна.

Синий, розовый, зеленый… Я могла их видеть, значит, я была не в темноте, мне ничего не угрожало…

Чтобы успокоиться, я сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, но тревога не проходила. Угроза притаилась где-то там, в темноте моих снов, и ждала, когда я снова закрою глаза.

Неужели я когда-нибудь стану свободной?

Откинув одеяло, я встала с кровати. Потерла лицо руками, вышла из комнаты и побрела в ванную.

Чистая белая кафельная плитка, блестящее зеркало, мягкие, как облака, полотенца помогли осознать, что мои кошмары теперь где-то далеко, а здесь все иначе, тут другая жизнь.

Я открыла кран и подставила руки под холодную воду. Постепенно ко мне возвращалось спокойствие. Я простояла у раковины довольно долго, представляя, как свет от лампочек в ванной проникает в самые темные уголки моего сознания.

Все хорошо. Я вырвалась из плена воспоминаний и теперь могла ничего не бояться. Я убежала далеко, я жива и здорова, я в безопасности. И наконец-то свободна. У меня появилась возможность стать счастливой.

Когда я вышла из ванной, то заметила, что уже наступило утро.

Сегодня первый урок биология, я решила ни в коем случае не опаздывать, ведь учитель Крилл не отличался мягким характером.

Около школы, как всегда по утрам, толпились старшеклассники. Я очень удивилась, когда, пробираясь через толпу, услышала громкое «Ника!».

У ворот стояла Билли и махала мне. Она сияла, ее локоны колыхались в такт руке. Меня ошеломило такое внимание ко мне.

– Привет! – смущенно сказала я ей, стараясь не показать, как я счастлива, что она заметила меня в толпе.

– Как тебе первая неделя в школе? Уже подумываешь отсюда сбежать или как? От Крилла крыша едет, скажи?

Я почесала щеку. Его классификация беспозвоночных показалась мне любопытной, но, судя по тому, что о нем рассказывали, свой предмет он преподавал в жесткой манере.

– В общем-то, он не показался мне таким уж неприятным.

Билли рассмеялась, наверное, подумав, что я пошутила.

– Ну конечно!

Я подскочила от ее дружеского похлопывания по плечу.

Когда мы шли ко входу, на молнии рюкзака Билли я заметила брелок – маленький вязаный фотоаппарат.

В коридоре она снова вся засветилась. Побежала вперед, восторженная, остановилась рядом с кем-то и схватила сзади за плечи.

– Доброе утро! – пропищала Билли радостно, хватаясь за рюкзак Мики. Та обернулась, вид у нее был хмурый, заспанный, под глазами – темные круги.

– Ты сегодня рано! Как дела? Какие у тебя уроки? Пойдем сегодня ко мне обедать?

– Сейчас восемь утра, – вяло проговорила Мики, – пощади, у меня от тебя голова трещит.

Тут Мики заметила меня в сторонке. Я подняла руку и помахала ей, но в ответ ничего не дождалась. У нее на рюкзаке тоже висел вязаный брелок – голова панды с большими черными кругами вокруг глаз.

Мимо нас прошли несколько девчонок, оживленно переговариваясь, и остановились группкой у соседнего класса. Кто-то из них вытягивал шею, чтобы заглянуть в дверную щель, другие ладонями прикрывали сообщнические улыбки. Они были похожи на богомолов.

Мики окинула это маленькое собрание скучающим взглядом.

– Чего они там размяукались?

Мы подошли поближе. Точнее, Мики подошла, а Билли потянулась за ней, успев ухватить меня за лямку рюкзака. Мы тоже попыталась заглянуть в класс, все-таки любопытно узнать, что там происходит.

Слишком поздно я поняла, что заглядывали мы в музыкальный класс. Я окаменела. Там был Ригель. Он сидел в профиль, прекрасный, как Аполлон. Черные волосы блестели в утреннем свете, пряди красиво обрамляли лицо. Тонкие пальцы легко касались клавиш, делая наброски мелодий, растворявшихся в тишине.

«Он великолепен!»