Эрин Бити – Руины предателя (страница 25)

В Казмун.

Глава 36

Попасть в компанию оказалось проще, чем ожидала Сальвия. Генри согласился отпустить ее вместо себя, как только понял, что это означает, что он сможет провести несколько дней, пропуская обязанности и отсыпаясь. Вместо привычной туники с поясом Сальвия надела рваные брюки, в которых оставалось достаточно ткани, чтобы сшить из них что-то подходящее для ее маленькой фигуры. Новые бриджи в сочетании со свободной туникой оруженосца довольно хорошо скрывали ее фигуру. Она беспокоилась о том, что будет выделяться с шарфом, обернутым вокруг головы, но ночь была холодной и ветреной, а половина собравшихся мужчин уже надели свои.

Самый сложный момент наступил перед отъездом. Сальвия стояла в своей палатке, загружая позаимствованный у Генри рюкзак, когда к ней подошел Алекс. К счастью, он не просто вошел, как в ту первую ночь.

— Сальвия? — позвал он, выходя из палатки. — Ты одета?

— Да, — ответила она, не задумываясь, потому что была одета, а потом чуть не закричала:

— Нет, подожди! Не входи!

Тень его руки опустилась.

— Я просто хотел попрощаться.

Сальвия подкралась к входу.

— Куда ты идешь?

— Просто в учебный патруль. — Голос его звучал напряженно и рассеянно. — Этот продлится дольше.

Он никогда раньше не прощался. Она не знала, что ответить.

— Будь осторожен, — наконец сказала она.

Его пальцы прижались к холсту.

— Я люблю тебя, — тихо сказал он.

Сальвия протянула руку, чтобы коснуться того же места, но он убрал руку.

— Я тоже тебя люблю. — Она так и не узнала, услышал ли он ее.

Они перешли реку вброд и прошли вниз по течению около мили, прежде чем Алекс заставил всех остановиться и попить из своих фляг, а затем наполнил их. Потом он повел их на юг, подальше от воды, еще пару миль, пока они не пришли туда, где кончались деревья и начинались пески. В свете полумесяца дюны казались черно-белыми, а края теней — резкими и четкими.

Алекс повернулся лицом к стоящим за ним людям. Сальвия пригнулась за солдатом, не желая, чтобы он заметил ее.

— Всем сохранять бдительность и осторожность, — сказал он. — Если вы увидите какие-либо признаки присутствия людей, немедленно сообщите об этом. Местность необитаема, но всегда будьте готовы к самозащите.

Он кивнул лейтенанту Грамвеллу, стоявшему рядом с ним, натянул на голову платок для защиты от песка, повернулся и, не говоря больше ни слова, пошел в пустыню.

Первые несколько часов никто не разговаривал, просто сосредоточившись на ходьбе по сменяющимся пескам. К рассвету Сальвия с трудом различала нордсарцев, настолько они были покрыты пылью и песком. Алекс вел их на юг — по крайней мере, ей казалось, что на юг, — на неопределенное расстояние, а потом повернул на юго-восток. Она задалась вопросом, знает ли Алекс, куда идет, — никаких ориентиров он не видел. На оруженосцев никто не обращал внимания, только когда группа останавливалась на отдых, они раздавали провизию и пополняли фляги из «мулов» — больших мешков с водой, которые несли несколько крупных мужчин. К середине дня, когда они остановились, чтобы поставить палатки и отдохнуть в самые жаркие часы дня, Сальвия была уверена, что ей удастся сохранить эту хитрость, особенно если все всегда будут держать голову закрытой.

Сложности возникли в первую же ночь.

На закате они снова остановились, чтобы отдохнуть и дождаться восхода луны, чтобы увидеть, куда они едут. Она укладывалась спать в маленькой палатке, которую делила с Гарольдом, другим оруженосцем, когда заметила рыжевато-золотистые волосы на голове рядом со своей. Зная, кого именно она найдет, Сальвия сорвала с его головы шарф.

— Высочество! — зашипела она. — Что, во имя Духа, ты здесь делаешь?

— Кто бы говорил. — Принц сонно ухмыльнулся, перевернувшись на спину. — Скажем так, меня вдохновил мой замечательный наставник.

— Ты не можешь быть здесь! — яростно прошептала она. — Ты хоть представляешь, что сделает капитан Квинн когда узнает?

— Ты, кажется, не беспокоилась о последствиях.

— Это потому, что я не намерена попадаться. — Сальвия сильно ударила его по плечу.

— Ой! Я тоже. — Николас потер место, куда она ударилась. — Кроме того, что он может сделать? Запереть нас обоих в лагере? Чем это отличается от последних шести недель?

— Он может сделать гораздо больше.

— Тогда не попадайся. — Николас пожал плечами и снова перевернулся на бок, лицом к ней.

Если бы все было так просто. Сальвия потрепала его по голове и бросила шарф обратно.

— Лучше бы ты носил это даже во сне.

Глава 37

У Алекса было две цели в пустыне, кроме того, чтобы не умереть.

Первая — найти казмуни и выяснить, чем они занимаются. По оценкам прошлогоднего вторжения, их было около сотни, поэтому он взял с собой сорок человек, отобранных из каждого взвода, а также лейтенанта Грамвелла и двух оруженосцев, решив, что они вполне справятся с ситуацией два к одному. Если казмуни будет значительно больше, то лучше, если никто из деморанцев не выживет.

На случай, если норсари никого не встретят, Алекс планировал, что к моменту их возвращения первые несколько миль по пустыне будут нанесены на карту. Тогда, по крайней мере, он сможет представить полковнику Трейсдену хоть что-то осязаемое.

Однако в пустыне оказалось на редкость мало того что можно нанести на карту. Среди барханов не было ни скальных образований, ни постоянных холмов. Если бы у Алекса не было многолетней практики ориентирования по солнцу и звездам, то к первой же ночи норсари заблудились бы окончательно. На второе утро Алекс повел группу на запад, намереваясь к своему возвращению завершить широкий треугольник. Он был вдвойне рад, что решил путешествовать пешком. Лошадям пришлось бы пить лишнюю воду, а глубокие пески могли нанести им травмы.

Казмуни не было видно.

С каждой ночью убывающий полумесяц всходил все позже, с каждым разом давая все меньше света. Он сказал Кассеку, чтобы тот ожидал его возвращения после новолуния, но если норсари не найдут воду в ближайшее время, им придется вернуться раньше. Алекс пытался убедить себя в том, что миссия не была полностью проиграна. Просто опыт преодоления песков и понимания того, как легко можно дезориентироваться и обезвожиться, был очень ценным. Никто из участников не стал бы недооценивать пустыню.

На третье утро поднялся ветер, и видимость стала настолько плохой, что Алекс приказал всем оставаться на месте до окончания жаркой части дня, что также позволило сэкономить воду. Недели бессонных ночей сказывались и на нем, но из-за жары спать было практически невозможно. Ему удавалось продержаться всего час или два, прежде чем кошмары пресекали все попытки. Вместо этого он лежал в своей раскаленной палатке и размышлял. Когда они разобьют лагерь, он поведет норсари на северо-восток. Через два дня они вернутся к реке, и им нечем будет похвастаться.

Ему нужно было увидеть ее.

Кассек сделает защиту Сальвию приоритетной задачей, Алекс в этом не сомневался. Но даже несмотря на это, ее присутствие в лагере всегда тянуло его, как натянутая веревка, пытаясь заставить вернуться, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Теперь он задавался вопросом, не перестраховывался ли он в последние несколько недель, не желая рисковать, делая выбор, который всегда стоял перед ним в его мечтах. Если так, то он заслужил свою неудачу.

Он должен был сказать ей, должен был попытаться объяснить, но этим он признавал свою непригодность к службе. Пока он не произносил этого вслух, он мог надеяться, что это неправда.

Но разве это имело значение? Он вот-вот лишится командования.

В воздухе было так много песка, что невозможно было определить время суток. Около заката норсари двинулись обратно к реке Каз, шагая во все более сгущающемся мраке. Через каждые сто ярдов Алекс останавливался, чтобы сориентироваться по Северному колесу. Иногда на поиск нужных звезд уходила целая минута, настолько густой была пыль.

Алекс сдался и приказал людям остановиться и разбить лагерь где-то около полуночи. Он стоял на подветренной стороне, пытаясь решить, нужно ли ему выставить по периметру дополнительные караулы, и тут услышал голос, доносившийся по ветру и говоривший на незнакомом языке.

Он схватил лейтенанта Грамвелла.

— Вы слышите это?

Грамвелл несколько секунд прислушивался, затем кивнул.

— Не похоже на деморанский. По крайней мере, два голоса.

— Продолжайте установку, но поставьте больше дозорных. Я возьму отряд для расследования.

— Вам нужна большая палатка? — Двухместные палатки, которые они несли, были рассчитаны на то, чтобы их можно было объединить в более просторные. Невольно напрашивался вопрос, будут ли там размещены «гости», с которыми вернется Алекс.

Алекс кивнул.

— Сделаем одну из четырех.

При таком количестве дозорных укрытие для людей было бы менее необходимо.

Грамвелл отдал честь, но добавил:

— Не теряйся.

Алекс отдал честь. Страх заблудиться тоже был первым в его голове: при ветре следы на песке исчезали в считанные минуты. Он отобрал и проинструктировал восемь человек, затем подал сигнал, чтобы они соблюдали тишину, хотя ветер, судя по всему, дул в их сторону для переноса звуков. Алекс считал шаги, не отрывая глаз от колеса на севере.

Примерно через четверть часа голоса прекратились на несколько минут, но затем раздались вновь, на этот раз гораздо громче, и говорили они явно не на деморанском языке. Алекс проверил готовность своего оружия и направился на звук.