Эрика Стэнфорд – Лихая крипта. Кто и как зарабатывает на цифровых валютах (страница 6)

«Женатикам» были предложены «Семейные баллы» в целях изменения процесса воспитания детей. Как и зачем для этого вообще нужна криптовалюта – не объяснялось. Песчаные койны служили для покупки песка. За винные токены WINE клиентам предлагали невероятно запутанный и неудобный способ совершать покупки в любом винном магазине с помощью обычной банковской карточки или другого платежного средства. Зато создатели токенов вселяли уверенность в покупателей заверениями, что на их сайте «работает гораздо больше, чем 7 человек, мы способны посчитать всех сотрудников, в том числе на виноградниках и винзаводах, и скоро загрузим групповое фото команды в полном сборе»[34]. Хорошо, конечно, что какие-то люди умеют считать по головам. Но обычно главы предприятий все-таки используют фамилии, имена, профили в социальных сетях как доказательство наличия живых сотрудников. Иначе не факт, что там вообще кто-то существует. Для тех, кого не привлекало вино, Trash Coin предлагался как «лучшее средство обмена всего мусора, что скопился у вас в кошельке, на один универсальный обменный токен, который позволит хранить любую вашу фигню в одном месте»[35]. Очень быстро свои ICO появились буквально в любой нише.

Как прорекламировать обман

99 % проектов ICO имели общую черту. Команде мошенников для заработка на инвесторах не требовались ни криптовалюта, ни блокчейн, ни реальная ценность. Тем не менее они собирали десятки миллиардов долларов за рекордное время. Как так вышло?

Частично это вызвано тем, что авантюрные ICO могли не работать вовсе.

Удачное время для запуска и перегретый рекламной шумихой рынок позволяли в буквальном смысле продать что угодно, без индивидуальных достоинств или хотя бы явной полезности нового проекта.

Стартапы, которые в любое другое время инвесторы не стали бы рассматривать дважды, собирали миллионы за минуты. Люди видели способ легкого заработка и хотели инвестировать. Они сознательно игнорировали любые предупреждения. Многие инвесторы вообще не заморачивались тем, кому доверяют свои деньги. Если где-то и мелькал на виду явный признак обмана, его попросту игнорировали. Люди хотели купить свои токены ICO в надежде получить много денег и быстро, они даже не тратили время на оценку рисков. Специалисты по мошенническим схемам в голос предупреждали о возможном обмане, но это не помогало. Инвесторы просто не хотели слушать предупреждения. Страх упустить свой шанс[36] и безрассудство, которое он вызвал в покупателях, были по-настоящему сильны.

Маркетинг ICO, благодаря шумихе и удачному времени запуска, оказался крайне простым делом. Хватало публичного заявления, что у новой криптовалюты есть сайт, документы, страница в соцсетях, и совсем небольшой доплаты за упоминания на рейтинговых платформах. К тому же вся эта работа прекрасно делегировалась многочисленным и дешевым наемным сотрудникам. Новоявленные «охотники за вознаграждением» соглашались работать за криптотокены вместо денег, так что реклама новых ICO не стоила их владельцам почти ничего.

Охотники за вознаграждением

Практика вознаграждений за поиск ошибок и уязвимых мест сетевых ресурсов уже некоторое время существует на рынке информационных технологий. Технические специалисты и хакеры просматривают коды новых проектов, пытаясь их взломать – этично, насколько это возможно. Затем они сообщают администрации о найденных недостатках и получают награду, а команда проекта исправляет ошибку. Это стандартная практика оплаты дополнительной безопасности в киберпространстве. Ранние ICO начали с предложения аналогичных наград с оплатой своими токенами.

Достаточно скоро владельцы новых ICO поняли, что, если они могут рассчитывать на специалистов по безопасности, которые согласны получать оплату токенами, они могут рассчитывать на кого угодно – на тех же условиях.

ICO начали предлагать криптовалютные награды. Конкурируя между собой, они пытались привлечь к работе больше людей, обещая наиболее щедрое, на первый взгляд, вознаграждение. На сайте LinkedIn буквально за ночь появились охотники за вознаграждениями[37] – совершенно новый тип сотрудника. Люди, в основном из развивающихся стран, соглашались без устали работать в соцсетях, писать контент, снимать видео, переводить веб-сайты и уставные документы, а также выполнять любую другую работу для создателей новых ICO. И все это, внезапно, почти бесплатно. Разумеется, на «оплату» расходовали 1–2 % всех токенов проекта, но эти токены получали из воздуха практически в любом нужном количестве. Создатели ICO сами решали, сколько волшебных токенов они хотят нарисовать при запуске. В большинстве своем эти токены ничего не стоили, а реальная ценность, хоть какая-то, появлялась лишь в момент их перепродажи за живые деньги. Многие из них до настоящих рынков криптовалюты и торгов по рыночной цене так и не добрались.

Тысячи людей работали каждый день на те ICO совершенно бесплатно, в надежде получить криптовалюту хоть какой-то потенциальной ценности. Некоторые токены действительно «выстрелили» и подорожали, а некоторым из охотников за вознаграждением даже повезло обналичиться в твердую валюту раньше, чем их «товар» снова превратился в бесполезные цифры и буквы. Другая часть проектов рухнула на взлете и не пережила контакта с рынком. На каждый выпуск токенов ICO и проект, который дожил хотя бы до стадии открытых торгов, приходится убежавший с деньгами еще до запуска мошенник или преждевременное разорение проекта. Лишь 8 % ICO вообще дожили до относительно долгой и стабильной торговли ими на рынке[38]. Сотрудники остальных 92 % в конечном счете не имели вообще никаких способов честно получить деньги за свою работу. Ни эти деньги, ни рабочие часы уже не вернуть. Как минимум один раз хозяева ICO – включая достаточно известного британского торговца недвижимостью со штаб-квартирой в Дубае – не заплатили охотникам за вознаграждением полную сумму за долгий усердный труд[39]. Лучше других справились создатели мошеннических ICO, которые вообще не собирались тратить средства на качество рабочей команды или пользу от своего продукта. Куда больше для их успеха значили возможности по работе с рекламными агентами и оплата продвижения на рынке.

Маркетинг: плохой, еще хуже и злой[40]

Некоторые ICO стали настолько жадными или, возможно, настолько хорошо влились в игру, что перестали оплачивать работу других даже своими токенами. Вместо этого они поручали маркетинг потенциальным инвесторам. В обмен на продвижение вкладчики получали возможность инвестировать в токены ICO. Инвесторы остались недовольны тем, что братья-основатели проекта не выполняли ни одного своего обещания. Они потеряли время и деньги в таком размере, что часть из них до сих пор судится с администрацией рухнувшего проекта[41]. Любой желающий узнать об уровне недовольства инвесторов может забить в поиск гугла GEMS ICO и почитать треды на Reddit – довольно грустное, но крайне познавательное чтиво. Показательно, что организаторы GEMS ICO не только делегировали инвесторам всю грязную работу, они еще и поставили своей задачей наладить и запустить «децентрализованную механику сетевой оплаты для подрядчиков» – протокол краткосрочного найма работников для выполнения микро-задач[42].

Иронии в криптоотрасли буквально нет конца.

Многие владельцы ICO платили знаменитостям и популярным дикторам. Часто получалось так, что наемных работников этого рода затем арестовали или оштрафовали. Обвинения выдвигали и за сокрытие участия в платных рекламных проектах, и за то, что изрядная часть проектов оказалась мошенничеством. Флойд Мэйвезер и DJ Khaled получили свои штрафы[43] за недекларированное участие в продвижении Centra Tech[44], одной из самых крупных афер в истории криптомошенничества. Джон Макафи, признанный специалист по кибербезопасности, стоял за многими махинациями в мире криптовалют. Недавно он был арестован за суммарную наживу в 23,1 миллиона долларов на рекламе сомнительных ICO-проектов, которые закончились потерей денег множества инвесторов[45]. Мы еще вернемся к нему в этой книге.

Извини, не повезло

Сложно обвинить во всем ICO. Даже хорошие проекты уязвимы ко внешнему мошенничеству. Их сетевые адреса и учетки в соцсетях успешно подделывали. Мошенники или перехватывали управление чатами, или перенаправляли инвесторов по другому адресу. Инвесторы отправляли средства мошенникам вместо тех, кому хотели заплатить на самом деле. Как минимум до 2018 года в криптовалюте просто не поддерживалась функция отмены сделки. Если кто-то отправил свою криптовалюту по ложному адресу, даже если этих людей точно обманули мошенники и это можно доказать, люди просто теряли средства – и все. Разумеется, владельцы подмененной ICO тоже не получали инвестицию в случае перехвата адреса для отсылки, так что, получалось, обе стороны оставались без денег, а мошенники убегали, злорадно посмеиваясь. Извини, не повезло – что еще тут скажешь? Для отрасли такое печальное положение стало обычным делом. С первой инвестицией в ICO у человека без личного опыта в отрасли просто не получалось узнать, на тот ли адрес уходят деньги. Настоящий ли он. Придет ли что-то взамен. Только приличные организаторы ICO действительно искали какие-то пути возврата средств – хотя в целом не обязаны этим заниматься. Возможностей честной полноценной компенсации в эру бума ICO не существовало.