Эрика Льюис – Келси Мёрфи и Академия несокрушимых искусств (страница 44)
Келси совсем растерялась. Её отец – враг общества номер один. Предатель. Он повинен в смерти отца Найла. У неё не укладывалось в голове, как он мог сжечь дотла город, полный мирных жителей. И, несмотря ни на что, отец сказал, что любит её.
– Они, разумеется, из Земель Зимы, – буркнул Найл. – Но зачем ждать какого-то определённого возраста?
– Тебе должно быть не меньше двенадцати, чтобы поступить в Академию, – ответила Брона.
У Келси отвисла челюсть. Она угадала правильно.
– Они хотели, чтобы я оказалась здесь! Может, оставили мне ветвь в ту самую ночь, когда меня бросили. Эллиот жил там, чтобы контролировать ситуацию.
– Это имеет смысл, – согласился Зеф. На его губах появилась сочувственная улыбка.
– Правда, я не видела ни фей, ни око с тех пор, как покинула Бостон. Око было у Ахиллы Граймс, когда она вошла в сидраль вместе с Близзардом.
Скатах откинулась на спинку стула, покусывая кончик ручки.
– Ничто из этого не объясняет, как сильфида и гоблин попали в кампус без моего ведома. И орланы заметили бы любую фею, если бы она вышла из сидраля. – Она в смятении уронила ручку на стол.
Брона склонилась над древним свитком.
– Возможно, появление тварей Зимы никак не связано с оком. Я имею в виду, посмотрите, – она провела пальцем по свитку сверху вниз. – Ничего из этого не произошло. Если бы веки открылись, были бы горящие поля, люди превращались бы в камни, начались ужасные разрушения…
– Хорошее замечание, – согласилась Скатах.
Брона просияла.
– А как выглядит око? – спросил Зефир.
– Круглое. Примерно вот такое, – Келси руками показала размер шара. – Вообще-то, на самом деле я его толком не видела. Оно было завёрнуто. Но…
Келси заколебалась, прикусив губу. Если она расскажет всё остальное, Скатах ни за что не позволит ей остаться в Академии.
– Но что? – спросила наставница похоронным тоном. Примерно так же чувствовала себя Келси.
Она промолчала, и тогда Найл снова попытался надавить на чувство вины:
– Это вопрос жизни и смерти, Келси. Ты должна всё нам рассказать, независимо от последствий.
– А может стать ещё хуже? – Зефир усмехнулся.
– Когда я прикоснулась к артефакту, со мной заговорил голос. Потом я слышала его же перед нападением гоблина. И перед тем, как появилась сильфида – мы тогда бегали кругами.
– Голос короля Балора? – хрипло прошептал Найл.
– Его дух до сих пор живёт в оке, – объяснила Скатах, подавшись вперёд. – Что он сказал?
– Он считал. Перед гоблином он сказал: «Один». А перед сильфидой: «Два».
– И что это значит? – с любопытством спросила Брона.
– Я не знаю, – Келси пожала плечами. – Но все мы слышали, как сильфида сказала, что пришла убить меня.
Ей хотелось заползти под плинтус и не вылезать до каникул.
– И гоблин тоже сразу же напал на Келси, – прибавил Зефир.
– Итак, это была проверка. Испытания – чтобы понять, достойна ли ты обладать королевской властью вместо своего отца. – Брона покачала головой: – Ты и правда очень везучая, Сайга.
– Слабоумие и отвага! Это про тебя, – сказал ей Зефир. – Более чем.
Брона казалась странно довольной, словно это был комплимент. И, глянув на лицо Зефира, Келси вдруг с некоторым ужасом поняла, что так оно и есть.
– Хм-хм. – Зеф прочистил горло. – Подведём итог. Если мы правы, значит, Келси сражается со своим отцом за контроль над самым смертоносным оружием, какое только знал Зачарованный мир. Возможно, феи контрабандой протащили эту штуковину в Академию, но может быть и нет. А король Балор, от которого не осталось ничего, кроме гигантского глазного яблока, перебрасывает наших врагов в школу, чтобы посмотреть, достойна ли Келси обладать этой властью. Теперь перейдём к главному вопросу. Если она в самом деле получит власть над оком, что это будет значить?
– Что Келси может открыть веки и уничтожить школу, – ответил Найл.
Келси впилась в него взглядом. Он пытается добиться, чтобы её выгнали из Академии?..
– Верно. Но око – это оружие. Он не мог доставить сюда зимних тварей без моего ведома. И откуда взялась вода Бездны? – Скатах переломила ручку-копьё пополам, встала и бросила её в огонь. Потом прошлась по комнате, глядя на пламя.
– Что, если око упало в Бездну? Могло ли это вызвать такой эффект? – спросила Брона.
– Тогда его бы больше никто и никогда не увидел, – ответила Скатах, прижав к губам длинный указательный палец. – По крайней мере, мы все так думаем. Но это можно обсудить позже, а сейчас надо решить, что делать.
Она обернулась и посмотрела на Келси:
– Мёрфи, для чего ты пришла в Академию?
Келси вдруг почувствовала себя так, словно снова оказалась в кабинете психотерапевта, желавшего знать, что она чувствует, когда начинаются головные боли. Наводящие вопросы были наихудшими.
– Э… я… я хотела узнать, кто мои родители.
– Итак, часть этой головоломки решена. Твоего отца зовут Драумморк. Он находится в Летнем городе, в самой охраняемой тюрьме Земель Лета. Тот факт, что он вообще сумел с тобой связаться, очень настораживает. Мне придётся сообщить Высшему командованию, что у них там где-то появилась брешь.
Скатах присела на угол стола. Лицо её было мрачным.
– Он велел тебе уйти, и теперь ты понимаешь почему?
– Да.
Келси должна была это предвидеть. Она опёрлась о подлокотники кресла и встала на ноги.
– Можно я возьму что-нибудь из одежды? В Бостоне сейчас холодно, и плащ не помешал бы.
– Ей ведь не обязательно уходить, да? – запаниковала Брона. – Я смогу подстрелить ледяную фею, если мне дадут ещё несколько колчанов. Тренер Блэкуэлл скуп на боеприпасы.
– Вы не можете отправить её обратно! – Зеф с решительным видом скрестил руки на груди. – То место – мир людей – опасно! Вы же слышали, что там с ней случилось! Я отвечаю за нашу фианну, ведь так? И я говорю, что она останется! Мы все единое целое. Вы сами нас этому учили, Скатах.
– О’Ши, а ты что скажешь? – спросила наставница.
– Она должна остаться, – ответил Найл, испугав Келси.
– Хорошо. Тогда, Мёрфи, я опять задам тебе вопрос, который уже задавала в ту ночь, когда ты разговаривала с отцом. И на сей раз, прежде чем ответить, хорошенько осознай, что поставлено на карту.
Взгляд наставницы переместился на её товарищей по фианне.
– Чего ты хочешь?
Келси поняла. Под угрозой была не только её собственная жизнь, но и их жизни тоже.
Брона одними губами произнесла:
– Останься.
Келси слабо улыбнулась:
– Я хочу остаться.
– Значит, так тому и быть. – Скатах вскочила: – А теперь вот чего хочу я. И это вчетверо больше. Во-первых, обыскать школу сверху донизу и убедиться, что ока здесь нет. Как только мы закончим, я учиню внезапную проверку. Во-вторых, в ту секунду, когда ты услышишь этот голос в голове, Мёрфи, ты – или кто-то ещё из вашей фианны – найдёт меня. Какие бы испытания ни приготовило для тебя око, я уверена, что они ещё не закончились.
– Да, мэм.
– В-третьих, этот разговор останется между нами. Вы не перескажете его ни братьям, ни сёстрам, ни соседям по логову. Никому. Ничего. Ни слова об оке, ни слова о Драумморке.
Она взглянула на Зефира, Брону, Найла, а затем на Келси. Все кивнули.
– Последнее, что мне нужно, – чтобы папаша Дейрдре Крейн заявился сюда вместе с Высшим командованием. И это последнее, что нужно тебе, Мёрфи.
– Но разве они не должны послать батальон или что-то в этом роде? – спросил Зефир.