Эрика Льюис – Келси Мёрфи и Академия несокрушимых искусств (страница 21)
Все эмоции, которые Келси так долго держала в себе, вырвались наружу. Слёзы потекли по её лицу. Она не пыталась сдержать их.
– Я… я была в человеческом мире.
– В человеческом мире? Как такое возможно?
– Я думала, ты и моя мама нарочно оставили меня там. Я думала, что вы умерли… – Она шмыгнула носом, вытирая его о свою новую толстовку с эмблемой в виде сайгака. – Я ничего не могу вспомнить. Вы здесь? В этом… Зачарованном мире?
– Да. Конечно. Я…
Молния снова рассекла небо. Келси пригнулась, прикрывая голову руками. Её отец подавил крик, словно ему было невероятно больно.
– Нет! Связь скоро пре…вётся. Я увидел тебя через… Ты должна рассказать мне, что с тобой случилось.
Келси силилась понять, что он говорит, но всё больше слов пропадало. Она придвинулась ближе, едва не касаясь ногой кончика его травяного носа и рассказывая подробности так быстро, как только могла:
– Эти феи появились во время экскурсии! Одним из них был мой соцработник, Эллиот Близзард. Я понятия не имела! А вторая – ледяная фея по имени Ахилла Граймс. Они потащили меня к древнему артефакту. Не знаю, что это такое, он был завёрнут в ветхую чёрную тряп…
– Что-о?! – закричал он. – Лед… Страж… Зим… В человеческом мире?! Они пытал…сь…
Теперь его голос звучал безумно. В самом деле безумно. У Келси скрутило живот. Она скорчилась.
– Не пытались! Она забрала его!
Келси снова заплакала, даже не понимая почему. Может, потому что её отец был так зол?
– Что всё это значит? Где ты? Я приду и найду тебя! Я могу! Скажи, как тебя зовут?
– Ты не помнишь, как меня зовут? Ничего обо мне не помнишь?
Он казался очень расстроенным. Келси покачала головой.
– Ну, может, оно и к лучшему… – проговорил фомор.
– Что? Нет! Почему? – завопила Келси.
Он молчал, закрыв глаза. Прошло несколько долгих мучительных секунд, прежде чем они снова открылись.
– Тебе нельзя здесь находиться. Это опасно. Ты должна уйти. Выбраться из Зачарованного мира и бежать! И когда попадёшь в мир людей – не останавливайся. Не позволяй им тебя найти. Не позволяй, ни в коем случае! И никогда не прикасайся к…
Небо взорвалось светом как на праздновании четвёртого июля. Слова отца были подобны удару ножом в сердце. Теперь, после всего, он отсылает её прочь? Он не хочет её видеть?
– Кто ты такой? И кто моя мама? Почему ты не говоришь?
– Слишком опасно. Ты должна бежать.
Боль превратилась в горький гнев. Найл говорил, что феи не могут прийти в Земли Лета. Их серебряные ветви не дают сюда доступа. Они не смогут найти Келси, даже если захотят. Вдобавок в этой школе она учится использовать свою силу. Учится сражаться. И в следующий раз, когда Келси встретит Ахиллу Граймс и Эллиота Близзарда – если это вообще случится, – она сможет себя защитить. Она готова.
Келси встала.
– Я учусь в Академии несокрушимых искусств. Сегодня я прошла испытания и поступила. И я остаюсь. Если решишь прийти и найти меня, я буду здесь.
– Послушай! – прорычал фомор. Земляные комья сыпались в провал его рта. По лицу пошли трещины – словно оно покрывалось морщинами. – Я не зн…ю, что… сделали! – Он выплюнул гравий. – Ке…си… не вижу… Я люблю те…
Его лицо растаяло, и связь пропала.
Келси рухнула на колени и заколотила кулаками по земле:
– Вернись! Пожалуйста! Кто ты?
Снова прилетели орланы. Они опускались на камни, по трое, вопя и клекоча. Келси выскочила из круга камней. Прежде чем она успела добраться до подножия холма, к ней метнулась зеленоватая тень. Разящий взвизгнул, бегая кругами вокруг Келси и не давая ей удрать.
Следом подоспела Скатах. Её распущенные волосы были заправлены сзади под красное платье с криво затянутой шнуровкой. Очевидно, неугомонные орланы вытащили богиню из постели.
– Мёрфи, что ты здесь делаешь среди ночи?
Келси пыталась сдержать слёзы, но их было слишком много. Через несколько секунд она совсем расклеилась – прямо перед наставницей. Если узнают остальные, Келси этого не переживёт.
И что ответить? Много ли можно рассказать Скатах, не рискуя потерять место в школе? Чем меньше – тем лучше.
– Со мной связывался отец.
Скатах вытащила из рукава носовой платок и протянула его Келси.
– Через каменный круг? Весьма драматично. Почему бы не отправить письмо по трубам?
– Он и отправил. Приказал прийти сюда, чтобы наорать на меня лично.
– Ну и что же он сказал? Из-за чего ты так расстроилась?
Келси набрала полную грудь воздуха, вытирая лицо шёлковой тканью.
– Он бесился. Велел мне возвращаться домой.
Скатах вздохнула:
– Фоморам нелегко. Они не хотят, чтобы их дети шли на службу, и это можно понять.
Как бы ни была она расстроена тем, что отец отказался рассказывать о себе и о матери, Келси радовалась уже тому, что знала о нём хоть что-то.
Скатах продолжала:
– Но у меня хорошее предчувствие насчёт тебя, Келси.
Разящий помахал хвостом-плюмажем и ткнулся головой в ладонь Келси, требуя, чтобы она его погладила.
– Ты приняла решение. И тебе не нужно позволение отца, чтобы быть здесь. Чего ты хочешь?
Келси провела рукой по мягкой шерсти Разящего. Она точно знала, чего хочет.
– Я хочу остаться здесь. Больше всего на свете.
– Хорошо. Тогда я закрою глаза на эту вылазку в неурочный час. Но больше так не делай.
– Да, мэм. Я сожалею. Мне было очень страшно из-за всех этих молний.
– Каких ещё молний? – Скатах подняла взгляд. – Ты видела молнию?
А Скатах не видела? Они же освещали всё небо! Келси не хотелось, чтобы её считали сумасшедшей. Она и так уже проштрафилась, расплакавшись прямо перед наставницей.
Келси решила отшутиться:
– О, я сказала «молнии»? Я имела в виду, орланы. Они очень громко орут.
– Орланы подняли тревогу, Мёрфи.
– Да, мэм.
Несколько минут они шли в молчании, направляясь обратно к общежитию. Скатах успокаивающе положила руку на плечо Келси:
– Труднее всего справляться с теми вещами, которые мы не можем контролировать.
Да уж. Вся жизнь Келси давно вышла из-под контроля. И в ней было очень много того, что следовало преодолеть.
– Да, мэм. Спасибо, что дали мне шанс.
– Ты заслужила его. Никогда не забывай об этом.