Эрика Джеймс – Мистер (страница 85)
Дверь в чулан приоткрыта. Черт! Видимо, так они и проникли в дом. Я хватаю ртом воздух, тихо открываю дверь и вхожу. Чувства обострены, дыхание еле слышно.
«Тихо. Не шуми, твою мать!»
Наверху кричат.
«Нет-нет-нет!»
Если с ее головы упадет хоть волосок, я их убью!.. Я открываю оружейный шкаф, куда вчера перед прогулкой у моря положил оба ружья, как можно тише достаю одно и заряжаю. И кладу в карман пальто четыре патрона. Еще никогда я так не радовался тому, что отец научил меня стрелять.
«Спокойно! У тебя будет возможность спасти ее, только если ты будешь спокоен».
Я повторяю эти слова, словно молитву, и, отбросив осторожность, вхожу в гостиную. Внизу, похоже, никого. Вдруг сверху доносится жуткий хруст и крики на иностранном языке. И голос Алессии.
Когда дверь поддается, Алессия вскрикивает и падает на пол. Данте вваливается в ванную. Парализованная страхом, Алессия с рыданиями сворачивается в клубок. От ужаса мочевой пузырь подводит ее, и предательская влага орошает ноги и новые джинсы.
Ее судьба решена.
Горло перехватывает, накатывает тошнота.
– Вот ты где, сучка! – Данте хватает девушку за волосы и дергает вверх.
Алессия кричит, и он бьет ее по лицу.
– Знаешь, во сколько ты обошлась мне, шлюха? Ты все отработаешь!
Его лицо совсем рядом, глаза бешеные. Алессия умолкает. От Данте смердит, а изо рта у него воняет так, будто там кто-то сдох.
Он вновь бьет ее по лицу и за волосы вздергивает на ноги. Алессии неописуемо больно.
– Данте, нет! – кричит она.
– Заткнись, грязная шлюха, и пошевеливайся!
Данте трясет ее и толкает в спальню, к Илли. Алессия падает на пол, распластавшись, словно морская звезда. И тут же сворачивается в клубок и зажмуривается, ожидая ударов.
«Убейте меня, убейте же!»
Ей хочется умереть.
– Да ты обоссалась, грязная piçka[17]. Сейчас я тебе врежу! – Данте бьет ее в живот.
Боль пронизывает тело, Алессия кричит и хватает ртом воздух.
– Отойди от нее, ублюдок! – раздается голос Максима.
Что?! Алессия открывает слезящиеся глаза.
«Он здесь!»
Максим стоит на пороге, одетый в черный плащ, словно ангел мщения; зеленые глаза горят, а в руках у него двустволка.
«Он здесь. С ружьем».
Подонок поворачивается ко мне и, побледнев, застывает. Его лысая макушка покрывается каплями пота. Узколицый подельник тоже отходит в сторону и, скривив губы, поднимает руки. В слишком большой куртке он похож на грызуна. Так и подмывает нажать на курок, и я изо всех сил борюсь с этим желанием. Лысый оценивающе смотрит на меня – выстрелю? Хватит ли у меня духу?
– Не провоцируй меня! – кричу я ему. – Руки вверх, или тебе конец! Отойди от девушки, ну!
Он осторожно отходит на шаг и смотрит на Алессию, прикидывая шансы на спасение.
«У тебя нет ни одного шанса, ублюдок!»
– Алессия, вставай. Давай, быстрее! – отрывисто командую я – лысый все еще может до нее дотянуться.
Она с трудом поднимается на ноги. Лицо с одной стороны красное – видимо, ее били. Я борюсь с желанием пристрелить мерзавцев.
– Встань за моей спиной, – цежу я сквозь зубы.
Она заходит мне за спину, и я слышу ее тяжелое, испуганное дыхание.
– Вы, оба, на колени! И чтоб ни звука!
Они обмениваются быстрыми взглядами. Мой палец напрягается на курке.
– У меня двустволка. И два патрона. Снесу напрочь ваши гребаные яйца. – Я целюсь в пах лысого.
Его брови дергаются вверх, и оба подонка опускаются на колени.
– Руки за голову.
Они выполняют мой приказ. Чем же их связать?
– Алессия, как ты?
– Все хорошо.
В кармане у меня звонит телефон. Черт. Наверняка Оливер.
– Достань, пожалуйста, у меня из джинсов телефон, – прошу я Алессию, не сводя глаз с бандитов.
Она быстро достает телефон.
– Ответь на звонок.
Я не вижу, что она делает, но вскоре слышу ее голос.
– Алло? – говорит она, и несколько секунд спустя добавляет глухим от страха голосом: – Я горничная мистера Максима.
«Ты для меня больше, чем горничная», – мысленно признаюсь я.
– Është pastruesja e tij. Nëse me pastruese do të thuash konkubinë[18], – презрительно говорит лысый своему узколицему подельнику.
– Ajo nuk vlen asgjë. Grueja asht shakull për me bajt[19], – ответил крысолиций.
– Молчать! – прикрикиваю я на них и спрашиваю Алессию: – Кто звонит?
– Он сказал, его зовут Оливер.
– Передай ему, что мы в «Убежище» задержали двух грабителей. Пусть вызовет полицию, а еще позвонит Денни и попросит немедленно прислать сюда Дженкинса.
Алессия сбивчиво передает Оливеру мои слова.
– Скажи, что я все объясню позже.
Она повторяет мои слова в телефон.
– Мистер Оливер сказал, что все сделает… До свидания. – Она нажимает «отбой».
– Вы, оба, лечь на пол. Лицом вниз. Руки за спину.
Лысый бросает взгляд на своего подельника с лицом крысы. Собирается что-то предпринять? Я шагаю вперед и целюсь в его голову.
– Эй? – раздается снизу чей-то голос.
Денни. Они уже приехали? Быстро.
– Мы наверху, Денни! – кричу я, не сводя глаз с преступников. И, шевельнув ружьем, повторяю: – На пол!
Они ложатся, и я подхожу к ним ближе.