Эрик Рассел – Ниточка к сердцу (страница 33)
Оставалось лишь идти пешком. Моури торопливо зашагал, поглядывая по сторонам.
Полчаса спустя сзади вспыхнули фары и послышался рев двигателей.
Моури рванул в сторону, упал в канаву на обочине, кое-как вскарабкался на насыпь за ней и залег в низких кустах. Погоня промчалась мимо.
Это оказался военный патруль – человек двадцать верхом на диноциклах, подпитываемых автономной батареей. В пластиковых защитных костюмах, с дюралюминиевыми шлемами и очками ночного видения, они больше походили на водолазов, чем на солдат. На спине у каждого висел автомат с круглым барабаном.
Должно быть, наверху совсем взбеленились от ярости, раз велели вырубить передачу энергии и отправили на поиски обычного угонщика военных. Впрочем, это логично – ведь убийство Саграматолоу взяла на себя Дирак Анджестун Гезепт, значит, человек, сидевший за рулем его машины, наверняка был замешан в деле. Кайтемпи не терпелось наконец-то заполучить в свои руки хоть одного настоящего мятежника.
Моури прибавил шагу, изредка и вовсе переходя на бег. Однажды, чтобы пропустить еще один патруль из шестерых солдат, пришлось упасть плашмя и зарыться носом в воняющую рыбой субстанцию, которая на Джеймике росла вместо травы. В другой раз он спрятался за деревом. Небо с каждой минутой становилось все светлее и опаснее.
Последний отрезок пути был самым трудным. Патрули появлялись все чаще, чуть не каждую минуту, и Моури всякий раз приходилось торопливо искать убежище, опасаясь, что теперь-то его точно заметят. Наверное, брошенный динокар нашли и потому сюда нагнали военных со всей округи.
Хорошо еще, они не знают, как давно он бросил машину: вдруг часа четыре назад, ведь за это время он мог уйти черт знает куда. Зона поиска должна быть очень большой, а значит, противнику придется рассредоточить силы.
Наконец Моури добрался до «могильного камня». К тому времени совсем рассвело. Едва держась на ногах от усталости и голода, он плелся вперед. В полдень, когда до пещеры оставался час пути, он не вытерпел: прилег на укрытой листьями поляне и вздремнул. В конце концов, прошел он немало – где-то пятьдесят пять земных километров. Помогали отчаяние, безысходность и малая гравитация Джеймика.
Слегка взбодрившись, он продолжил путь. Однако достигнув знакомых мест, где обычно начинал пульсировать передатчик, сбился с шагу. Кольцо молчало. Моури огляделся, но здешний лес представлял собой настоящий лабиринт из корней, стволов и листьев. На ближайшем дереве запросто мог прятаться хоть целый взвод снайперов.
В школе разведчиков ему надежно вдолбили в голову:
Легко говорить! Еще неизвестно, как они запели бы на его месте! Выбор предстоял непростой: или идти дальше, к безопасному жилищу, где была еда и необходимое оборудование, или бросить все, развернуться и уйти, не имея ни малейшего понятия, что делать дальше.
Как быть – жужжать грозной осой или превратиться в бесполезного трутня?
Вот бы хоть краем глаза глянуть, что там, в пещере…
Наконец Моури пошел на компромисс и легонько, на цыпочках, двинулся вперед, перебегая от дерева к дереву. Так он сумел пройти еще метров сто. Кольцо по-прежнему молчало. Моури снял его, покрутил в руках, потер кристалл и снова надел на палец. Увы.
Съежившись за огромным корнем, он крепко задумался. Каковы шансы, что в пещере его и впрямь подстерегают агенты Кайтемпи? Может, просто контейнер № 22 вышел из строя?
Пока он мучился сомнениями, рядом, метрах в двадцати, вдруг раздался тихий звук – не то приглушенное чиханье, не то кашель. Моури сроду бы его не услыхал, не будь сейчас нервы натянуты до предела. Все встало на места. Здесь кто-то есть – и этот кто-то скрывает свое присутствие. Тайник обнаружили, на владельца устроили засаду. Ползком, стараясь не шелохнуть и листочком, Моури двинулся обратно. Встать он рискнул лишь спустя целый час, когда отошел от пещеры на более-менее безопасное расстояние.
И что теперь?
В голову лезли бесполезные мысли о том, как сирианцы умудрились выйти на его тайник. Разве что засек вертолет с металлодетектором на борту, но ведь это надо было знать, где искать… А знать они никак не могли.
Может, на пещеру наткнулся кто-нибудь из беглецов и, чтобы заслужить прощение, побежал докладывать Кайтемпи? Или ее нашел патруль, выслеживающий дезертиров?
В любом случае, это уже не имеет никакого значения. Моури потерял все, в том числе возможность связаться с Землей. Осталась лишь одежда, пистолет и двадцать тысяч гульдеров. Он, конечно, богач по здешним меркам – только за его шкуру сейчас никто и гроша не даст.
Ясно одно – надо уйти от пещеры как можно дальше. Кайтемпи скоро поймут, что нашли ни много ни мало военный склад землянина, и объявят полномасштабную охоту. Стянут сюда войска – и ловушка захлопнется.
Спотыкаясь и падая, Моури по солнцу брел на юго-восток, а живот сводило голодными спазмами. К сумеркам силы иссякли. Моури рухнул в заросли местного камыша, закрыл глаза и отключился.
Когда он пришел в себя, было еще темно. До рассвета он пролежал в полудреме, потом снова отправился в дорогу. Ноги слушались уже лучше, голова мыслила ясно, а вот живот крутило от голода.
В небе весь день шныряли десятки вертолетов и истребителей. Даже странно – неужели такую шумиху подняли из-за одного-единственного человека? Разве что размеры склада убедили Кайтемпи, что на Джеймик высадилась целая группа земных диверсантов.
В столице сейчас, должно быть, царит полная неразбериха: чиновники всех рангов мечутся туда-сюда, диктуя срочные депеши на Диракту. Моури усмехнулся, вспомнив про двух беглых рецидивистов из той газетной заметки Вулфа. Куда им до него – на их поиски подняли всего-то двадцать семь тысяч человек. А Моури на пару-тройку месяцев парализовал всю планету.
К вечеру в желудке побывала лишь вода, и толком поспать не получилось. Утром он продолжил путь через густой лес, простиравшийся до самого экватора.
Часов через пять Моури наткнулся на какую-то тропку, которая вывела его к лесопилке, окруженной десятком домов. У ворот стояли два больших грузовика. Моури завистливо вздохнул. Угнать их просто, тем более что рядом никого нет. Вот только весть об угоне тут же улетит в столицу, и на него натравят всю свору.
Моури пробрался в соседний сад и торопливо набил карманы овощами и фруктами. Часть добычи съел на ходу, часть рискнул запечь вечером на костре, когда сгустились сумерки. Остальное приберег на завтра.
На следующий день он не встретил ни одной живой души, еды раздобыть тоже не удалось. Назавтра стало еще хуже: его окружали сплошные деревья, даже ягодных кустов было не видать, не говоря уж о признаках человеческого жилья с нормальной пищей. С севера изредка доносился гул вертолетных винтов – единственное свидетельство, что на планете еще существует жизнь.
Четыре дня спустя Моури вышел на дорогу к Элвире – деревушке к югу от Валапана. Держась деревьев на обочине, он двигался вперед, пока не увидел дома. Вроде бы все было тихо, по крайней мере патрулей и кордонов он не заметил.
Выглядел Моури, мягко говоря, не лучшим образом: от голода он изрядно отощал, единственный костюм был перемазан в грязи. Хорошо еще, для последней маскировки он вытравил щетину, чтобы лишний раз не бриться, а военная стрижка Галопти вкупе с лысиной не успела толком отрасти. Иначе видок у него был бы как у последнего бродяги с Альдебарана.
Моури как мог отряхнул грязь с одежды и расправил руками мятые складки. Затем смело зашагал в деревню. Если за сытный ужин придется платить петлей на шее – что ж, он готов. Умирать – так хоть не на пустой желудок.
В деревушке было несколько магазинов и бар – излюбленное место дальнобойщиков. Туда-то Моури и направился. Первым делом зашел в туалет, умылся и впервые за много дней взглянул на себя в зеркало. Полицейским, конечно, на глаза лучше не попадаться, но, по крайней мере, последним бомжом он не выглядит.
Моури вернулся в зал и подошел к барной стойке, стараясь не закапать ее слюной. Кроме него в баре сидели лишь два старика за столиком в углу, но те были увлечены жарким спором и не замечали ничего вокруг. К стойке вышел грузный парень в белом фартуке.
– Чего вам?
Моури сделал заказ, получил тарелку и чуть было не захлебнулся от восторга. Под прицельным взглядом официанта приходилось сдерживать себя и жевать медленно, не запихивая еду огромными кусками. Покончив с блюдом, он попросил добавки – и тоже расправился с ней в два счета. На этом, увы, пришлось остановиться, хотя он с радостью съел бы еще парочку порций и с десяток захватил с собой.
Наконец Моури допил последний глоток.
– Вы издалека? – спросил официант
– Из Валапана.
– Что, прогуляться пришлось?
– Нет, я на машине. Сломалась недалеко отсюда. Потом ей займусь.
Тот удивленно вытаращил глаза:
– Как это на машине? И вас выпустили?
– В смысле? – уточнил Моури.
Ему не нравилось, куда заворачивает беседа.
– Город сегодня перекрыли. Никого не впускают, никого не выпускают. Мне полицейский сказал.
– И давно?
– Часов с девяти.
– А я в семь уехал, – пояснил Моури. – Дел полно было, вот я пораньше и отправился. Надо же, как не повезло!
– Угу, – недоверчиво согласился официант. – Как же вы теперь обратно?